Странный генерал
Шрифт:
Но буры сломали эти предположения. Нежданно в тылу тоже ударила пушка и послышалась частая ружейная стрельба. Из-за поворота дороги вылетел опередивший свой батальон Гоббс.
– Назад! – бешено закричал полковник.
Лес гремел выстрелами. Солдаты метались, не зная, откуда еще ждать врага.
«Они с ночи поджидали нас тут, – понял Лесли, – приготовились к встрече, взяли полк в кольцо».
Было странно, что по нему не стреляли. Солдаты побросались в траву и кустарник, позалегли в них, а он крутился на коне по дороге, на виду, и все же по нему не стреляли.
– Э-эй! – закричал
Полковник оглянулся. Кричавшего не было видно. Никого не было видно. Только деревья и кусты. Но за ними-то – он знал это – не ведающие промаха бурские стрелки. «Они потому, – с горечью подумалось ему, – и не убили еще меня, что ведь нужен же кто-то, кто даст распоряжение выкинуть белый флаг… Ну, так этого я не сделаю!»
Лесли соскочил с коня и тоже бросился в траву. Какой-то сержант и с ним несколько солдат метнулись в прибрежный кустарник, сразу же из леса грохнули выстрелы, трое упали. «Они действительно перебьют всех», – подумал Лесли.
Рядом с ним оказался майор Гоббс. Он смотрел на командира чистыми, преданными глазами.
– Мы оказались в дурацком положении, Гоббс, – заворчал Лесли и повысил голос: – Из-за вас, Гоббс… Чего вы ждете? Снимайте шарф, идите к этим лесным чертям и договаривайтесь о перемирии или что они там потребуют!
Майор поспешно сдернул с шеи белый офицерский шарф и, размахивая им, вскочил…
…Молчаливый, угрюмого вида прыщеватый человек отконвоировал Лесли и Гоббса на большую поляну в глубине леса. Велев им присесть, он направился к бородачу, который, видимо, был здесь за старшего. Лесли немного понимал африкаанс и мог разобраться, о чем шла речь.
– Вот, Питер, – сказал конвойный, – Ян прислал этих двух. Один из них, тот, длинный, командовал полком, который мы накрыли. Сам Ян с ребятами разоружает солдат.
– Отлично! – покивал бородач. – А как там у Диппенбека, не слышно?
– Все в порядке. Англичане лупят от него и даже бросили обоз.
Бородач улыбнулся.
– У команды Мемлинга будет сегодня работа!
– Да, одних винтовок сколько наберется…
Тот, которого звали Питером, похоже, забыл о пленных офицерах. Попыхивая трубкой, он разговаривал с подъезжавшими и подходившими к нему бурами, давал им какие-то поручения, а сам чего-то ожидал, прислушивался к чему-то… На другом краю поляны, у фургонов, весело полыхали костры, на них в объемистых чугунных чанах варилась еда. Люди делали свое дело неторопливо, но сноровисто; война как будто не касалась их.
С лесной тропы на поляну выскочил на коне молодой, одетый по-бурски негр.
– Победа, Питер! – закричал он еще издали, и бородач радостно встрепенулся. – Уланы показали хвосты своих лошадок. – Негр рассмеялся, безмерно довольный.
Лесли понял, что речь идет о тех, кто должен был закрыть бурам дорогу в горы. Этот неуловимый Кофальоф на сей раз превзошел самого себя. Оттого, что не один его полк попал в лапы бурского генерала, Джемсу Лесли не то что сделалось приятно, но как-то полегчало.
– Что же, представят нас когда-нибудь знаменитому лесному владыке? – с нервным смешком сказал он Гоббсу, за иронией пытаясь скрыть некоторую уязвленность равнодушием
Но прошло еще минут двадцать, прежде чем тот лохматый молчун, что конвоировал офицеров сюда, пригласил их к генералу. Полковник Лесли быстро встал и огляделся – никакого генерала на поляне не появилось. И только тут наконец Лесли догадался, что русый бородач, к которому столь запросто обращались буры и которого даже какой-то негритос называл по имени, и есть пресловутый Кофальоф.
Лесли направился к нему нарочито небрежной, чуть развинченной походкой, заложив руки за спину. Но чем ближе подходил он к бурскому предводителю, тем чувствовал себя все более неловко. Лесной генерал смотрел на приближающихся офицеров холодно и вместе с тем пытливо, а на сухощавом загорелом его лице угадывалась полунасмешливая ужимочка: дескать, видали и бивали мы вас таких, так чего же вы строите из себя неких важных персон!.. Подойдя уже вплотную, Лесли по-строевому опустил руки и представился по воинской форме.
Генерал кивнул ему, затем свободным, непринужденным жестом указал на разостланную кошму и пригласил садиться.
– Простите, генерал, – сказал Лесли, – прежде всего, заботясь о своих бывших подчиненных, я обязан поинтересоваться их судьбой. Где и как будут размещены пленные солдаты, обеспечены ли им питание и кров?
Ковалев, непонятно прищурившись, усмехнулся, негромко кинул сидевшему неподалеку негру:
– Каамо, сваргань-ка нам кофе, – и лишь затем на английском ответил Лесли: – Понятия не имею, полковник, чем и как обеспечены ваши бывшие подчиненные. В плен я их не брал и брать не собираюсь. Не строить же нам специальные лагеря для английских подданных! И без того у буров достаточно хлопот, и, смею вас заверить, горьких хлопот.
Лесли растерялся.
– То есть… Вы хотите сказать…
– Мои ребята отшвырнут ваших подальше, чтобы неповадно им было соваться, куда не надо, и все. Оружие и боеприпасы мы, конечно, прихватим. Вас интересует что-нибудь еще? – Он даже изысканно поклонился при этом офицерам – определенно посмеивался над ними, если не издевался.
Полковник Лесли мысленно прикусил губу, сдержался, спросил учтиво:
– Позвольте узнать, а наша с майором Гоббсом судьба?..
– Не сочтите себя обиженными, – Ковалев опять усмехнулся, – но вы мне тоже не нужны. Кормить вас за счет народа – зачем же? Пытаться переменить ваши убеждения – вы едва ли их перемените. Вот выпьем кофе и распрощаемся.
Лесли поджал губы.
– Извините, генерал, но, в таком случае, лучше будет, если вы разрешите нам отказаться от вашего гостеприимства.
– Ну-ну! – грубовато сказал Ковалев и ожег офицеров недобрым взглядом. – Вас ведь не в гости приглашали. Считайте, что вы у меня на особом режиме. Каамо, побыстрее кофе и сам присаживайся сюда…
Привычным движением он вытянул из кармана римпи – кисет из антилопьей кожи – и начал набивать трубку. Лесли хмуро посмотрел на него. Ему хотелось разглядеть этого необычного бурского генерала. Одет Кофальоф был как все буры: шляпа, грубая суконная куртка, сапоги. И лицо у него было обыкновенное – борода, усы, сухощавое, совсем молодое, но очень усталое, а глаза покраснели от бессонья…