Стон и шепот
Шрифт:
– Я передумал, – заявил Соколовскому, едва тот оказался в моем кабинете. – Слишком много дел.
Влад от моего категоричного отказа растерялся.
– Но ведь… – он понизил голос. – Я уже договорился, будет неловко.
– Мне плевать.
Неужели он думал, что меня серьезно будет волновать, с кем он там договаривался?
– Руслан, ты не понимаешь, – Влад начал говорить так, будто куда-то спешил. – Это не просто публичный дом, это КЛУБ! О нем даже рассказывать нельзя!
Я откинулся на спинку кресла, смерил взглядом этого недоумка. Знавал я всякие клубы, и этот наверняка был
Меня же подобные развлечения могли тронуть только тем, что в них не участвовал. Мне хватало в жизни рабского преклонения, чтобы начать наслаждаться этим еще и в постели.
– Вряд ли в месте, куда ты хочешь меня отвести, будет что-то особенное, – с самым скучающим видом ответил я и кивнул на дверь. – Поверь, я многое перепробовал, чтобы сломя голову не бежать в какой-то закрытый клуб.
– Спорим, что нет? – мальчишка неожиданно оживился и произнес это с вызовом, чего я абсолютно от него не ожидал. – Уверен: это тебя удивит. Такого ты не видел!
Я не азартный человек, абсолютно, но кто же упускает такой шанс?
– Спорим. На контрольный пакет акций. Проиграешь – отдаешь его по минимальной цене.
И этот идиот согласился, даже расписку подписал, взамен от меня попросив сущий пустяк: в случае проигрыша я даю ему разрешение потусить с бабами несколько дней в своем доме на Итальянском берегу и на спортивной тачке покататься с обещанием, что не разобьет.
Мысленно я уже подсчитывал полученную прибыль, когда мы свернули с МКАДа на одну из трасс, долго ехали по прямой, а потом Влад объяснял водителю, куда двигаться дальше.
Дивиденды грозили быть колоссальными, а в перспективе вырисовывалась возможность поглотить еще несколько мелких контор, ходящих под Соколовскими.
Мой джип свернул на грунтовую дорогу, долго петлял между лесных насаждений, пока не уткнулся в обнесенный каменным забором особняк. Ворота метра три высотой, КПП с охраной. Увиденное больше походило на военный объект, чем на бордель. Что ж, мне действительно стало любопытно, каких шлюшек тут так охраняют.
Пока Влад не вышел и не сказал о чем-то охраннику, нам не открыли, лишь проехав на территорию, я заметил множество дорогих машин, припаркованных во внутреннем дворе. А зайдя внутрь, разочаровался окончательно.
Да, тут было дорого. Роскошь витала в воздухе, богатство выглядывало из каждого угла и стучалось в витражные окна.
Да, красивые женщины. Практически совершенные тигрицы в роскошных вечерних платьях, которые, как гейши в древние времена, скрашивали интеллектуальный досуг мужчин, чтобы после по первому их желанию раздвинуть ноги, продавая тело.
Влад вел меня все дальше, из зала в зал, и я понимал, что публичный дом и правда рассчитан на то, чтобы удовлетворить самого взыскательного клиента. Тут было много помещений с просто отличной звукоизоляцией. После подобия высшего общества мы попали в огромную комнату, отделанную в черно-красных тонах, где разукрашенные готичные девочки извивались у шестов под Мэрилина
Следующая комната была посвящена БДСМ-тематике, и я с усмешкой заметил, как Влад начал дышать чаще и вытер потные ладони о свои дорогие брюки с идеальными стрелками. М-да, столько тысячелетий эволюции, а ты все такая же примитивная обезьяна, Соколовский. Тупая обезьяна.
Несколько удивил меня следующий зал, так как я никак не ожидал наткнуться на древнегреческую оргию. В помещении, стилизованном под грот, трахались несколько десятков человек. Не люди, а огромный организм, ведомый похотью. Ближайшую ко мне девку драли трое мужиков, а она только стонала, содрогаясь от наслаждения, и лихорадочно прыгала на члене толстяка, раскинувшегося на кушетке и выкручивающего ей соски. А на “Олимпе” вдалеке какой-то атлет в лавровом венке изображал из себя Зевса, имея какую-то не особо молодую бабу, а гибкая красотка тем временем облизывала ему яйца.
Как понимаю, все, кто тут молодые и красивые – работнички этого замечательного местечка.
– Ты это мне хотел показать? – я перевел взгляд на Влада. – Безвкусную оргию?
Нет, зрелище, бесспорно, цепляло что-то в душе и, возможно, даже возбуждало, но все сходило на нет, стоило услышать противные чавкающие звуки, которые издавала шлюха, обрабатывая чужой член.
Такими темпами я точно стану импотентом…
– Нет, это все полная ерунда. Игрушки. Все самое интересное там, – Влад кивнул куда-то в сторону лестницы, ведущей в подвал здания.
– Да неужели? – мои слова просто источали сарказм. – “Золотой дождь” или изощренная зоофилия?
– Увидишь! – таинственно отозвался Соколовский и все так же уверенно двинулся вперед.
Подвальный коридор закручивался, складывалось впечатление, будто он огибает что-то в сердцевине дома, и я бы не удивился, выйди мы обратно к лестнице наверх, но Влад остановился, дернул одну из дверей и завел меня внутрь.
Комнатка была небольшой, буквально три на три метра, одна стена – глухое стекло, остальные просто серые, большое удобное кресло посередине. Даже с массажером.
– И что это? – обведя рукой пространство, спросил я.
– Терпение. Уверен, ты оценишь. – Влад просто лучился от собственной значимости в этот момент, будто готовился мне целый мир открыть. – Главное, помни: никто из присутствующих тебя не увидит, а голос будет изменен. В клубе соблюдают анонимность – это основное правило.
Он указал мне на кресло, а заодно небольшой микрофон, вмонтированный в подлокотник.
– Как только все начнется, ты сразу поймешь! – с этими словами он вышел из комнаты, прикрывая за собой дверь.
На всякий случай я убедился, что меня тут не заперли. Все начинало походить на идиотскую шутку или фильм “Пила”. Было бы совсем не удивительно, превратись стекло сейчас в огромный экран, на котором появится клоун.
Но этого не произошло. Минут десять спустя, когда я окончательно заскучал, яркая вспышка буквально ослепила меня.
В комнате за стеклом кто-то включил свет.
И я очень быстро понял, что передо мной никакое не стекло, а зеркало, как любят показывать в американских фильмах, за которым тебя не видно, но очень удобно наблюдать за тем, кого будут допрашивать.