Стиратель границ. Том 1
Шрифт:
— Целых одиннадцать? — ахнул я. — За три дня?
— Ну… Если посмотреть, то так-то за шесть, — смутился Латон. — Но тогда мы не знали, не подозревали, что может произойти что-то страшное. У нас ведь в бригаде ребята опытные, которые многое прошли.
— Мы и до каменоломни лес валили! С тобой, Бавлер! — крикнул еще один.
— Точно опытные! — поддакнул я, сожалея, что не запоминаю людских лиц. С тех пор, как жителей стало больше трехсот, я перестал различать даже заметные черты. — Так откуда этот страх? Неужели после того, как ваш друг нашел один камушек? Мало ли кто ходит
Потом понял, что я несу чушь. Люди, вероятно, пропали. Я посмотрел на Леверопа. Тот не выразил никаких эмоций, а потому я спросил:
— Ты не обнаружил никаких… останков?
— Нет, — спокойно ответил он. — И запахов вроде как не обнаружил.
— И что же это значит? — спросил я. — Никого нет рядом?
— Вероятно, но… кто знает.
— То есть, ты предлагаешь нам свернуться? Им свернуться, — поправился я. — Или продолжать работу на свой страх и риск?
— Бавлер, ты не предупреждал меня, что мне придется принимать такие решения! — воскликнул Левероп. — Это не та ответственность…
— Хорошо, понял, — я поспешно остановил его. — Но я всего лишь спросил, что ты думаешь.
Он замялся. Прислушался, как будто бы. Потом задумался, но не прекращал смотреть по сторонам.
— Думаю, что нет смысла делать небольшие крепости, обнося частоколом каждый лагерь через пятьсот метров.
— Мы же хотели направить вооруженный отряд, — сообщил я. — Для этого нам остается только сообщить в город, что сюда нужен десяток-другой бойцов для обеспечения безопасности. Очевидно, лесорубы с топорами не могут самостоятельно справиться с этой проблемой.
Я не хотел манипулировать людьми, но исправить содеянное не удалось. Лесорубы начали оживляться.
— Бавлер, ты хочешь, чтобы мы сами взялись за это дело?
— Немного не то, что я имел в виду, — поспешил извиниться я. Но и на попятную идти — тоже не вариант. Давать слабину перед лесорубами — прямая дорога к потере их поддержки. — Вы предались какому-то первобытному страху! Вы не видели существ, не знаете их, не знаете, действительно ли ваши люди погибли — или попросту сидят в Рассвете. Но паникуете так сильно, будто у вас здесь задача — умереть! Да, здесь жутко, я не буду спорить. Порой страшно. Но вас — больше тридцати человек! И вы можете дать сдачи кому угодно, начиная от зверей заканчивая даже хорошо вооруженным отрядом! Но вы предались страху! И все.
— Страху, говоришь… — Латон поднялся, взял в руки топор, оперся на него. — А пойдешь ли ты с нами, если мы сейчас сами проверим округу? Не один твой человек это сделает, а мы все вместе?
— Пойду! — с готовностью ответил я.
— Хоро… — Латон даже слова не успел до конца произнести, как его прервали:
— Чудища!
Толпа заревела. Меня тут же сбили с ног, что после слова «чудища» было вообще нежелательно. К счастью, попали по левому боку, здоровому, однако удар был приличным.
— Бавлер! — заорал Левероп.
Зазвенело железо. Зазвенело мечами и топорами. Загрохотал перевернутый котелок, зашипел костер, на который вылилась не самая аппетитная похлебка.
Я с трудом перекатился на спину, потом на здоровый бок, чтобы встать, когда заметил тень, нависшую
Глава 17
Мир ужаса
Не шевелиться или наоборот, попытаться отползти в сторону? Первое было бы гораздо предпочтительнее, потому что сумка, упершаяся в землю, мешалась мне. На мгновение все стихло, как это часто бывает перед бурей.
Но тишина оказалась непродолжительной.
— А-а-а-а! — дикий крик, раздавшийся над моей головой, на долю секунды опередил жуткий удар, который пришелся на мой разрезанный бок. Боль отдалась от макушки до пяток, когда что-то тяжелое, в десятки килограммов, опустилось на мои ребра. Да так, что где-то в спине хрустнуло.
Я машинально выкинул вперед руку, чтобы выползти из-под этой тяги, которая, к тому же, отчего-то извергала из себя что-то горячее и едва ли это были слюни. Подтягиваясь одной рукой, я продолжил ползти, пока не вернулся слух.
— Слева! Руби!
— Аргх! Сзади!
Вместе с этими криками слышалось еще и непрестанное рычание, урчание и прочие звуки, которые могли бы напугать и куда более крепких бойцов, чем я и кучка лесорубов. Беда в том, что я до сих пор не мог перевернуться, так как на мне так и лежала эта невероятная тяга.
— Бавлер, поднимайся! — крикнул Левероп и схватил меня за руку, потянул и, протащив по земле, поставил в вертикальное положение. — Другое дело, — он вроде бы хотел сказать что-то еще, но тут же отпихнул меня к сосне, а сам взмахнул мечом, так близко от меня, что я даже свист клинка, рассекающего воздух, услышал.
Но хуже было то, что я увидел. Перед моими глазами предстала картина полнейшего разгрома лагеря лесорубов. К их чести — они сопротивлялись. Точнее говоря, большинство сопротивлялось, потому что некоторые, как и я с полминуты тому назад, были повержены.
Страшнее всего выглядели наши новые враги, резво двигавшиеся на двух когтистых лапах, раскачивая вытянутой головой, что висела на длинной мускулистой шее. Безгубый рот сверкал обилием острых зубов, длинных, как мои пальцы.
Одна из таких тварей только что прыгнула в сторону Леверопа, но тот ловко уклонился и рубанул мечом сверху вниз прямо по шее. Клинок почти наполовину вошел в плоть, скребанув острием по костям. Тварь вздрогнула, замерла и упала замертво, вырвав меч из рук Леверопа.
Тот сперва потянулся вперед, пытаясь удержать оружие, но ему не удалось этого сделать и его отбросило обратно. Но он быстро собрался, наклонился и взялся обеими руками за меч. Это и было его ошибкой: одна из тварей быстро сообразила, что повернувшийся к ней спиной человек будет легкой добычей. Она начала подкрадываться, как мне показалось поначалу, но через пару шагов стало понятно, что не в ее стиле подкрадываться.
Левероп так и застрял с мечом в шее одной поверженной твари, не в силах вытащить зажатое костями лезвие. Бросить своего телохранителя я никак не мог и сперва потянулся к ножу, а потом вспомнил, что у меня наконец-то появилась руна, та самая, которая могла вмиг поразить молнией.