Странное пари
Шрифт:
Единственное, чего она добилась, нагружая своё тело тяжёлыми физическими нагрузками — это счастливую возможность, с приходом ночи, обессиленно рухнуть на кровать и сразу забыться глубоким сном без сновидений…
Она хлопнула дверцей, подхватила пакеты с продуктами и медленно побрела к дому… Вдруг из темноты навстречу ей вынырнула высокая чёрная фигура. Девушка, не успев даже испугаться, замерла в недоумении…
— Мари… — прозвучал в темноте такой знакомый голос, — мы можем поговорить? — Алекс,
— Я не хочу приглашать тебя внутрь, извини, — мисс взяла себя в руки и упрямо вскинула подбородок.
— Я понимаю… — вроде бы согласился мужчина, но, шагнув вперёд, взял из рук девушки пакеты, взамен неловко всучив ей букет алых роз, и поднялся по ступенькам к двери.
Мари послушно поплелась следом, вынула и протянула Грэгу ключи. Сразу пройдя на кухню, она поставила чайник и растерянно посмотрела на букет:
— Не нужно было, Алекс… мне ничего больше не нужно…
— Прошу тебя, Мари, очень прошу! Дай мне сказать…
Мисс равнодушно махнула рукой в сторону стула, вытащив и расставив на столе чашки, села напротив.
— Мне так многое нужно сказать тебе, — заторопился Грэг, словно боясь, что Мари передумает и выставит его вон, — Я — дурак, я — идиот… Прости меня, девочка… Я так виноват…
— Не нужно, Алекс, — всё так же устало-равнодушно, — я не должна была ждать чего-то, что ты не способен мне дать…
— Я люблю тебя! — в отчаяньи перебил её Грэг, — Давно люблю! Наверное, с первого же момента! Просто никак не мог понять… разобраться… прочувствовать…
— Поздно, Алекс… всё перегорело. Я больше не хочу тебя видеть, — девушка безразлично окинула профессора потухшим взглядом, — мне жаль, что тебя всё-таки зацепило… но это быстро пройдёт… Всего лишь временная блажь… ты успокоишься и продолжишь жить, как жил… Как будто меня и не было.
— Мари…
— Не нужно, Александр! Пожалуйста, уходи… попьёшь чай где-нибудь по дороге, — мисс поднялась с места и жестом показала на выход.
Алекс неохотно поднялся и медленно пошёл к двери. Он совершенно не знал, что делать. Если бы она плакала, ругалась, закидывала его упрёками… проявила хоть какие-то чувства… Но нет, перед ним была лишь тень той Мари. Той милой Мари, которую он знал.
Это он сделал её такою. Он уничтожил, раздавил, бездушно растоптал её живость, радость, звонкий смех и все остальные чувства. И как всё исправить, как вдохнуть в неё прежнюю Мари он не знал…
— Возвращайся в школу, — сделал он последнюю попытку, — тебе же там нравилось! Я буду держаться подальше! Да что там, ты меня даже не заметишь!
— По условиям пари…
— К чёрту пари! Ты же сама говорила, что это была шутка! Кто станет вспоминать дурацкие условия, если мы оба откажемся от договора?!
— Но
— До Рождества ещё несколько дней…
— Считай, я сдалась раньше. Пожалуйста, Алекс… Прощай…
***
После ухода мужчины, девушка устало опустилась на стул и горько заплакала.
«Бедный, бедный профессор Грэг», — уже позже размышляла она, — «Какое для Вас, должно быть, непривычное состояние!»…
Ничего, это быстро пройдёт. Вас так раздражала сама необходимость что-то чувствовать, за кого-то отвечать…
Теперь волноваться не о чем. Привычная и, столь дорогая Вам, рутина снова заполнить Вашу жизнь и Вашу холодную душу. Опять же, Ваш авторитет… никто не посмеет заподозрить Вас в обычных человеческих слабостях. Никто не будет подшучивать и обсуждать, с кем Вы сегодня спите…
ГЛАВА 31.
Утром, в последний день уходящего года, в маленький домик Мари постучались шумные гости: приехали Лидия и Джеймс. Девушка, буквально, вихрем ворвалась в двери и повисла на шее подруги.
— Мари, милая!!! — радостно закричала она, — КАК же я по тебе соскучилась!!!
Девушки ещё какое-то время постояли обнявшись, словно, действительно, не виделись чуть ли не долгие годы. Джеймс, снисходительно глядя на подружек, сразу же прошёл в кухню, и выгрузил на стол многочисленные пакеты и свёртки.
Пока девчонки, весело щебеча и постоянно подшучивая друг над другом, накрывали на стол, мужчина, устало развалившись в кресле, отдыхал после напряжённой езды по заснеженной дороге, лениво наблюдая за радостными пёстрыми птичками, хлопотавшими вокруг стола.
— Ой, милая! — внезапно спохватилась Лидия. Она, крепко зажмурившись и, состроив смущённую мордашку, выставила вперёд свою ручку, — Смотри!
На тонком изящном пальчике сверкало золотое колечко с большим бриллиантом и россыпью маленьких.
— Что скажешь? — Девушка радостно засмеялась.
— Господи, Лид!!!… Джеймс!!! Ребята, я ТАК за вас рада!!!
— Свадьбу сыграем весной, — затараторила счастливая невеста, — ты же будешь моей Подружкой?
Джеймс, застенчиво пряча улыбку, внимательно следил за беседой…
Когда основные блюда уже были съедены, а тосты за прошлое Рождество и наступающий Новый год все произнесены, Лидия вдруг сказала:
— Кстати, Мари… ты, конечно, мне запретила упоминать… но, всё же, я думаю, тебе непременно нужно быть в курсе…
— Лид, прошу тебя… мы же так хорошо сидели!
— И дальше будем хорошо сидеть! — решительно отрезала та, — в отличие, между прочим, от некоторых…
— Что-то случилось с Грэгом? — напряглась Мари.
— Случилось, милая, ещё как случилось…