Сто баксов на похороны
Шрифт:
– Вы когда ходите по улицам, вас менты часто тормозят?
– Днем нет, – ответил Леха. – Если, конечно, в центр не забредешь. Враз наладят. И то не менты, а эти уличные охранники, с бляхами. Мусора ночами отлавливают. Днем брезгуют.
– Тогда вот что, – решил Зубов. – Сейчас идем в магазин. Берем более-менее одежонку вам и снимите хату на недельку. Это делается…
– Я знаю, как это делается, – сказала Нина.
– Тем более. Пошли в магазин.
– А зачем он нужен? – возразил Леха. – Здесь, – он махнул рукой вправо, – мини-рынок. Там все есть. И цена гораздо ниже.
– Вперед! – кивнул Зубов.
Небрежно
– Ты что делаешь? – Леха поднял бутылку. – Пролил…
– Возьмем коньяк, – засмеялся Зубов. – А это оставь. Может, кто подлечится.
– Хрен им всем, – буркнул тот и, сделав пробку из куска газеты, заткнул горлышко.
– А почему у тебя ксивы нет? – спросил Павел. – Ведь с зоны должны были отдать вместе со справкой…
– Да есть, – кивнул Леха. – Просто там выписка МВД. Со справкой оно как-то легче. Мол, извините, начальник, загулял трохи.
– Но паспорт спрашивают? – усмехнулся Зуб.
– Справку увидят, цепляют и в распределитель волокут, – хмыкнул Леха. – Оттуда меня на вокзал – и отправляют. На первой станции схожу и снова в столицу.
– А чего ты к Москве прикипел? – спросил Павел.
– Да вот она!.. – Леха кивнул на Нину.
– Так ехали бы куда-нибудь в деревню, – сказал Зубов. – Ведь так жить… – Он махнул рукой. – Хрен знает, что завтра будет.
– Так было б на что, – вздохнул Леха, – давно бы укатили.
– Так чем пузыри покупать, лучше бы…
– А кто нас там ждет? – вздохнула Нина. – Поэтому и пьем. Вроде как забываешь…
– Все, – сказал Зубов, – тронулись в магазин. Точнее, на рынок.
– А с чего ты такой добрый? – недоверчиво спросил Леха.
– Потому что поверил вам, – спокойно проговорил Зубов. – И вы мне поможете. Пошли! – Он шагнул к выходу.
– Я первый, – обогнал его Леха. – И если услышите, что пою, значит, менты.
– Я с ним пойду, – шагнула вперед Нина. – А то с тобой… – Она усмехнулась, – Больно ты чистый. А я – даже снять ты такую не можешь.
Взглянув на нее, Зубов усмехнулся. Давно не мытые спутанные волосы, миловидное лицо и шея были грязные, обгрызенные ногти с черной каемкой грязи. Неопределенного цвета, явно на размер больше, чем нужно, блузка и засаленная длинная, порванная внизу юбка.
– Ты лучше сзади иди, – сказал он. – И оглядывайся почаще. Вдруг мусора догонять будут. И если так, то…
– Петь начну, – улыбнулась она.
– И еще, – вполне серьезно проговорил Зубов, – если что – мы не знакомы вообще. Ясно?
– Мог бы и не говорить, – усмехнулся Леха, – но вот ты…
– Это мы уже проходили, – недовольно прервал его Зубов. – Тронулись.
– Мне нужен Клен! – Взяв плешивого за грудки, Алексей тряхнул его. – И чем быстрее ты его найдешь, тем лучше. Тебя это тоже касается, – оттолкнув плешивого, кивнул он стоявшему у окна беззубому. – Ты мне сломал все.
– Я его, – зло буркнул гнилозубый, – в задницу отдеру. Он мне, сучара, такой кайф поломал!
– Ты думаешь, он? – быстро спросил Алексей.
– А ты меня за кретина маешь? – хмыкнул тот. – Тебе плевать на икону, я с ней не при делах.
– Действуйте, – бросил Алексей.
– А если он выполнял поручение Кости? – спросил плешивый. – У нас будут крупные неприятности, если мы наедем на…
– Так узнайте! – заорал Алексей. – И скажите! Работайте.
– Он
– Дядя, – в комнату заглянула Инна, – мне нужно уехать часа на два. Если будет звонить Алексей, скажи, что я вернусь к пяти. Еще должна позвонить одна женщина, сообщить размеры. Это для шубы. Зовут ее…
– Какая мне разница, – поморщился Глеб, – как ее зовут? Скажет размеры, запишу, и пока. Кому еще что сказать, кроме Лешки?
– Больше никому ничего не говори. – Она ушла.
– Чао-какао, – буркнул Глеб.
«Надоело мне здесь торчать, – думал он. – Надо улетать на хрен. А то что я, нянька? Защитить ее мусора смогут. Вон какие мордовороты сидят. Им тоже не позавидуешь, сиди как мышь. В туалет только можно или на кухню, чай заварить, Инка и то не особо разрешает. Насчет кормежки вообще атас, мужики, как в поход, с собой пайки берут. Надо было мне с Игорем лететь. Какого черта я здесь высиживаю? Размеры жду. Инка бы сообщила. Да, впрочем, прикинул я на досуге и понял, что прав Игорек – не выйдет из меня поставщика дальневосточных шуб. А жаль! – засмеялся Глеб. – Вполне может быть, свой Дом моделей в Агре открыли бы, и поехал бы туда народ со всего света за опытом. – Рассмеявшись, Глеб встал. – Надо чайку покрепче сварганить. И наверное, поеду я за билетом. Ну их на хрен, эти дела московские. Помощь Инке, если заявится мужик ее, менты смогут оказать. Они здесь и ждут его. Да и она чего-то воду мутит. Боится. Точно боится, что он ее выловит. А с чего бы? Если думает, что о Лешке мужик узнал и поэтому в бега рванул, навряд ли, ему сейчас не до этого. В общем, уезжаю. Сейчас чайку хватану – и в Домодедово за билетом. Может, сегодня вечером и улечу».
– Может, это, – нетерпеливо предложил шагавший рядом с Зубовым Леха, – давай переоденемся. Зайдем в подъезд и…
– Да ты на свою рожу посмотри, – посоветовала идущая чуть сзади с большой сумкой Нина. – Тебе неделю отмываться надо, чтоб потом…
– А сама-то, – огрызнулся он, – думаешь, лучше выглядишь? Мы последний раз мылись месяца два назад. В баню ходили. И то еле пустили. В душ, говорят, пожалуйста. Там кабинки. А в общую…
– А денег только на два общих и хватило, – смеясь, добавила Нина. – От меня бабы знаешь как шарахались?
– Пришли, – кивнул Павел на вход в кирпичный пятиэтажный дом старой постройки.
– Душевые, – прочитала Нина. – Все виды массажа. К вашим услугам парикмахеры, врачи и…
– Заходите, – открыв дверь, кивнул Зубов.
Нина, а за ней Леха, постоянно оглядываясь на него, несмело вошли и, остановившись, испуганно замерли.
– Назад! – Помахивая дубинкой, к ним шагнул рослый бритоголовый мужчина в камуфляже.
– Все путем, – загородив собой оробевшую пару бродяг, кивнул Зубов и сунул в нагрудный карман куртки охранника пятьдесят долларов. – Так, – кивнул он. – Сауну обоим. Потом душ. Ему парикмахера, ей тоже. Ей все эти дела… Ну там, покраска и все такое. Понял?