Страна нигде

Пинаев Андрей Михайлович

Мне пришла в голову довольно забавная идея. Здесь ведь не такие уж энергоемкие приборы, верно? Что там может быть у фей, кроме того светодиода - разве что обогреватель, по мощности сопоставимый с маленьким феном. А что если просто, не заморачиваясь восстановлением электроснабжения, принести сюда заряженный аккумулятор и запитать квартиру феи от него?

Чем больше я размышлял, тем больше мне нравилась эта идея, и я отправился к зданию администрации.

Компьютер продолжал бесплодные попытки подключения. Я выключил его, затем выключил все остальное оборудование и выдернул все штекеры из источника бесперебойного

питания. За те несколько дней, что он был включен, уровень заряда дошел до ста процентов, и, как утверждали цифры на маленьком дисплее, бесперебойник мог бы снабжать электроэнергией компьютер и прочие приборы около шести часов. Для светодиода и обогревателя - практически бесконечный запас.

Я попытался приподнять источник бесперебойного питания. Ой-ой-ой... не пушинка. В руках не унести... Окинув взглядом кабинет, я обнаружил моток прочного строительного скотча и за пять минут соорудил на бесперебойнике нечто вроде лямок.

Поднатужившись, я поставил его на стол, присел, просунул в лямки руки и встал. Меня сразу же повело в сторону, и я еле устоял на ногах, опершись рукой о стену. Ой-ой, спина... а ведь это еще только начало...

Не торопясь, просчитывая каждый шаг и осторожно переставляя ноги, я двинулся обратно к домику фей. Непосильная тяжесть на моих плечах раскачивала меня из стороны в сторону, пару раз я чуть не слетел с дорожки. Когда пришла пора свернуть с асфальтовой дорожки на тропинку, идти стало еще тяжелее: мой чуть ли не удвоившийся вес буквально вдавливал ноги в мягкую землю, и я шел, молясь о том, чтобы не поскользнуться и не упасть - упади я вперед, бесперебойник запросто мог бы переломить мне позвоночник.

К счастью, мне удалось дойти до вагончика зоотехника без падений. Я вошел внутрь, медленно и осторожно опустился на корточки и скинул вытянувшиеся лямки из скотча с плеч. Когда я встал, от неожиданной легкости у меня потемнело в глазах, и в наступившей темноте я очень отчетливо вспомнил узкую двухколесную тачку, виденную мной на складе.

Обозвав себя дураком, я вышел из вагончика и прошелся туда-сюда, разминая плечи, затем подцепил бесперебойник к электрощитку и щелкнул рубильником. На щитке загорелся зеленый светодиод, а спустя секунду я услышал голос:

– Ой! Мама!

Я выглянул наружу и увидел фею, которую, должно быть, разбудил вспыхнувшая в ее комнате лампочка - мне не пришло в голову убедиться, что она выключена. Фея хаотично перелетала от одной дверцы домика к другой, заглядывая в окошки, ее полет был неровным, как походка только что проснувшегося человека, и в конце концов она зацепила плечом карниз и чуть не упала. Я окликнул ее:

– Бета, ты чего?

Фея повернулась ко мне и замерла, словно увидела меня впервые.

– Я... мне...
– наконец сказала она.
– мне приснилось... то есть, я проснулась, и свет загорелся. И я подумала, что мне все приснилось... что люди уехали, и все уехали, и что пора вставать и идти в парк...

– Это я починил.
– объяснил я, не вдаваясь в подробности.

– Починил?
– эхом отозвалась она.

– Ну... батарею поставил. Теперь у тебя будет свет.

– Спасибо...

– Только не подумал, что он сейчас включен. Ты иди, поспи еще - всего пара часов прошла.

– Ага...
– Бета ушла в свою комнатку обратно, а я вернулся в вагончик, где довел начатое до конца - как следует заизолировал

провода и закрыл электрощиток, затем вышел наружу, не торопясь опустошил прихваченную из автомата жестянку с газировкой, смял ее, положил в сумку, тихонько подошел к домику фей и заглянул в крошечное окно ячейки Беты, штора на котором была теперь задернута лишь наполовину. Я опасался увидеть ее плачущей, но к счастью, фея уже спала - лежа на боку, лицом к стене, едва прикрыв ноги застиранным до полупрозрачности носовым платком.

Я вернулся в парк, подошел к таинственной двери. Прежде чем попытаться открыть ее, я снова приблизил лицо к стеклу и попытался рассмотреть, что внутри, но ничего кроме ступеней не увидел. Выдохнув и набравшись смелости, я провел ключом-капелькой по металлической пластине.

– Неверный ключ.
– Отозвалась дверь, мигнув красным огоньком, и я испытал смешанное с разочарованием облегчение. Оно длилось ровно две секунды, затем дверь без всяких фраз и световой сигнализации приоткрылась.

Из темной щели на меня повеяло прохладой и запахом озона. Я открыл дверь, вошел, но тут же как ошпаренный выскочил: мне пришло в голову, что дверь так же неожиданно может закрыться. Открыв ее пошире, я проводом привязал ручку двери к растущей у входа молодой березке, убедился в надежности и лишь тогда вошел снова.

Как только я спустился вниз по ступеням, загорелись неяркие лампы и осветили небольшой коридор с несколькими дверями. В подземном помещении было очень чисто и сухо, за стеной еле слышно жужжало что-то электрическое. В конце коридора без движения стояло виденное вчера устройство - словно оно въехало внутрь, уткнулось в стену и так выключилось.

Я сделал несколько осторожных шагов, коснулся двери в стене слева. Дверь была копией той, что снаружи, с таким же точно замком, разве что более тонкая. Света из коридора было достаточно, чтобы сквозь стекло разглядеть за нею маленькую комнату с единственным стулом и столом, на котором стоял монитор и лежала клавиатура.

– Назовите себя.
– раздался голос с потолка. От неожиданности я окаменел, словно застигнутый на месте преступления воришка.

Прошло несколько секунд, и я все еще был жив, да и голос был не таким уж страшным - он был женским. На всякий случай я чуть отошел к выходу и произнес в пустой коридор:

– Эээ... здравствуйте. Извините, что...

– Назовите себя.
– повторил голос с теми же интонациями, а именно - с полным отсутствием таковых.

– Андрей Рожков.
– назвал я себя.
– а вы?

– Вас приветствует операционная система 'Тигровая Лилия'.

– Тигровая Лилия?
– я вспомнил одноименного персонажа из книжки про Питера Пэна, принцессу индейцев. В диснеевском мультфильме она была изображена как девочка лет двенадцати с пухлыми щечками, орлиным пером в волосах и убийственно серьезным выражением лица.

Тигровая Лилия молчала, и я первым подал голос:

– Что это за место?

– Это центр управления биокомбайном.
– ответила она без промедления.

Так... Я помассировал виски. Значит, у меня теперь есть источник информации об этом острове, мне нужно лишь задать вопросы? Хорошо.

– Как называется этот остров?

– Неверленд.

– Почему отсюда уехали люди?

– Плановый перерыв в работе.

– А... есть связь с большой землей?

– Вопрос некорректен.