Странник удачи
Шрифт:
Если отбросить все мои чувства к Сорро, то нам ничего не мешало запросто обойтись и без разбойника в нашей миссии. Конечно, за его спиной спокойно, можно спать и не бояться, что тебя ночью ограбят или прирежут. Но он решил пожертвовать ради нас самым дорогим, что у него есть, единственным, что у него осталось после того, как он и Су достали артефакты со дна озера Миррор… свободой и независимостью.
Телохранитель поднес к вытянутым рукам разбойника тяжелые оковы, и вдруг, я даже не успела сообразить, как все произошло, Сорро резко опустил левую руку и вытащил из ножен Хикари.
Сильный ветер смерчем
Таможенник и его телохранители, закрыв лица руками, стремились устоять на месте и даже разглядеть что-то в кутерьме летающих тарелок, столовых приборов и недоеденной пищи. И только официантки да повара не оставались безучастными в этом хаосе: они стремились не отдать на растерзание телохранителям или нам свое имущество и носились по залу как угорелые, пытаясь поймать все тарелки до того, как они обрушатся на пол и превратятся в груду черепков.
Сунна указал нам на выход в кухню, и мы кинулись туда. Вслед я слышала крики:
– Не дайте им уйти! Они перемежались и приказами:
– За ними!
Я ступила ногой в кастрюлю с десертом. Умудрилась я это сделать таким образом, что из посудины вываливалось все, кроме моей собственной ступни. Сорро тащил меня за руку, постоянно ворча о неуклюжести всех принцесс Инселерда, а мне-то что от этого? Кто устроил бардак и перевернул в ресторанчике все вверх дном? Хорошо еще, что у меня в кастрюлю не голова попала, а то бедные мои косы. Пришлось бы им несладко.
У черного хода разбойник-таки прижал меня к стенке и велел поднять ногу. К моей радости ему удалось избавить меня от кастрюли и… от шлёпанца на деревянной подошве. Жаль, красивый он был, с прозрачной лилией и плетеный из неведомого мне волокна. Я очень надеялась, что получу этот аксессуар себе на память… а так останется у меня один тапочек, словно у принцессы из красивой сказки. Только в отличие от той девушки, ко мне не приедет благородный рыцарь с условием: «Кому подойдет туфелька, ту и возьму в жены». Случится это по простой причине – второй тапочек никогда не попадет в руки таинственному жениху, а окажется выброшенным вместе с кастрюлей.
Чтобы было удобнее бежать, мне пришлось сбросить и второй тапочек. Оттого, что песок обжигал пятки, мне приходилось скакать по нему чуть ли не быстрее странника.
– Куда? – затормозила вдруг Рэтти, осматривая ошалелых отдыхающих, которые смотрели на нас как на ненормальных, устроивших на пляже настоящий погром.
Она бросала мимолетный взгляд на море, где, рассекая волны, мчалось несколько малюсеньких суденышек, болталась длинная желтая лодка с гогочущей полудюжиной людей, а под облаками парил крохотный крылолет. Потом она резко обернулась на чуть не разрушенный ресторанчик и торговцев, которые стремились унести свое добро от беды подальше. Таможенник со своими ребятами, как и мы, вышли из черного входа.
– Ну чего стоим? – сжала я кулаки. – Ради этого ли мы сбежали?
Я взяла Сорро за руку и ткнула в сторону высоких зданий
– Точно, – крикнул он, и мы помчались прочь с пляжа.
– Стоять!!! – рявкнули у нас прямо за спиной.
Никогда не ожидала, что эти ребята с таможни окажутся такими проворными.
– И не подумаем! – показала им язык Рэтти и кинулась в противоположную сторону, сбивая с ног двух девушек, что оказались неподалеку.
Пока они не угодили лицами в песок, они благоговейно намазывали свои тела какой-то прозрачной жидкостью и напевали мотивчик о любви.
Сунна и Кани последовали за штурманом, а мы с Сорро кинулись в противоположную сторону. К сожалению, идея добраться до пристани как можно быстрее умерла, не успев толком родиться. Мы мчались вдоль берега, под ногами, вязнувшими в песке, мешались теплые волны, а за нами гнались трое мужчин, каждый ростом с Роджера Алую Корону.
Вслед нам раздавались недовольные крики простых отдыхающих, мол, мы ребенка толкнули, старушке выйти из воды спокойно не дали, двоим влюбленным испортили поцелуй, надувную игрушку распороли и так далее.
Не беги я прочь от преследователей, я бы себе подобного хамства не позволила.
– Эй, мужик, ты кто? – впопыхах крикнул Сорро на парня лет двадцати, который собрался класть на воду длинную пеструю доску в два человеческих роста.
– Серфингист, – пожал плечами молодой человек, не зная, то ли отойти, то ли дать своей доской нам по лбам. Последнее предвещало немало жертв. А именно целых пять.
– Слушай, пофигист, – Сорро вырвал из рук паренька доску, предварительно посадив крошечную Ню на плечо, – очень надо.
– Но это для… воды… – серфингист ухватил разбойника за плечо.
– Правда? – мой спутник бросил приспособление на волны и тупо глянул на хозяина этого добра.
Я хотела бежать дальше, но Сорро не пускал, а таможенник с телохранителями настигали. Фора, которую дали нам пара ударов Хикари по воде и песку, почти себя исчерпала.
– Прыгай и лови волну! – кникнул разбойнику серфингист.
А Сорро ничего не боится, он схватил меня за талию и прыгнул поперек доски.
Как раз к берегу подкатила большая волна, и нас отнесло на пару размахов в море. К нашему счастью, охотники за головами не медлили отступать: один принялся убеждать несчастного серфингиста, лишившегося доски, что тот дал уйти в море целому золотому состоянию, а двое, пробежав с десяток размахов, нашли крохотный кораблик с шумным моторчиком (или как там эта штуковина в Централи называется). Взревев, словно хищный зверь, эта штуковина устремилась за нами. Я боялась, жутко боялась.
– Лика, стой уверенней, – несмотря на то, что Сорро меня крепко держал, мне казалось, что доска перевернется, и я свалюсь в морскую пучину.
Умирать мне, честно скажу, не хотелось. Я никогда не плавала и не представляла, как я спасусь, если вдруг упаду в море. Ню, которая сидела на плече у разбойника, впившись когтями в его голое плечо, получала на свою шкурку столько воды, что ее кошачьей натуре это не нравилось. Не думаю, что страннику было много приятного от когтей крохотного хищника, но он смиренно терпел.