Степь
Шрифт:
В то же время вступать в бой означало перебить не меньше половины воинов, а тогда племя вряд ли выживет. Однажды, оказавшись среди Пожирателей Гусениц, он уже жалел о содеянном… Быстро нацепив колчан на пояс, он на всякий случай пододвинулся поближе к Эрку - как бы ни сложились обстоятельства, а оставлять ему свой верный нож шаман не собирался.
– Убейте их, - приказал Эрк и ткнул пальцем в сторону Тэга и Килка.
Воины замялись: убивать недавних товарищей не самое приятное дело. Однако некоторые все-таки двинулись к жертвам, поудобнее перехватывая копья. Питти решил, что пора
– Эрк, - отчетливо произнес он.
– В племени должен быть порядок. Ты вождь, но нельзя убивать. Их надо казнить, по решению собрания.
– Какого еще собрания?
– скривился Эрк.
– Что ты болтаешь, лесной? Все здесь, все видели, как они закололи Били.
– В нашем племени всегда было собрание… - неожиданно поддержала шамана старуха.
– Все взрослые имеют равный голос, только вождь имеет десять голосов. Разве ты забыл, Эрк?..
– Десять голосов?
– Предводитель зло рассмеялся.
– Нет, с сегодняшнего дня вождь имеет два десятка голосов! Вот и все собрание!
– Все равно надо такие вещи делать по заведенному порядку, - твердо сказал Питти.
– Потому что порядок - это самое главное. Завтра кто-нибудь сговорится убить вождя и скажет, что в племени так принято - убивать тех, кто не нравится. Нет, нужны собрание и казнь.
– Ладно.
– Эрк выразительно посмотрел на шамана.
– Но собрание может приговорить к казни не только этих двоих, лесной, так и знай.
– А еще я предлагаю их сжечь, - добавил Питти.
– Если, конечно, так решит собрание. Ночью, на костре. И все должны стоять вокруг и хлопать в ладоши.
– Ночью огонь может заметить патруль, - не согласился Эрк, хотя было заметно, что в целом идея ему понравилась.
– Вот что, свяжите пока Килка и Тэга. Сегодня казни не будет, потому что будет моя свадьба, я так хочу. Надеюсь, на это не нужно решения собрания?
– Нет, - вздохнула старуха, укоризненно глядя на улыбающуюся Миссу.
– Прекрасно. Собрание будет завтра, и казнь тоже.
Приказ связать мятежников воины выполнили гораздо с большей охотой. Тэг не сопротивлялся, а Килк, сразу после убийства отшвырнувший в сторону копье, казалось, вообще не понимал, что происходит.
Удовлетворенный Питти даже потребовал, чтобы приятелям связали еще и ноги, чем вызвал удивленный взгляд Эрка.
Шаман только усмехнулся. Как просто с наивным степным народом! Вот вождь уже недоволен им, а потому ни на миг не спустит с лесного человека глаз. Стоит теперь Питти со зловещим видом прокрасться куда-нибудь в кусты, и подозрительный Эрк тотчас явится туда же, принеся нож прямо в руки Белке.
Связанных отнесли на край стойбища и уложили на живот. По старой традиции, степняки не любили смотреть в небо - оттуда являлись патрули смертоносцев, Небесный Гнев. Атакуя обнаруженное стойбище ударами воли, рождающими в человеческих душах панический страх, пауки убивали в людях всякую способность сопротивляться. Потом опускались и забирали нескольких наиболее сильных мужчин, чтобы доставить их в Город.
Остальное племя… Прежде Питти думал, что ненужное Восьмилапыми уничтожается, но теперь знал: так происходит не всегда.
Начались
Поэтому шаман даже обрадовался подвернувшемуся делу. Не выбравшие свою судьбу воины по приказу Эрка должны были позаботиться о теле Били, а затем отправиться на охоту. Питти куда больше интересовался степными похоронами, чем свадьбами.
Увы, церемония оказалась короткой и не впечатляющей: выживший в Великом Походе, но не протянувший и дня в родном стойбище, Били был отнесен за ближайший холмик и оставлен на траве. Уходя, Питти несколько раз оглянулся. Удивительно, как быстро реагируют на такие вещи мухи - труп уже почти скрылся под ними. Вот и все.
Охотникам повезло: всего в нескольких полетах копья от стойбища они повстречали скорпиона. Скорее всего, это был тот самый хищник, которого ночью Питти вывел на воинов. Шаман вздохнул про себя, чувствуя вину в гибели красивого насекомого, и решил не вылезать вперед. Нет смысла доказывать свою смелость теперь, накануне расставания.
Дезертиры, растянувшись цепью, окружили мрачно вертевшегося на месте хищника и вскоре забегали возле него, подбадривая друг друга криками и нанося укол за уколом. Скорпион беспомощно щелкал клешнями, пытался нападать, используя ядовитый хвост, но обреченность чувствовалась во всех его движениях. В Степи человек еще слишком силен перед природой. По крайней мере, так было до Великого Похода.
Закончив с охотой, воины оперлись о копья и немного посудачили. Досталось лесному чужаку - его обвинили в трусости. Питти, хоть и не отличался большим мастерством в поединке на копьях, легко мог бы прикончить пару особенно разговорчивых, не сходя с места, а потом убежать от остальных на своих длинных ногах. Стойбище далеко, толковой погони не будет, вернуться за приговоренными можно ночью…
Однако ноги возражали против такого поворота дел. Они говорили, что за весь вчерашний день им не пришлось отдохнуть ни разу и что лучше всего - наплевать на гордость и спокойно вернуться к огню. Шаман, поразмыслив, согласился с их доводами и под градом насмешек помог степнякам доставить к племени добычу.
– Лесной! Очень хорошо, что ты здесь!
– наткнулся на Белку Эрк, не успел тот пристроиться в тени кустарника.
– Почему ты так одет, лесной? На ногах кожа, на груди шерсть… Ты, наверное, сильно страдаешь от жары, а?
– Я еще не привык к степному солнцу, - скромно выразил свою готовность страдать и дальше Питти.
– Если ты один из нас - будь одет так же, как мы!
– торжественно сообщил ему вождь.
– Ни к чему тебе ходить в этих толстых сапогах.
– Я пока не умею плести травяные сандалии…