СТИХИя
Шрифт:
Поэт умеет воскресать.
Пусть времена эти далёки…
Не стоит даже и мечтать!
Иди, у нас возьми уроки!
Труд оплату должен дать!
Поэты, чудаки, пророки
Здесь с голодухи помирать
Обязаны, доход их – крохи.
Картина мира
Художник был под ЛСД-э,
Когда писал картину мира.
На пёстром, странном полотне
Лишь кляксы
В мазках размашистых видна
Безумная игра ума;
Все линии сложились криво,
В любом штрихе – одна вода
И сгустки красок, с переливом
Во всевозможные тона.
Сюжет уныл, однообразен,
Но с виду кажется прекрасен
Яркой пестротой цветов.
Но приглядись, и станет ясен
Нехитрый замысел, – альков
Для спящих демонов, чей разум
Творит чудовищ, до отказа
Заполоняя ими холст.
И выход с полотна не прост;
Попал сюда, и будешь снова
Штрихом в картине возникать,
Деталью станешь в общем фоне.
Сотрут тебя, а ты опять
Появишься в другом мазке.
А выйти могут только те,
Которые себе создать
Смогли внутри свою картину,
Они теперь с Творцом едины,-
Художниками можно звать.
Картина
"Грустно всё в мире" – мудрец говорил,
И плакал всю жизнь над тщетой бытия.
Другой же философ, над жизнью острил
И шёл по дороге абсурда, шутя.
Так или этак, итог здесь один;
Зачем же печалиться? это смешно!
Смотри несерьёзно весь этот "фильм",
И может быть, лучше увидишь кино
В другом кинотеатре, не в этой планете.
Там счастливы будут всегда словно дети,
Все те, кто закончил недолгий свой путь.
Люби этот миг и поласковей будь
К несовершенной, но мудрой картине.
Мы лишь штрихи в полотне, но такие,
В коих весь замысел виден Творцу,
Знает Он, чем рисовать в этом мире.
Тигр мира
Тигр крадётся в бамбуковой роще
Голодный, озлобленный, тощий как мощи.
Ищет добычу, крови он хочет;
Идёт осторожно, готовый напасть.
Он прыгнет, настигнет, и лапою мощно
Ударит по жертве, – пробьёт позвоночник,
И хищно оскаливши жадную пасть,
Мясом кровавым насытится всласть.
Тигр расчётлив, в тактике точен;
Чётко по следу идёт днём и ночью.
Природой дарована сила и власть
Зверю огромному, хитрому, вольному;
Страшно такому в когти попасть.
И вот подошёл он к месту удобному,-
Неподалёку
Стояли, от зноя в тени отдыхали.
Знакомы им были тигриные тропы;
Знали они, что здесь не гуляет
Зверь полосатый. Тихо, спокойно
Сочную травку в тенёчке жевали.
Мирно жили, и в мыслях бы злобы
Те антилопы не пожелали
Ближним своим; да и далёким
Только добро излучали.
И что же они получили за то?
–
Пищей хищников стали.
Поэтому будь в меру добр, в меру зол,
Помни, что мир сей коварен.
В устоях людских, как в бамбуковой роще
Рыщет жестокая ярость зверей;
Крадётся она и сливается с толщей
Стеблей, скрыта тенью ветвей.
Они
С переменой погоды
Приходят они;
Шепчут в ветре холодном
Безмолвный свой стих.
Шелестят хором в кронах,
Пыль по тропам метут,
Тенью тёмною ходят.
Они там, они тут,
Всюду вотчина их.
Они есть средь живых.
Пёс тоскливо завоет,
Почуяв следы
Тех, кто в вечности волен
От оков от земных.
Шёпот мёртвых, уловит
Звериным чутьём
Тот, кто близок природе.
"В мыслях вечно живём,
Всюду наше пространство;
В бесконечности странствий
Приют обретём
На мгновенье. В мирах
Мы опять восстаём
В новых бренных телах;
Снова видим тот сон
Под названием жизнь.
Рядом мы, мы кругом,
Ты нас слышишь. Проснись!.."
Музыка бала
Давным-давно это было;
Не осталось в живых никого,
Кто бы помнил тот вечер тоскливый,
Те плакучие ивы, тот дом,
Где семейство дворян погибало
От дыханья лесного пожара.
Накануне был праздник у них,
Именины они отмечали.
Всех знакомых собрали своих,
Веселились и танцевали.
В пышном зале звучит фортепьяно,
Нежно, трепетно скрипки рыдают,
И вальсируют, кружатся пары,
В плавной музыке сладостно тают.
Радость бьётся в сердцах в унисон;
Все охвачены тем настроеньем,
В коем трудно понять, что есть сон,
Что реальность; одно упоенье
Наблюдать за такою картиной
В полном зале усадьбы старинной.
Поздней ночью закончился бал;
Гости сели в кареты, умчались.
Час спокойствия в доме настал,
Почивать те дворяне собрались.