Столица

Руда Александра

— Мне губу разбили, — напомнил Ирга. — Проходи, Отто, будь как дома, раз уж ты пришел.

— Я вам дверь отремонтирую, — буркнул Отто, раздосадованный прохладным приемом. — А то висит на соплях. Что вы знаете, маги, о ремонте!

— Отто, — я с кряхтением слезла с кровати, — прости нас. Мы правда очень рады тебя видеть. Просто… Сестра Ирги привела к нам домой демона, а он был таким сильным, что вытянул из меня все силы. И потом мы тут убирали. И вообще…

Я не удержалась и всхлипнула. Да что же это такое!

А все пятка! Почему бы ей не зачесаться вчера? Почему в выходной? День с утра не заладился, и я чувствовала себя совершенно несчастной.

Полугном умел безошибочно определять, когда я стараюсь его разжалобить, а когда действительно в плохом настроении.

— Ох, золотце, — сказал он, с грохотом уронил сумку на пол и обнял меня, прижав к своему крепкому широкому телу. — Понимаю. Иди отдохни, я отремонтирую дверь. Я правда очень рад, что вы целы.

Он легонько подтолкнул меня к кровати, дернул бороду и полез в сумку.

— Чем тебе не нравится мой ремонт? — Ирга уже стоял возле двери, понимая, что поспать ему не удастся.

— Тем, что это позорищ… в смысле, хотел сказать, что дверь не обязательно менять, а можно сделать лучше, чем прежде.

— А что ты сначала хотел сказать? — ласково поинтересовался Ирга.

— Я хотел сказать, что каждый должен заниматься своим делом. Кто-то — двери чинить, а кто-то — зомби поднимать. Я, например, вообще не умею с мертвяками общаться. — Отто был сама дипломатия.

Я завернулась в одеяло и заснула под умиротворяющее мужское бурчание.

Спать в безопасности было так хорошо, что я открыла глаза довольно скоро, чувствуя себя совершенно отдохнувшей.

Отто и Ирга сидели за столом и ели варенье. Прямо из банки. Ложками. Уже выскребая остатки!

— Ну вы… — задохнулась я от возмущения. — Сожрали все! Без меня!

— И что? — спросил Отто. — Можно подумать, тебе для нас варенья жалко.

— Моего варенья, — напомнил Ирга.

Я заскрипела зубами. С одной стороны, сказать честно, что мне было жалко варенья — это ничем не удивить мужчин, которые прекрасно меня знали. С другой стороны, я же все-таки женщина, должна же удивлять.

— Нет, мне варенья не жалко, — сказала я, стараясь, чтобы улыбка не напоминала оскал. — Я просто волнуюсь о вашем здоровье.

— Нет, — уверенно сказал Отто, облизывая ложку, — она не слипнется! Родители иногда врут. Иногда они врут нагло и беспринципно.

— Как скажешь, — согласилась я, направляясь в ванную.

Там я остановилась перед зеркалом, сглотнув слюну. Целую банку домашнего варенья съели! Без меня! Свинтусы! Конечно, варенье можно купить и в магазине, но это будет не то. Совсем не то.

Я умылась холодной водой, планируя ужасную месть. Поеду в гости к маме и там подлижусь к бабушке. И съем две, нет, три… нет, пять банок домашнего варенья! Будем надеяться, бабушка не откажет

своей старшей внучке. Главное — есть быстро, чтобы продолжительность лекции «когда же у тебя будут детки и нормальный дом» сократить до минимума.

— Ола! — Отто заколотил в двери ванной. — Ты уверена, что тебе было не жалко варенья?

— А что?

— А то. Ирге плохо. Не ты ли его сглазила?

Я выскочила из ванной, чуть не снеся полугнома дверью. Ирга лежал на полу, схватившись за горло, и хрипел.

Я прижала руки ко рту, чтобы не закричать, в ужасе падая перед ним на колени. Ни одной здравой мысли в голове не осталось. Да пусть бы ел свое варенье, только бы был здоровым!

Ирга попытался что-то сказать, но я ничего не поняла.

— Что делать? — испуганно спросил у меня Отто. — Мы просто сидели, и он вдруг упал. Ола, что происходит? Я себя чувствую хорошо. Может, это не варенье? Какое-то проклятие? Вдруг его демон наложил!

— Не знаю! — закричала я, слишком испуганная для того, чтобы сосредоточиться и посмотреть ауру Ирги. — А-а-а! Что же делать-то?

Мой взгляд заметался по комнате в тщетной надежде найти решение проблемы. Ирга уже едва сипел, и мое сердце как будто сжимали ледяные руки. Я замерла, заметив сумку с инструментами. Отто всегда таскает с собой кучу всяких артефактов!

На четвереньках — думая, что ноги меня не удержат — я бросилась к сумке и принялась в ней копаться, активируя один артефакт за другим. Большую часть я делала сама, здесь были и противоболевые артефакты, и общеисцеляющие, и придающие сил. Отто молча ловил артефакты и укладывал на Иргу.

— Он не дышит, — дрожащим голосом сказал Отто, припадая к губам Ирги и пытаясь вдохнуть воздух в его легкие.

— Я знаю! — закричала я, вытряхивая из сумки на пол все содержимое. Инструменты, артефакты нашего производства, какие-то склянки с настойками. Мне очень хотелось быть сейчас рядом с Иргой, но понимала, что только я могу качественно активировать необходимые артефакты. Отто посылал слишком маленький заряд магии, а я моментально заполняла их под завязку. Ирге сейчас нужен был максимум сил, который мы могли дать.

Наконец я добралась до редких и страшно дорогих артефактов, которые полугном добыл на черном рынке.

Отто молча делал непрямой массаж сердца, и меня затопила благодарность. Держась за это чувство, вытесняя им страх за любимого, я замерла над артефактами. Чего я стою как мастер, если не смогу спасти Иргу? Я ведь даже не некромант. Я потеряю его навсегда!

Даже утренние пробежки мне уже казались благом. Ирга был центром моей жизни, моей смелостью, благородством, трудолюбием, упорядоченностью и любовью — всем тем, чего мне не хватало. Пусть только он исцелится, я даже на ребенка соглашусь, лишь бы у него была цель бороться за жизнь!