Сторож
Шрифт:
Но он вроде и внимания не обращает, когда я говорю. Я сказал ему недавно, слышишь, я сказал ему насчет этих черных, насчет черномазых, что приходят из другого дома и пользуются уборной. Я сказал ему, что там одна грязь была, все перила были грязные, они черные были, вся уборная была черной. А он что сделал? Он за всем тут следить должен, ему нечего было сказать, у него и слова не нашлось сказать. Ему наплевать!
Пауза.
Недели две назад он сидел здесь, он тут со мной разговорился. Недели две. Такого наговорил!.. А с тех пор и слова не сказал. А тогда говорил и говорил. И не знаю, с чего это он… Не смотрел на меня, вроде и не со мной говорил, ему
Пауза.
Никак я его не пойму.
Пауза.
С тобой вдвоем мы бы устроили тут как надо.
Мик (задумчиво).Да, ты прав. Слушай, что бы я сделал с этим домом.
Пауза.
Я бы из него шикарный особняк сделал. Скажем… эту комнату. Эта комната была бы кухней. Площадь подходит, окно большое, полно света. Я бы сделал… я бы сделал здесь синие с отливом, медно-красные и пергаментные квадраты из линолеума. И эти тона повторил бы на стенах. Плита, мойка — белые с черным верхом. Для шкафов, для посуды места сколько угодно. Маленький стенной буфет и большой стенной буфет, а в углу буфет-вертушка. В буфетах недостатка бы не было. А столовую сделать через площадку, слышишь? Да. Подъемные жалюзи на окнах, пробковые коврики… Стол… полированный, из тикового дерева, сервант с черными матовыми ящиками, у стульев гнутые ножки, мягкие сиденья, кресла с шерстяной кремовой обивкой… Буковый диванчик с плетеным сиденьем из морской травы, белый жаростойкий кофейный столик… белая керамика… Да. Потом спальня. Что такое спальня? Это убежище. Приют отдыха и тишины. Здесь отделка спокойная. Освещение — самое необходимое. Мебель… красное и розовое дерево. Лазурно-голубой ковер, голубые с белым легкие занавески, постельное покрывало с синими розочками на белом фоне, туалетный столик — такой, что можно делать выше-ниже, на нем пепельница, лампа с абажуром из рафии… (Садится.)Не квартира была бы, а дворец.
Дэвис. Еще бы, так и было бы.
Мик. Дворец.
Дэвис. А кто бы там жил?
Мик. Я. Мой брат и я.
Пауза.
Дэвис. А как же я?
Мик (неторопливо).Весь этот хлам здесь, он никому не нужен. Просто куча старого железа, и только. Лом. Разве из этого устроишь дом? Тут ведь никак не развернешься. Это хлам. Он его так и не смог продать, ему и двух пенсов за него не дадут.
Пауза.
Хлам.
Пауза.
Но ему как будто все равно, что я думаю, вот в чем беда. Почему бы тебе не поговорить с ним, не узнать, чего он хочет?
Дэвис. Мне?
Мик. Да. Ты же его друг.
Дэвис. Никакой он мне не друг.
Мик. Но ведь ты живешь с ним в одной комнате, верно?
Дэвис. Никакой он мне не друг. Его и не разберешь никогда. То есть я хочу сказать, что с таким, как ты, все ясно…
Мик смотрит на него.
То есть ты себе на уме, я и не говорю, что ты не себе на уме, это каждый видит. Может, ты и чудишь по-своему, так ведь все мы такие, а у него всё по-другому. То есть с тобой, по
Мик. Прямой.
Дэвис. Точно, прямой.
Мик. Да.
Дэвис. А вот он, у него никогда не поймешь, что он еще выкинет.
Мик. Угу.
Дэвис. Он же бесчувственный!
Пауза.
Понимаешь, мне нужны часы! Мне нужны часы, чтобы показывали время! Как я могу узнать время без часов? Я не могу! Я сказал ему, слушай, вот бы сюда часы, чтобы я знал, который час! То есть, если знаешь время, чувствуешь себя свободно, понимаешь? А так, что мне надо делать? На улицу выйду — на часы посмотрю, а потом надо не забыть, когда я уже дома. Но так ведь нельзя, то есть стоит пять минут здесь побыть, и я уже забыл. Забыл, который час!
Ходит по комнате.
Потом, смотри. Если я нездоров и днем полежу, откуда мне знать, когда я проснусь, пора ли пить чай! Еще, понимаешь, ничего, когда приходишь. На углу есть часы, и, когда я вхожу в дом, я знаю, который час. Но когда вошел! Когда я уже здесь! Тогда у меня и понятия нет, сколько времени.
Пауза.
Нет, что мне нужно, так это часы… здесь, в комнате, тогда я, может, еще продержусь. Но он мне ничего не дает.
Садится на стул.
Будит меня! Он меня будит посреди ночи! Говорит, что я бормочу! Я тебе говорю, я уже было на днях решил все ему высказать!
Мик. Он не дает тебе спать?
Дэвис. Не дает мне спать! Будит!
Мик. Какой ужас!
Дэвис. Я в разных местах бывал. Мне всегда давали спать. И везде так, куда ни пойди. Кроме как здесь.
Мик. Сон необходим. Я всегда это говорю.
Дэвис. Точно, сон необходим. Я утром просыпаюсь, я измотанный совсем. У меня есть дела, мне надо ходить везде. Мне надо определиться, мне надо пристроиться. Но когда я встаю утром, у меня совсем нет сил. И ко всему еще нет никаких часов.
Мик. Да.
Дэвис (встает, ходит по комнате).Он уходит, я не знаю, куда он идет, где это он ходит, он мне не говорит. Мы с ним болтали, бывало, а потом — хоть бы разок. Я не вижу его никогда, он уходит, приходит поздно, только и делает, что меня расталкивает среди ночи.
Пауза.
Послушай! Я просыпаюсь… Я просыпаюсь утром, и он лыбится на меня! Он стоит тут, смотрит на меня и лыбится! Я его вижу, понимаешь, я его вижу через одеяло. Пиджак надевает, потом оборачивается, смотрит на мою кровать, рот до ушей. Какого дьявола он зубы скалит? Только он не знает, что я за ним смотрю через одеяло. Слабо ему знать! Не знает, что я его вижу, думает, я сплю, но я за ним слежу все время через одеяло, понял? А он не знает! Он просто смотрит на меня и зубы скалит, а не знает, что я вижу!
Пауза.
(Наклоняясь к Мику.)Ты, верно, чего хочешь, ты хочешь поговорить с ним, точно? Я уже… Я уже всё придумал. Ты скажи ему… у нас есть, мол, планы насчет этого дома, мы могли бы тут устроиться, мы всё привели бы в порядок. Смотри, я мог бы все отделать здесь, я бы тебе помог во всем… если б мы вдвоем тут, ты да я…
Пауза.
Ты теперь где живешь?
Мик. Я? Ну, у меня есть квартира. Неплохая. Всё на месте. Приходи как-нибудь, выпьем. Чайковского послушаем.