Страна нигде

Пинаев Андрей Михайлович

– И что люди в этом находят?

– А?
– обернулась Бета.
– в чем?

– Не понимаю, что за радость - сидеть на деревянной лошади и вертеться.

– Ну... это детям нравится. Наверное, они представляют, что на настоящей лошади ездят по кругу...

Фея вдруг подлетела к одной из лошадок и ухватилась за ее синтетическую гриву.

– Если можно... включи еще, пожалуйста.

Я хмыкнул, ткнул кнопку, затем повернул рукоять и добавил оборотов. Фея сначала просто стояла на деревянном крупе, затем расправила крылья, чуть взлетела и, держась за гриву, позволила лошадке себя тянуть. Когда фея в очередной раз пролетала мимо

меня, я успел увидеть, что выражение ее лица очень серьезное и сосредоточенное, не выдержал и расхохотался. Фея тут же отпустила гриву и приземлилась в траву.

– Ты чего?

– Не знаю.
– ответил я, все еще фыркая.
– у тебя было такое серьезное лицо... ну как, понравилось?

– Не... и у меня теперь кружится голова.
– пожаловалась фея и, словно в подтверждение своих слов, взлетела и попыталась приземлиться на край панели управления карусели, но промахнулась и едва не ударилась головой.

– Осторожно.

– Я осторожно...

– Ты посиди пока, не летай, пока голова не перестанет кружиться.

– Ладно...

Мне на глаза попался киоск с автоматом для продажи мороженого. Я подошел, включил автомат, подождал, пока он разогреется и ткнул кнопку. Спохватившись, выскочил из киоска, сорвал лист лопуха и успел подставить его под ползущую с веселым 'фшшшш' из мгновенно покрывшейся инеем стальной трубки искристо-белую массу, не уронив ни капли.

– Вот. Хочешь?
– положил я лист с мороженым перед феей.

– Хочу...
– Бета подошла к листу лопуха, оторвала от него кусочек и попыталась зачерпнуть мороженое им.

– Ой, погоди, об этом я не подумал. Подожди минутку.

Я достал из сумки нераспечатанную упаковку пластмассовых хомутов, вскрыл ее, достал один и кусачками отделил половину. Получилась этакая пластмассовая палочка как раз для маленьких рук феи.

Фея зачерпнула мороженого с края, где оно подтаяло, и отправила его в рот и изобразила такую улыбку, что я, хоть и никогда любителем мороженого не был, достал складной нож, отделил кусочек сверху - там, где мороженое еще было твердым и где поблескивали крошечные льдинки - и слизнул его с лезвия.

Порция была крошечная и кончилась быстро. Лист лопуха с остатками мороженого я положил на выросший возле карусели муравейник и некоторое время наблюдал за ошалевшими от счастья муравьями, накинувшимися на халявное угощение, затем не торопясь пошел к пруду, уже пришедшая в себя после карусели и весьма повеселевшая Бета последовала за мной. То ли ударная доза сахара ее опьянила, то ли от мороженого она замерзла и пыталась так согреться - фея летала вокруг меня, словно муха вокруг лампочки.

– А ты спрашивал вот, как феи проводят свободное время...
– первой нарушила она молчание.

– М-м-м? Ну и как же?

– Я вспомнила... мы играли с цветами.

– С цветами? А как можно играть с цветами?

– Ну вот... например, когда яблоня цветет - там много яблонь, ты видел? Можно пролететь вот так... по самому краю...

Фея проиллюстрировала свои слова, облетев маленькую березку.

– И когда летишь, там цветы совсем близко. И тогда вытянешь руку и по ним так: хлоп, хлоп, хлоп... и тогда они сильно пахнут. Когда несколько фей летает так, цветы очень сильно пахнуть начинают. А в некоторых еще пчелы сидят и жуки всякие... ты по ним хлопнешь, а они так смешно: 'ЖЖЖЖЖ!!!'.

– Офигеть.
– засмеялся я.
– никогда бы не подумал.

– А еще...
– фея огляделась - можно вот так...

На лужайке

вперемешку росли ромашки и опушившиеся одуванчики. Фея зигзагом пролетела лужайку, хлопая по цветам и отскакивая от них, словно шарик в пинболе. Воздух наполнился пухом одуванчиков, ромашки же так сильно запахли, что у меня защекотало в носу, я не сдержался и чихнул. Слегка запыхавшаяся фея вернулась и пояснила:

– И вот несколько фей так летит, одна за другой, первый сбивает, а остальные повторяют. От ромашек пыльца летит, и от нее чихаешь, а от одуванчиков пух - он такой щекотный, когда пролетаешь через него...

– О да... пожалуй, это действительно весело.

– А еще можно с шиповником играть... он колючий, если случайно влетишь, можно ободраться. Но все равно он мне нравится. У него красивые цветы.

– Хм... всем девочкам нравятся цветы.

– Разве тебе не нравятся?

– Мне?
– я огляделся вокруг, ловя взглядом все попавшие в поле зрения цветочки.
– я как-то не задумывался. Вообще-то, наверное, нравятся. Тот же шиповник... я помню, как-то повели нас в поход, по берегу реки, там были огромные заросли этого шиповника, и он как раз цвел вовсю. Так одна девочка взяла пластмассовое ведерко и стала лепестки обрывать и собирать в него. Полведра, не меньше набрала, ну да потом ей помогали. Говорила, будто бы можно их подсушить и в чай добавлять - до этого, правда, так и не дошло, потерялось потом это ведро где-то. Но запах был очень приятный, и на ощупь эти лепестки приятные... и выглядели красиво, да.

– Целое ведро лепестков шиповника?
– восхитилась Бета.

– Полведра. И ведерко было маленькое, чуть больше того, в которое я ягоды собираю.

– А здесь тоже много шиповника... он растет на берегах вот этого ручья. Только ниже по течению.

Фея указала на ручей, текущий от пруда. Поскольку мне было все равно куда идти, я пошел вдоль него.

– Весной... ну, то есть в начале лета, он цветет, потом отцветает, и лепестки падают в воду. И они плывут, плывут... их так много. А там, чуть ниже, там еще один есть прудик, только маленький. И они там плавают. Представляешь, весь прудик в розовых лепестках!

– Ишь ты... хм. Хотел бы я такое увидеть. Жаль, шиповник отцвел уже.

– А знаешь, тут есть цветы такие, они похожи на шиповник, только маленькие. И раскрываются по ночам. И светятся. Только я не знаю, как они называются.

– Похожи на шиповник... раскрываются по ночам... светятся?
– я озадаченно остановился.
– ты шутишь, что ли?

– Нет... правда.

– Ну надо же, я о таких и не слышал никогда. А где они?

– Там, где я живу... немного в стороне, там еще одна полянка есть. Эти цветы там посадили, совсем недавно... ну, в смысле, перед тем, как люди уехали. Я помню, тогда говорили, что их как бы для проверки садят. Их сначала было много, а сейчас их все меньше и меньше каждый год.

– А... наверное, какие-то искусственно созданные. Покажешь их мне?

– Конечно! Только они сейчас закрытые и не светятся... а может, светятся, но не видно, потому что днем. Их надо смотреть ночью...

– Ну... ночью я вряд ли так далеко пойду. Ты уж извини, в этом вашем лесу и днем ногу сломать можно, а уж ночью-то я точно там грохнусь. Хотя жаль, конечно.

– Так тебе не нужно никуда идти ночью!
– фея обогнала меня и зависла перед моим лицом.
– там же есть домик, ну тот, где раньше Виктор Сергеевич жил. Ты можешь там заночевать, а оттуда совсем близко и там тропинка хорошая.