Страна грез
Шрифт:
Сойти с тропы?
Да ни за что. Только не здесь. Она уже выучила тот урок, который получила, когда оторвалась от Кэсси и Боунза. Пробовать еще раз ей не хотелось. В этом мире было слишком легко потеряться. Кто знает, каков будет тот мир, в который она может попасть? Но если только ей удастся разделаться с Я-вау-тсе, она обязательно изучит все, что касается путешествий в Других мирах.
Интересно, подумала Эш, в моих глазах уже появляется этот странный блеск, как у Лусвен и Боунза?
Потом она подумала, как было бы здорово сейчас лежать в постели, читать
И продолжала идти.
И старалась не думать.
Об Я-вау-тсе.
О том, что же она будет делать, когда наконец встретится лицом к лицу с духом земли.
Мышцы ног у нее уже сильно болели, когда тропа вышла к большой поляне.
По мере того, как она приближалась к ней, лес становился все светлее и прозрачнее. Это было кладбище деревьев. Огромные сосны стояли под углом, полуповаленные, с бурой мертвой хвоей, поломанными в падениях ветвями – большие деревья, падая, тянули за собой маленькие деревца. Тропа вилась через бурелом и закончилась на открытом вроде бы месте, но Эш никак не могла разобрать, что там впереди. На опушке леса ветер поднял вихри ослепительного снега, не дававшего увидеть вперед на вытянутую руку.
Здесь Эш остановилась, прикрыв глаза от метели. Шагнуть в буран она не решалась.
Если Я-вау-тсе – зимний земляной дух, подумала Эш, то она, должно быть, живет здесь. А если Я-вау-тсе живет здесь, то, значит, Эш дошла до конца своего пути.
Это было ей ясно. Не ясно было только, сможет ли она пойти дальше.
«А мы и не говорили о борьбе,» – сказала Лусвен.
Ну что ж, это уже хорошо, потому что Эш не чувствовала в себе сил бороться даже с мышью. А другой вариант, который предложила Лусвен… предложить себя вместо Нины…
Для этого потребуется смелость, которой Эш в себе не знала.
Ужас этого постоянно крепчал в ней, с каждым ее шагом по тропе. Теперь, здесь, в конце пути, она дрожала от страха так же сильно, как и от холода.
Она не могла сделать шаг.
Ну же, сказала она себе. Не будь ты таким дерьмом. Где же бойкая уличная девчонка, у которой всегда на все готов ответ?
Эш знала, где.
Ее просто не существовало никогда. Это была лишь маска, чтобы скрыть страдание.
Чтобы уберечься от боли.
Отлично, подумала она. Ну, так измени же все. Разом, ну!
Дрожа, Эш выдохнула пар изо рта и шагнула в метель, но тут же остановилась снова. На этот раз – от удивления.
Исчез лес, и не осталось и следа от него. Исчезла метель, да и чуть ли не сам снег. Снег лежал тонким покровом на твердой земле. Ветер остался, он продолжал швырять Эш в лицо облачка жесткой снежной пыли, унося их дальше по равнине, которая тянулась, насколько хватало глаз, во все стороны. И на ней, в полумиле или около того от нее, стояло сооружение, которое было странно знакомо Эш. Через несколько секунд только она сообразила, что это была та башня с Таро, которое Кэсси разложила на нее в Фитцгенри-Парке.
Это была пятая карта.
Та,
И вот теперь это будущее стояло перед ней.
Надо пережить, сказала Эш себе.
Она уже собиралась двинуться вперед, как вдруг скрип снега за спиной заставил ее резко обернуться – сердце застучало в висках. И ей ничуть не стало легче, когда она очутилась лицом к лицу с человеком, который шел за нею до самого дома от оккультной лавки накануне вечером.
Здесь он выглядел совсем по-другому. Волосы его так и остались обрезанными коротко, но одет он был не в прикид уличного панка, в котором она видела его тогда, а в меха и меховые штаны, похожие на те, что были на ней. Руки он держал в карманах.
Но взгляд его вовсе не изменился. Он смотрел ей прямо в глаза с угрожающей настойчивостью.
– Ты? – спросила Эш. – Что ты здесь делаешь?
Или все, кроме нее, давно уже гуляют между мирами?
– Я здесь живу, – ответил он.
– А, вон как.
– Вот так. Вопрос, что делаешь здесь ты?
Эш кивнула на башню у нее за спиной.
– Пытаюсь спасти свою кузину, – ответила она.
Незнакомец вздохнул. Он вынул руки из карманов, и в правой оказался нож.
– Значит, я пришел остановить тебя, – сказал он.
НИНА
Гвен Карабальо тихо сидела за столом в столовой. Муж и дочь рассказали ей все.
Нина смотрела на мать со страхом. По ее лицу, задумчивому, чтобы не сказать встревоженному, было видно, что именно она думает.
– Ты ведь веришь нам? – спросила Нина.
Это удивляло ее. Нина сама была здесь, когда все это случилось, и все же она не могла сказать точно, верит ли во все это она. Если бы ей кто-нибудь рассказал такое…
– Конечно, я тебе верю, – ответила Гвен. – Я знаю, что то, что ты говоришь, кажется невероятным, но вы – два человека, которых я люблю больше всех на свете, и если я не буду верить вам, то кому же мне верить?
– О, господи, – произнесла Джуди. – Хотела бы я, чтобы мои родители были такими же откровенными.
Джуди наотрез отказалась идти домой. То, что произошло, было страшно, объяснила она, но еще страшнее ей было думать о том, что она останется дома одна. Она понимала, что призраки охотятся не за ней, но ей не хотелось проверять, не погонятся ли они теперь, зная о ней, и за ней тоже.
Дома ей никто бы не помог.
Ее родители в жизни бы ничего не поняли.
– Может быть, стоит дать им попробовать? – предложил Джон.
– Я все время пытаюсь, – ответила Джуди. – Насчет совершенно простых вещей, типа пойти к кому-нибудь в гости. Но они слишком старорежимные.
– Понимаю, – кивнул нинин папа.
Это он звонил маме Джуди и спрашивал, можно ли Джуди остаться у них на ночь.
– Так что же нам теперь делать? – спросила Нина.
– Позвонить Охотникам за Привидениями? – отозвалась мама со слабой улыбкой.
– Не смешно.
– Знаю. – Мама вздохнула и повернулась к мужу. – Может быть, снова позвонить в полицию и спросить, не узнали ли они что-нибудь нового?