СтопХамка

Волгина Надежда

– Петюнь, а я завтра на работу устраиваюсь, – проговорила ему Вита в спину.

– Угу.

– Мог бы и поздравить, – обиженно пробормотала.

– С чем, Перепелка? Ты же только устраиваешься, а не устроилась еще. Вот как только, так сразу…

– Вредный ты!.. А я вот чувствую, что это мое! – гордо выпрямила спину и тут же чуть не споткнулась о какую-то коробку, что выросла прямо под ногами. – Тьфу ты! Ну и бардак у тебя!

– А ты приди и уберись. Некогда мне, понимаешь ли. Остап – то, Остап – это… Как будто я единственный лидер в нашем общем

движении. Вот и не остается на личную жизнь времени. Даже на свидание сходить некогда.

– А есть с кем? – с улыбкой поинтересовалась Вита.

Насколько она знала, Петюня очень даже нравился девчонкам, только сам себя гордо величал слишком разборчивым. И за год их знакомства она не помнила, чтобы он с кем-нибудь встречался.

– Да хоть с тобой, – зыркнул он на нее через плечо. – Пойдешь?

– С тобой – хоть на край света.

– Ловлю на слове. Если не подохну раньше, – пробасил себе под нос.

Да! Голос у него был выдающийся – бархатный и басовитый. Чем Петюня и пользовался напропалую. В их движении он считался лучшим оратором.

– Так, Перепелка, наклейки экономь, поняла? – они вошли в комнату, которую Петюня выделил под склад. Вот тут царил идеальный порядок, не то что во всех остальных местах квартиры. – Денег на них сейчас выделяется мало, тираж резко сократить пришлось. Я тебе два дня назад давал пятьдесят штук. Куда спустила, признавайся?

– Да на урода одного! – скривилась Вита. – Каждое утро паркуется на газоне в моем дворе.

– А ты?

– А я клею… Не боись, не по четыре за раз, а всего лишь парочку.

– Сократи до одной наклейки. Ты поняла меня, – снял он с полки толстенькую упаковку наклеек и сунул в пакет. – Дотащишь?

– Своя ноша не тянет, – с улыбкой кивнула Вита и сунула упаковку в рюкзак.

– И это, Перепелка, поаккуратней там. А то этот хам еще и морду тебе набьет. Увещевать пыталась?

– С ума сошел! Я от него драпаю, – рассмеялась Вита.

– А если догонит?

– Так и догнал сегодня, только вот морду, кажется, набили ему.

Сказала и тут же испытала очередной прилив стыда. Не надо было так вести себя сегодня утром. Для начала можно было попробовать поговорить. Только вот с этим хамом уже поздно разговаривать, потому как взбесила она его, видать, неслабо.

– Виталина! – назвал ее Петюня полным именем, и это было плохим признаком. – Ну мы же не секта какая и не вредители имущества. Наша цель – воспитание гражданской и правовой ответственности в вопросах парковки у жителей столицы. А ты что творишь? Вместо того чтобы поговорить с нарушителем, убегаешь от него. А он, может, прислушается к тебе и заслужит шоколадку. Кстати, ты запас шоколадок пополняешь?

– Куда там, – уныло вздохнула. – У меня уже в кармане дырка. Вот устроюсь на работу…

– Так, сейчас я… – резво полез Петюня в один из нижних ящиков стеллажа. – Держи, – протянул ей коробочку «Аленок». Помни – шоколадка лучше, чем наклейка. Этому принципу и следуй. Попробуй завтра поговорить с этим… что паркуется у тебя на газоне. Если он, конечно, приедет в твой

двор, – громко рассмеялся.

– Угу, – пообещала Вита, а про себя подумала, что ни за что не станет с ним говорить, а вот убегать придется еще быстрее.

Таких сажать нужно, а не беседами развлекать. Хам, одним словом, хоть и довольно симпатичный.

Глава 2

Иван

– Иван Сергеевич, что с вами?! – такими словами встретила его Рита и показательно схватилась за сердце.

Секретарша она была от бога, а актриса так себе. Хотя, возможно, его опухшая рожа и способна кого-нибудь напугать до такого состояния. Но не Риту же – кремень-бабу, которая, как у Некрасова, «коня на скаку остановит, в горящую избу войдет».

– Молодец, что сразу прикатил ко мне, боец! – нахваливал его Антон, обкалывая лицо каким-то чудо средством. – Завтра от синяков и следа не останется, препарат надежный. Но тут главное не упустить время. Только сегодня вот походишь немного припухшим, как с глубокого похмелья.

Вот же дрянь, эта девчонка! Ну кто бы мог подумать, что станет участником уличной драки! Да еще и из-за какой-то козы-вредительницы! Благо, долго они кулаками не махались. Получив пару раз по морде и под дых, мужик отвалил. Правда, не сам – тетка какая-то верещать начала что-то про убийство.

Клиника Антона тоже находилась недалеко, и до нее Иван домчал быстро. Больше времени потом проторчал на мойке, отдирая эти чертовы наклейки. И каким только клеем они пользуются, эти идейные малолетки, а по сути – просто идиоты. К нему вот и прилепилась одна такая идиотка. С мордахи симпатичная, а дура дурой, по всей видимости! На мойке уже над ним смеются, не скрывая.

Он и погнался за ней сегодня, чтобы поговорить, а она сразу вопить начала, кретинка!

– Рит, есть что-нибудь от головы? – поморщился Иван. После мордобоя голова просто трещала.

– Анальгин если только…

– Принеси вместе с кофе. И сделай покрепче, пожалуйста, – попросил он и скрылся в своем кабинете.

Проходя мимо овального зеркала, бросил взгляд на свое отражение. Тут же дернулся как от удара. С глубокого похмелья?! Да какое тут похмелье, больше на многодневный запой смахивает. Ничего удивительного, что даже у Риты едва не случился сердечный приступ. И как-то слабо верилось, что завтра все пройдет. А сегодня ему по любому придется отсиживаться тут, отменив все встречи.

– Рит, отмени все встречи на сегодня, – велел по селекторной связи. – И ко мне никого не пускай. Нет меня!

– Хорошо, Иван Сергеевич, – раздалось в ответ ласковое, а вскоре секретарша появилась в кабинете с кофе и таблеткой.

Только успел выпить таблетку, как позвонила мама.

– Ванюш, у тебя все хорошо? – услышал он ее обеспокоенный голос.

Мама всегда интуитивно чувствовала, что с ним что-то произошло. Ей бы о себе побольше думать, а она…

– Все хорошо, мам, работаю. Ты как?