Странники.
Шрифт:
Эльфы Альмэсэйе самые первые из всех приняли людей, как друзей. Горные племена не принимали участия в Великой Битве, положившей начало дружбе народов и союзу Восьми племён. Они с самого начала были очарованы пришельцами из других мест, принимая их за духов Долины. Им приносились подношения, чтобы боги были милостивы к людям, их пытались ваять из дерева и камня, и Эльфы с удивлением порой обнаруживали статуи в самых разных уголках Долины. Это продолжалось вплоть до того момента, когда сын вождя одного из племён решил спуститься по Гномьей реке в Долину,
Сейчас здесь трудно было бы найти Эльфов, которые с уверенностью могли сказать, что у них в крови нет примеси человеческой. Разве что Пришедшие могли этим похвастать.
В горных племенах тоже сложилась довольно своеобразная традиция. Вожди всегда старались выбрать в жёны девушку, в чьих жилах текла, по крайней мере, четверть эльфийской крови. Существовало поверье, что это приносит удачу будущим поколениям. Вожди в горных племенах теперь выделялись так же ясно, как волки среди лис. Эльфийской крови в их жилах теперь было, пожалуй, побольше, чем человеческой. А несколько племён были напрямую связаны с правящим Домом Долины. В общем и целом, Долина для Ярта предстала чем-то вроде улучшенного варианта Вэльтарета по составу населения.
Однако он с трудом мог отличить человека Долины от Эльфа. Одеты одинаково, одинаково высокие и статные, одинаково добрые и заботливые. Разве что человеческие дома отличались наличием в них стариков. А так… Прошедшие столетия совместной жизни давали себя знать.
Уже приближаясь к границе Долины, они повстречали странный обоз. Большие телеги, которые везли невысокие лохматые лошадки, были доверху заполнены едой и тканями, кое-где лежали запасы дров. Хозяевами обоза были коренастые приземистые люди с длинными бородами, заботливо уложенными в косицы и забранными за пояса, чтобы не пылились в дороге.
— Доброго пути вам, хозяева Силливайора, — поприветствовал их Альтамир.
— И вам того же, — звучным басом отозвался глава обоза, чернобородый, с хитрыми смеющимися глазками под густыми бровями, чуть насупленными из-за надвинутого на лоб стального обруча с тонким узором. Главный в нём узнавался с первого взгляда: и одет богаче, и едет верхом на лошади, а не на краю воза, как остальные.
— Это гномы, да? — прошептал Ярт на ухо Фэль, но не успела она ответить, как глава ухмыльнулся:
— Да нет, господин Странник, мы — Эльфы!
Ярт весело рассмеялся вместе со всеми.
— Никак с ярмарки едете? — Альтамир окинул караван оценивающим взглядом. — Вижу, в рудниках был богатый год.
— Что правда, то правда, Мирэл, — согласился глава. — Знатный был год.
— Разве мы знакомы? — Странник наморщил лоб.
— А кто ж у нас тебя не знает, коли у вас с мастером Горфом перепалки-то были на весь рудник, — гном хитро улыбнулся. — Да ты не напрягай голову, всё равно не вспомнишь. Не знаешь ты меня. Я — Орен, глава
— Как он поживает? — спросил Странник, поборов смущение.
— Как-как, — пожал плечами Орен. — Всё так же спит у наковальни. У самого уже скоро праправнук появится, а он одно твердит: «Мне работать надо! Я ещё не старик, от дел не устал!..»
— На то он и один из лучших мастеров, — с глубоким уважением заметил Альтамир. — Я бы всем готов пожелать столько же упорства и трудолюбия, как у мастера Горфа.
— А кто это с тобой? Новые ученики? — полюбопытствовал Орен, разглядывая спутников. — Ну, парень ещё куда ни шло. А вот девку-то зачем? Жалко этакую красоту под землю прятать. Да и ежели горняки прознают, выкрадут, и глазом моргнуть не успеешь.
— Это ещё вопрос, — девушка позволила себе улыбнуться и почтительно склонила голову. — Я — Фэльмарэ Нэртэнэль, если это имя вам что-нибудь скажет, а это — мой спутник. Ярт.
— Прости, госпожа, ежели моя речь показалась тебе неучтивой, — Орен тут же почтительно раскланялся, насколько это позволяло седло, и внимательно посмотрел на неё. Теперь его глаза горели глубоким уважением. — Не думал, что когда-нибудь доведётся тебя вживую увидеть. Даже если десятая часть из того, что я слышал о тебе — правда, то я горд уже тем, что мне довелось ехать с тобой по одной дороге.
— Добавь к этому ещё и пару-тройку её милостивых слов, Орен, — шепнул Альтамир, улыбаясь до ушей.
— Поистине Нэртэнэль, — Орен не мог отвести глаз от лица девушки. — И появилась ты так же вовремя. Вы, верно, ещё не слышали о напасти, поразившей народ Силливайора?
— Да нет, слышали, и даже везём лекарство, — Альтамир похлопал по своей сумке.
— Клянусь молотом своих предков, это самая радостная новость за последние дни, — Орен уже готов был пуститься в пляс, но, вспомнив о своём положении, взял себя в руки и учтиво обратился к Фэль. — А верно ли я слышал, госпожа, что ты — целительница?
— Верно, — она с улыбкой кивнула. — И я окажу любую помощь вашим лекарям. Но при одном маленьком условии.
— Каком? — Орен сдвинул брови.
— Кто-нибудь поможет нам исползать все горы вдоль и поперёк, — Фэль с трудом сдержала улыбку, глядя на удивлённое лицо Орена. Он хмыкнул в бороду и почесал подбородок пятернёй:
— Ну, если это всё, то вы найдёте немало желающих набиться к вам в проводники. А если уж эта треклятая хворь уйдёт, то ребята вас на руках по всем горам пронесут!
— И ещё, Орен, ты не знаешь случайно, где сейчас может быть Рэмил? — поинтересовалась Фэль.
— Этот фокусник, что ребятню развлекает? — Орен презрительно фыркнул. — Полторы недели тому назад его видели на западной гряде, когда он спускался к горнякам. Он сейчас только к одному племени ходит.
— А к кому именно? — Фэль поёрзала в седле.
— А которое на Грозовом стоит, — усмехнулся Орен. — Там ещё старшой такой нахалёнок. Как бишь его? А, Тен.
— Ой-и, — только и промолвила Фэль. Сбывались её худшие опасения.