Стерва

Щербаков Дмитрий Викторович

— Зачем тогда ты ее похитил?

— Я люблю ее. Она останется со мной.

— Что-о?! — Голован опешил. В какой-то момент он даже потерял контроль над собой. — Подожди, Леша, подожди… Давай договоримся… Тебе известно, у меня в Швейцарии собран огромный капитал… Надежные банки… Скажи номер своего счета и сумму. Я тебе перечислю… Только верни Машу.

— У меня нет счета в швейцарском банке.

— Как это нет счета? — удивился Астахов. — Как же ты собираешься получать выкуп?

— А

я и не собираюсь. Мне нужна Мария, а не деньги.

— Но на эти деньги ты сможешь купить себе любых женщин, каких захочешь! — вскричал Голован.

— Вот и покупай, Петр Васильевич! — рассмеялся Алексей. — Лично меня такие женщины не интересуют. Оставляю их тебе, дорогой шеф!

— Опомнись, Алексей… — проговорил Астахов тихо. — Подумай. Я готов заплатить огромную сумму. Верни мне Машу. Она — единственная радость в моей жизни. Верни, Алексей!

— Нет, Петр Васильевич, нет. Она — единственная радость и в моей жизни тоже. Ты приобрел Марию, как вещь приобретают. Живого человека… Она не любит тебя. Поэтому я ее и увез.

— Ну надо же! Какое благородство! — воскликнул Астахов. Он уже оправился от потрясения и готов был действовать в своей обычной манере — быстро и жестко. — Ты, значит, альтруист, да?! А я хищник, по-твоему… Изверг… так, что ли? Ответь: Маша поехала с тобой добровольно?

— Нет. Она еще не знает, что я ее похитил. Она думает, что мы путешествуем по твоему заданию, спасаясь от твоих конкурентов…

— А почему не признаешься?

— Боюсь. У нее характер… сам знаешь.

— Вот видишь! — взорвался Голован. — Тогда чем ты лучше меня?! Морализирует мне тут, понимаешь! «Приобрел как вещь! Живого человека!» Я, по крайней мере, когда покупал ее, спросил, согласна ли она жить со мной! А ты?! Уволок девчонку, как чужую куклу крадут. И даже боишься ей в этом признаться. Жизнью ее рискуешь. Да ты хуже меня! Хуже!

— Лучше.

— Ну чем ты лучше, чем?!

— Я ее не насилую…

— Я тоже ее никогда не насиловал! Все, что делалось, делалось исключительно с ее согласия! Можешь спросить у нее.

— Ты воспользовался ситуацией, в которой она тогда оказалась.

— А ты не воспользовался ситуацией? Ну спроси ее, хочет ли она болтаться с тобой по стране, подставляться под пули?! Спроси ее, хочет или не хочет?!

— Хочет.

— Зная, что она просто пленница, грубо похищенная тобой?!

Алексей молчал.

— Вот видишь, Леша, — вздохнул Астахов. — Давай так. Банковского счета у тебя нет — я тебе его заведу. И перечислю на этот счет столько, сколько тебе за всю жизнь не истратить. Денег я еще добуду, не страшно… Условия передачи Маши обсудим. Соглашайся, Алексей. Это лучший выход из того, что произошло, поверь мне. И для тебя, и для Маши тоже.

— Нет! — твердо ответил

Алексей. — Нет и еще раз нет. И хватит мне тут давить на сознательность, мы не на партсобрании. Ты врешь, Петр Васильевич, что Маша — единственная радость в твоей жизни. Куда больше, чем Марию, ты любишь власть. Сознайся, если бы вопрос стоял так: либо Маша остается с тобой, но ты лишаешься всей своей «империи», всех своих доходов, либо «империя» остается, но ты лишаешься Маши, что бы ты выбрал? Сознайся, уважаемый Голован, сознайся!

Теперь молчал Астахов.

«А ведь прав Разорушка, прав… Всегда я стремился к власти… — подумал Петр Васильевич. — Даже тогда, когда моя законная жена начала требовать все больше и больше богатства и я решился на авантюру, я ведь сделал это не только ради любви… Нет, я упивался чувством собственной значимости, которую дают деньги, а позже — собственным авторитетом среди «деловых людей», то есть жуликов… Я и Лешку-то пригрел в свое время, поскольку понял, что он человек чистый, практически безгрешный… И его падение, его участие в моих делах как бы успокаивало мою совесть… Стоп, Голован! Хватит! Мария должна быть моей! И за это я кого угодно зубами рвать стану!»

— Петр Васильевич, чего замолчал? — прервал Алексей его размышления. — Мне здесь уже в кабину стучат: долго, мол, болтаю. Пора заканчивать. Так я могу надеяться, что с ментами мне больше дела иметь не придется?

— Ты сдохнешь, Леша! — крикнул Астахов зло. — Это я тебе гарантирую!

— Понятно. Значит, мне следует готовиться к встрече с «братвой». Отлично. Заказывай для своих людей гробы, Петр Васильевич. Скоро понадобятся. Удачи тебе не желаю ни в чем. Пока!

Алексей повесил трубку.

— Паскуда! — прошипел Астахов.

Он вызвал Андрея Мудрова. Начальник службы безопасности появился через минуту.

— Значит, так, Андрюша! Распорядись насчет Разора: пусть ГАИ продолжает отслеживать его машину. Но чтоб менты больше не совались брать парня! Информация о Лешкиных передвижениях должна поступать прямо ко мне! В любое время суток! И еще, пришли ко мне лучших наших бойцов, — он назвал несколько имен. — Я их проинструктирую.

Когда Алексей вернулся к своему лимузину и сел за руль, Маша спросила его:

— Все в порядке?

— Да, порядок, — ответил Алексей, заводя мотор. — По крайней мере, государственные структуры нам больше не угрожают.

— А кто угрожает?

— Блатные… Как раньше. Но теперь они будут действовать самостоятельно. А это уже лучше для меня.

— Предстоит пострелять?

— Боишься?

— Нет, — бодро ответила Маша, хотя сама вздрогнула. Алексей это заметил. Он погладил ее по голове.