Странник удачи

Алова Элеонора

Что такое документы – я не представляла. Например, красная бандана Сорро – отличное удостоверение личности. Или мой алмаз-талисман, который не мог носить никто, кроме меня.

– Вот! – Кани развернула у меня перед носом маленькую красную книжку.

С первой страницы на меня смотрел страшненький портрет нашей спутницы, как мне показалось – изрядно напуганной. Рядом такими же ровными буквами, как и письмо господина Буиссона, было написано «Канилия Финном, место рождения – Милагро, год рождения – 4138, осень». Ей двадцать два, и родилась она на востоке Эстэрры – поняла я из написанного. Потом девушка листала

страничку за страничкой, показывая нам пестрые визы в государства и на острова Инселерда.

– Но эту книжицу можно подделать! – удивилась Рэтти. – Талисман Анжелики или артефакты куда более точно определяют своих владельцев.

– Бюрократия, ничего не попишешь, – тяжело вздохнула Кани, пряча документ на дно черной кожаной сумочки.

Пока мы рассматривали удостоверение нашей подруги, нам всерьез заинтересовалась парочка полицейских. И единственным спасением стал магазин одежды, в который Кани быстро затолкала всю нашу разношерстную компанию.

И не важно, что на двери ясно было написано: «Вход с животными запрещен». Сорро пронес мимо стражи (или как назывались в этом магазине люди, следящие за порядком у входных ворот) свою Ню, спрятанную под рубашкой, а потом спокойно достал котенка и посадил на плечо.

Ярко-зеленая лоснящаяся после мытья шапму шерстка Ню сверкала в лучах ярких разноцветных светильников, развешенных под потолками. А сама кошечка, словно маленькая девочка на ярмарке, вытаращив глаза, рассматривала блеск и роскошь, в которой вдруг оказалась.

Да и нам удивления было не занимать. «Мужская одежда», «Книги», «Кастрюли», «Платья», «Обувь», – яркие плакаты под потолком приглашали нас в различные лавки, торговавшие всяческими товарами.

– Это место, – нравоучительным тоном сказала Кани, – называется «Упер-маркет». То есть, вы берете все, что вам нравится, прёте его в примерочную. Тут девушка ткнула нам в сторону череды красных ширм.

– Там вы переодеваетесь в набранное. Если оно вам нравится – расплачиваетесь карточкой у выхода и уходите подобру-поздорову с обновками.

– Значит, – приуныл Сунна, – тутася просто так ничего не упрёшь!

– Даже не думай, воришка, – обняла его высокая централка, – полицейские тебя тут же схватят и посадят в тюрьму лет на десять! Потому что упер-маркет – место, где продавцы покупателям доверяют.

– Дурацкая лавка, – фыркнул шамсмаденский вор, рассматривая расписную вазу в половину его роста.

А я к тому времени добралась до лавки с женской одеждой. Правда, без Кани мне там было делать нечего.

Глаза разбегались. Кружевное белье, обтягивающее тело, такое красивое! Полупрозрачные корсеты с вышитыми розовыми бабочками, белые чулки, дымчатые ночные рубашки… я хотела скупить все это, запаковать по сундукам и отправить в Нордстерн в мой дворец. Я схватила несколько комплектов и убежала в примерочную, даже не глянув на товарищей.

Я крутилась у зеркала в розовом белье. Неудобное оно, одни веревочки и бантики, – но зато как смотрится. Я закрыла глаза, представляя Сорро, заставшего меня врасплох в таком виде: как у него краснеют сначала кончики ушей, а потом и щеки наливаются румянцем, а он стоит неподвижно и не знает, что и говорить. Только… вряд ли мы будем еще когда-то спать в одной комнате. Я быстро надела рубаху и штаны, оставив белье при себе как первую покупку, и отправилась

выбирать дельше.

Капризные градчанки брали себе по пять или шесть платьев, а потом с брезгливой физиономией откладывали одно за другим. Невысокая девчушка с белыми волосами долго любовалась на зеленую длинную кофту, то прикладывая ее к себе, то надевая, то подмигивая правым глазом. Какая странная покупательница. Будто она, моргнувши, будет выглядеть лучше. А потом она небрежно бросила кофточку и перешла к ящику с кучей мятых вещей, где красовалась табличка «Все по грошу». Фу, не для меня. Какой-то отдел для нищеты.

Тут из примерочной, словно на крыльях, вылетела Рэтти, рисуясь перед всеми в кожаной черной куртке на шнуровке поверх светлой блузки типа моей. То были одежды центральского покроя, но и в них она так походила на обычную жительницу Эстэрры.

– Как тебе, а? – приосанилась она, увидев меня. – Думаешь, Сорро понравится?

– А с каких пор он стал инспектировать гардероб штурмана? – подозрительно сощурилась я.

Я прекрасно знала, что эта женщина грезила во снах, что однажды она и разбойник будут вместе. Была ли то любовь с первого взгляда или безграничная преданность за спасение из рабства десять лет назад, я так и не узнала.

Наша проводница, Кани, не собиралась менять своего строгого короткого костюма, и вначале бесцельно бродила между полок и вешалок, что я даже потеряла ее из виду. Но вдруг внезапно она выскочила из-за стойки с одеждой. Глаза ее горели, будто девушка придумала какой-нибудь хитрый план по свержению президента, и ей не терпелось с нами поделиться.

Но Кани сейчас интересовали вовсе не политические интриги. Когда я увидела то, к чему централка подтащила меня, то чуть не обомлела. Как я могла пропустить это шикарное белое платье, поблескивающее серебром! Узкое, длинное, с изящным разрезом до середины бедра и мягкой драпировкой на груди! В таких нарядах не ходила ни одна принцесса в государствах Инселерда. То было исключительно сшитое для Централи платье.

– Думаю, твой размер! Самое дорогое, но и самое лучшее!

Она вытащила из-за вешалки открытую коробку с маленькими серебристыми туфельками. На мгновенье я подумала, что кто-то неведомый специально привез в этот магазин и королевский наряд, и туфли именно на меня (ведь ножка у меня была далеко не такая большая, как у моих подружек).

– Ну, что ты мешкаешься, померяй! Уверена, тебе понравится! – хлопнула меня по плечу Кани и, как она потом сказала, отправилась в отдел с украшениями подбирать мне бусы, кольца и тиару.

Большим снежным комом возвращалась моя прежняя жизнь. Рэтти помогла мне снять платье с вешалки и донесла коробку с туфлями до примерочной.

А когда я, облаченная во все предложенное, вышла из-за ширмы, то поняла, что на меня зачарованно смотрит с два десятка восторженных женских глаз. Несомненно, в первых рядах этой толпы стояли мои подруги, Рэтти и Кани, а за ними – случайные прохожие и девушки, работавшие в магазине.

– Принцесса, – по толпе прошелся шепоток.

Я покраснела и потупила взгляд. Да, я сделала над собой усилие и вышла на высоких каблуках из-за ширмы. Но за два с лишним месяца странствий я отвыкла от такой одежды и чувствовала себя не совсем комфортно. «Лика, привыкай обратно», – твердил мне внутренний голос, и он прав.