Стив Джобс

Айзексон Уолтер

— Ларри, я твой друг, и это очень важно. Тебе не надо больше денег.

Эллисон вспоминает, что его собственные слова прозвучали тогда как-то жалобно:

— Ладно, пусть мне не нужны деньги, но почему их должен получить какой-то менеджер из Fidelity? Почему кто-то другой, а не мы?

— Я считаю, что если я вернусь в Apple, и у меня не будет там доли, и у тебя не будет там доли, то у меня будет моральное превосходство, — ответил Джобс.

— Стив, моральное превосходство — действительно очень ценное имущество, — ответил Эллисон. — Слушай, ты мой лучший друг, и Apple — это твоя компания. Я сделаю все, что ты хочешь.

Позднее Джобс утверждал, что в то время еще не замышлял захватить компанию,

Эллисон считает, что это было неизбежно. «Уже через полчаса общения с Амелио любой бы понял, что от него нельзя ожидать ничего, кроме саморазрушения», — сказал он позже.

Решающее состязание между NeXT и Be состоялось 10 декабря в отеле Garden Court в Пало-Альто в присутствии Амелио, Хэнкок и еще шести руководителей Apple. NeXT выступала первой: Эви Теванян представлял программное обеспечение, а Джобс блистал своим гипнотическим мастерством продавца. Они показали, что ПО позволяет одновременно проигрывать четыре видеоклипа, создавать мультимедийные работы и подключаться к интернету. «Это было нечто ошеломительное, как Стив продавал операционную систему NeXT, — говорил Амелио. — Он восхвалял достоинства и сильные стороны системы так, словно описывал Лоуренса Оливье в роли Макбета».

Гассе выступал следом и вел себя так, будто сделка у него уже в кармане. Он отказался от новой презентации, а просто сказал, что команда Apple прекрасно знает способности операционной системы Be и что он готов ответить на любые вопросы. Представление получилось коротким. Во время выступления Гассе Джобс с Теваняном бродили по улицам Пало-Альто. Через некоторое время они наткнулись на одного из руководителей Apple, шедшего с заседания. «Вы победите», — сказал тот.

Позднее Теванян утверждал, что этого следовало ожидать: «У нас была лучшая технология, у нас была полноценная разработка, и у нас был Стив». Амелио отдавал себе отчет, что возвращение Джобса — это палка о двух концах. Но то же самое относилось и к возвращению Гассе. Ларри Теслер, один из ветеранов Macintosh, рекомендовал Амелио выбрать NeXT, но добавил: «Какую бы ты компанию ни выбрал, появится человек, который отнимет твою работу, это будет или Стив, или Жан-Луи».

Амелио предпочел Джобса. Он позвонил ему и сказал, что планирует поставить на совете директоров вопрос о предоставлении ему прав на переговоры по покупке NeXT. Хочет ли Джобс присутствовать на совещании? Да, он хотел. Когда Джобс вошел, он увидел Майка Марккулу. Они не разговаривали с тех пор, как Марккула, его бывший наставник и почти отец, встал в 1985 году на сторону Скалли. Джобс подошел и пожал ему руку.

Джобс пригласил Амелио в свой дом в Пало-Альто, чтобы вести переговоры в более дружеской обстановке. Амелио приехал на классическом «мерседесе» 1973 года, поразившем Джобса. Машина ему очень понравилась. Они прошли в недавно отремонтированную кухню, Джобс приготовил чай, и они сели за деревянным столом перед каменной печью. Финансовые переговоры прошли очень гладко — Джобс старался не повторить ошибок Гассе. Он предложил, чтобы Apple заплатил по 12 долларов за акцию NeXT, что оставило бы около 500 миллионов. Амелио посчитал, что это слишком много, и предложил цену в 10 долларов, с общей суммой более 400 миллионов. В отличие от Be у NeXT был реальный продукт, реальные прибыли и отличная команда, однако Джобс не стал спорить. Он сразу же согласился.

Загвоздка была в том, что Джобс хотел получить свою выплату наличными. Амелио считал, что Джобс должен иметь свою долю в деле, и предлагал выплату акциями, которые он должен держать как минимум год. Джобс отказывался. Они сошлись на компромиссе: Джобс получит 120 миллионов наличными и 37 миллионов в виде акций, обязуясь не продавать их как минимум полгода.

Как обычно, Джобс захотел часть разговора провести на прогулке. Пока они неспешно

ходили по Пало-Альто, Джобс забросил пробный шар — как бы ему войти в совет директоров Apple. Амелио попытался уйти от ответа, говоря, что это слишком поспешные действия и с этим связано слишком много всего. «Гил, это так больно, — сказал Джобс. — Это же была моя компания. Меня там не было с того ужасного дня со Скалли». Амелио сказал, что понимает, но не уверен, захочет ли этого совет. Когда он готовился к переговорам с Джобсом, он пообещал себе «продвигаться вперед, только руководствуясь логикой» и «не подпадать под харизму». Но во время прогулки он, подобно многим другим, был пойман силовым полем Джобса. «Меня увлекли энергия и энтузиазм Стива», — вспоминал он.

Они обошли квартал несколько раз и вернулись домой одновременно с Лорен и детьми. Они все вместе отметили успех переговоров, и Амелио уехал на своем прекрасном «мерседесе». «Он вел себя со мной как многолетний друг», — вспоминал Амелио. Джобс действительно это умел. Позднее, когда Джобс спровоцирует его увольнение, Амелио вспомнит ту дружескую встречу и с сожалением заметит: «Я получил болезненную возможность убедиться, что это была лишь одна грань этого крайне сложного человека».

Объявив Гассе, что Apple покупает NeXT, Амелио исполнил еще более тяжелое задание — рассказал все Биллу Гейтсу. «Он вышел из себя», — вспоминает Амелио. Гейтс посчитал нелепым, хотя и неудивительным, что Джобс провернул эту операцию. «Неужели ты думаешь, что у Стива Джобса что-то есть? — спросил Гейтс у Амелио. — Я знаю его технологию. Это всего-навсего чуть переделанный UNIX, и это никогда не будет работать на ваших машинах». Гейтс, как и Джобс, отлично умел накручивать себя, что и продемонстрировал: «Как ты не понимаешь, что Стив не разбирается в технологиях? Он отличный продавец. Но я не могу поверить, что ты принял такое глупое решение… Он ничего не смыслит в инженерии, и 99 % всех его слов и мыслей неверны. Какого черта вы купили этот мусор?»

Несколько лет спустя я напомнил Гейтсу этот случай, но он ответил, что не был особенно расстроен новостью. По его мнению, покупка NeXT на самом деле не дала Apple новой операционной системы. «Амелио много заплатил за NeXT, но если быть честным, операционная система NeXT так и не была использована». Зато в команде появился Эви Теванян, который помог развить существующую операционную систему Apple, включив в нее ядро технологии NeXT. Гейтс понимал, что цель сделки — вновь ввести Джобса в игру. «Это была ирония судьбы, — сказал Гейтс. — В результате покупки они получили человека, в котором мало кто мог предвидеть великолепного генерального директора из-за недостатка его опыта в этом, однако он был человеком с великолепным вкусом и в дизайне, и в инженерии. Он умело скрыл свою одержимость, чтобы пробиться к позиции временного генерального директора».

Что бы ни думали Эллисон и Гейтс, Джобсом владели противоречивые чувства, и он не понимал, хочется ли ему активной роли в Apple, по крайней мере пока там был Амелио. За несколько дней до объявления покупки NeXT Амелио предложил Джобсу вновь войти в штат Apple и возглавить разработку операционной системы. Однако Джобс все время уклонялся от ответа.

В результате в день объявления о сделке Амелио вызвал Джобса. Ему нужен был ясный ответ.

— Стив, может, ты просто хочешь взять деньги и уйти? — спросил он. — Если так оно и есть, то пожалуйста.

Джобс молчал и смотрел на Амелио.

— Может, ты хочешь быть в штате? Например, советником?

Джобс по-прежнему не говорил ни слова. Амелио вышел и накинулся на адвоката Джобса Ларри Сонсини с вопросом, чего же хочет Джобс.

— Ума не приложу, — ответил Сонсини. Тогда он вернулся в кабинет и за закрытой дверью еще раз попытался получить ответ:

— Стив, о чем ты думаешь? Что ты чувствуешь? Пожалуйста, мне нужно какое-то решение прямо сейчас.