Странница
Шрифт:
Он наконец оставил бумаги в покое и поднял голову. Блёклые голубые глаза смотрели на удивление сосредоточенно и серьёзно.
— Совет университета сделал всё возможное, чтобы решить проблему с твоим назначением, — несмотря на слова, его тон звучал совсем неуверенно.
Он тут же опустил взгляд. Мне показалось, что там промелькнула вина.
— Это скучнейшая работа на свете! Контролировать преобразования других! Да кому подобное вообще может быть полезно, профессор? Не смешите меня!
Он снова поднял глаза, и на этот раз голос его был твёрдым:
—
Эти слова повергли меня в шок. Профессор фактически прямо сказал, что о моих возможностях известно далеко не всё, как это всегда заявляли окружающие учёные мужи. Не в первый раз мне приходила в голову мысль, что они что-то не договаривали, но сейчас это стало больше, чем просто мои догадки. Кто-то, кроме преподавателей, мог знать...
— Я, кажется, видел её... — слова профессора вырвали меня из оцепенения.
Он склонился над столом и выдвинул нижний ящик, взял что-то, выпрямился и протянул мне.
Я с любопытством, вытеснившим на время переживания, приняла цилиндрический свёрток.
— Что это? — я уже развязывала тесёмки.
— Карта. Точная карта всех известных земель.
Я с восторгом развернула материю.
— Это пергамент? — на секунду прервав разглядывание, спросила я с придыханием.
— Да. С водостойкими чернилами. Так что её можно смело брать в дорогу. Я слышал, вы собирались в путешествие...
Я не дала договорить:
— Спасибо вам большое! — искренне поблагодарила я.
Профессор смутился и стал поправлять очки. Я ещё раз взглянула на карту, восхищаясь кропотливой работой. Тонкие линии, прорисованные леса указывали на изящество и мастерство картографа. Вспомнив о том, что времени у меня оставалось немного, я нехотя свернула карту, решив потом рассмотреть её в подробностях. Так и не дождавшись от профессора каких-то слов, я сделала осторожный шаг назад и повернулась к выходу.
— Даниела, — раздалось позади. Я обернулась. — Ты ещё сможешь найти ответы, которые так жаждешь получить. Не сдавайся.
Я серьёзно кивнула в благодарность за его смелую подсказку и поддержку.
Глава 2. Из свободы в клетку
Я стояла на сцене с уже вручённым дипломом и слушала поздравительные слова декана. Речь получилась пышная. Она просто-таки пестрила яркими перспективами и многочисленными победами на разных поприщах жизни. Но кто из стоящих сейчас на сцене действительно слушал её?
Каждый из нас уже построил свой воздушный замок с прекрасными витражами, башнями до розовых облаков и огромными комнатами. И находился в предвкушении, что вот-вот заселится в него. Но штука в том, что будущее уже наготове, чтобы одним дуновением разнести этот замок до основания
Мой даже разрушать не придётся. Он представлялся мне бесформенным нечто, ведь главным являлось не далёкое будущее, а происходящее сейчас.
Я тряхнула головой, отгоняя лирические мысли. Стоило насладиться последними словами нашего декана — когда ещё удастся наслушаться такого воодушевления на пустом месте?
— Для вас открыто намного больше, чем для других. Но также, — он поднял пухлый указательный палец, — на вас лежит и большая ответственность. Так не забывайте об этом! И пусть энергия мира бережёт вас! — закончил декан особенно пылко.
— Да уж, энергия-то нас точно сбережёт, — буркнула я себе под нос.
Ленар, стоящий рядом, криво усмехнулся, услышав мои слова.
Мы, словно цепочка утят, начали спускаться со сцены в пустой зал. Ну, не совсем пустой. Преподаватели и работники университета занимали несколько десятков мест. Но они были разбросаны по огромному помещению так, что не создавали ощущение наполненности. А всё потому, что в университете не соблюдалась традиция приглашать родственников на вручение диплома. Этот праздник считался нашим, и только нам позволялось прочувствовать всю его торжественность.
И ради тридцати минут и пустого зала я должна была, по мнению ребят, выряжаться в пышное платье?
— Ну что, начнём настоящий праздник? — весело сказал Дилан, потирая руки.
— Я уж думала, ты не предложишь!
***
Казалось, моя голова только коснулась подушки, как настойчивые расталкивания выдернули из блаженного сна.
— Ты сейчас взбаламутишь всё то, что было влито в меня ночью. Не тряси так. Я уже проснулась, — пробормотала я в подушку.
Услышав мой жалобный болезненный голос, Ленар сразу же прекратил.
Решившись приоткрыть один глаз, я поняла по тусклому свету, что ещё ранее утро. Но ведь и мы легли незадолго до рассвета.
— Твой дядя — тиран, — медленно принимая сидячее положение, пожаловалась я. — Он специально устроил бал сразу после вручения?
— Вообще-то через день, — сонно ответил Ленар.
Выглядел он не лучше, чем я. Вероятно, и чувствовал себя так же.
— Но нам день ехать до столицы! Неужели он уже забыл, что сам когда-то также отмечал свой выпуск? Ни за что не поверю, что его величество вёл прилежный образ жизни.
— Ох, Дани, да по дороге отоспимся.
— А я хочу в удобной мягкой постели.
Я уже готова была снова завалиться на подушку, но рука Ленара удержала меня.
— Экипаж скоро подадут. Ты будешь что-то есть?
— О-о, не говори мне ничего про еду, — от резко нахлынувших неприятных ощущений я поморщилась. — Я бы только выпила отварчика... Ну, ты сам знаешь.
— Угу, — Ленар уже медленно продвигался в сторону небольшой гостиной, находившейся за полукруглой аркой.
Голова пока не болела, но отказывалась воспринимать окружающую реальность. Ничего удивительного. Посмотрев на настенные часы, которые ритмично помахивали маятником, я поняла, что мы поспали всего полтора часа.