Странница
Шрифт:
Ланта повернулась, чтобы бежать. Но ее уже поджидал второй воин с обнаженным мечом. Его лицо исказил звериный оскал. Ланта заставила себя выпрямиться.
— Убери оружие. Я принадлежу Церкви. Никому не позволено нападать на меня.
Меч не исчезал.
— А Жнея сказала, что позволено.
Воин с Додоем в руке подошел к ним. Он встряхнул мальчика.
— Больше он не будет меня пугать.
Его друг издал хрюкающий звук.
— Тебе повезло, что они вернулись назад.
— Это был мой единственный шанс. Они уже были
— Тебе повезло, — сказал второй, поворачиваясь к Ланте, чтобы увести ее в замок.
Они остановились перед дверью, ведущей в замок. Крыша немного нависала над стеной, и под ней образовалось место, полностью погруженное во тьму. Ведущий Ланту воин взялся за ручку двери. Обернувшись, она увидела, как Хелстар что-то делает позади второго воина с Додоем в руках. Казалось, бородач пытается наложить заклятие. Он поднял руки над головой, потом скрестил их в запястьях. В каждой из них была короткая палка. Вытянув руки вперед, он все еще держал их скрещенными.
Мужчина, державший Додоя, выпустил его, чтобы освободить руки. Он не успел поднять их, как из открытой раны под подбородком хлынула кровь.
Ланта стояла в стороне, когда обернулся воин перед дверью. Меч его был поднят для защиты, как будто он ждал этого нападения.
Это спасло ему жизнь. Меч Хелстара с искрами и треском налетел на меч воина. Тот ударил его в пах. Хелстар присел от боли. Постепенно наступая, Хелстару удалось зацепить своим мечом левую руку воина.
Воин опять потерял равновесие. Хелстар пригнулся, прикрываясь и готовясь к захвату.
Но это был ложный маневр. Обманутый, глядя в другую сторону, Хелстар лишь в последний момент успел заметить опускающийся меч. Падая, он пытался прикрыться. Рукоятка коссиарского меча ударила ему прямо в затылок. Хелстар упал головой вниз и лежал на земле без движения.
Воин стоял над ним, тяжело дыша, одной рукой прикрывая кровоточащий бицепс. Меч все еще был направлен острием в спину Хелстара. Ланта молилась о том, чтобы безумство борьбы кончилось до того, как Коссиар нанесет последний удар.
В темноте промелькнуло что-то, напоминающее маленькую серебряную летучую мышь. Воин успел лишь поднять глаза, в которых промелькнуло недоумение, как блестящее лезвие вонзилось ему прямо в лоб. Сила удара отбросила его назад. Он абсолютно четко выговорил:
— Я думал, ты… — и выронил меч. Упав прямо на Хелстара, меч отскочил и с негромким звяканьем покатился по дорожке. Закованный в металлические пластины воин смотрел на выпавшее оружие так, будто это было самое важное в мире. Он потерял сознание и умер с таким же напряженным выражением лица.
Додой рванулся вперед, чтобы выдернуть из своей жертвы маленький топорик. Ланта уже бежала к бассейну, чтобы намочить в холодной воде один из безразмерных
— Ты сделал это? Вот этим? — Он указал на небольшой топорик.
Додой кивнул. Ланта подумала, что в нем почти не заметно обычного самодовольства.
Подойдя к первому воину, Хелстар вытащил две небольшие дубинки. Ланта увидела проволоку, соединяющую их между собой. Заметив ее удивление, Хелстар быстро спрятал оружие в карман, пробормотав:
— Извини.
Хелстар и Додой потащили два тела к катамарану, затем провели судно через туннель. Подняв парус и направив лодку с жутким грузом в море, Хелстар положил руку на плечо Додою. Зарево над Островом купцов освещало коссиарские корабли. Они побежали назад к Ланте.
Та повела их в замок.
Глава 73
В тихом безмолвии ночи цокот копыт Вихря по деревянному трапу напоминал ревущий гром. Конвей почувствовал облегчение, когда конь наконец ступил на твердую землю.
Нервы. Они реагировали на каждый звук, им чудилось движение за каждым деревом и кустом в окружающем лесу.
Он ехал позади Ти и трех человек из охраны Борбора. Седла поскрипывали. Цокали копыта. Ровное, глубокое дыхание коней наполняло ночь приятной густотой. Она сочеталась с мягким ароматом лошадиной кожи, острым запахом растительности и едкостью соляного болота. Карда бесшумно передвигался рядом. Конвей приподнялся и окинул взглядом колонну, не видя Микки.
Все шло хорошо.
Мысли Конвея вернулись к Ланте, которая пыталась помешать им уничтожить рабство. Лицемерие Церкви. Сначала Жнея хотела убить его, теперь Ланта пыталась нанести удар, используя его отношение к Ти.
Он не мог отрицать, что сам дал Ланте повод к мести. Но в этом была и ее вина. Он ведь пытался быть ей просто другом.
Конвей покачал головой. Правда была в том, что он пытался быть для Ланты больше чем другом, но той до этого не было дела. Самое неприятное, что она просто манипулировала им и дразнила его, а он не понимал этого. Она даже никогда не уважала его. Человек так много берет на себя, а потом…
Это не значило, что он хотел отомстить ей. Она играла в глупые игры.
Ти спасла ему жизнь и поставила цель.
Ланта была обманщицей. Симпатичная — да, милая — да, но ничего больше. Сдержанная. Да. Если бы она могла просто поговорить с ним. У него было что сказать ей.
Он чуть не врезался в Ти. Они двигались по узкой тропе, и она немного приотстала, ожидая его.
Проклятое место занимало обширное возвышение, окруженное болотами, с заливом на юге. Ти стояла на перекрестке двух дорог: узкой и широкой. Давным-давно рабы-шахтеры перевозили руду по широкой дороге с выдолбленной колеей на баржи, плававшие по реке.