Стены слушают
Шрифт:
Додд сразу и иррационально подумал о маленькой собачке, ожидающей в приюте хозяина. Она будет долго ждать, долго, долго ждать.
Он отвернулся и ощупью пробрался через темный холл к входной двери. Открыв ее, заметил, как Джилл попятился, словно собираясь убежать.
– Лучше бы вам зайти на минуту в дом, – посоветовал Додд.
– Мне это не нравится. Мне это совсем не нравится. Он что, здесь?
– Здесь.
– Как он отнесся к тому, что вы вот так вломились?
– Он не возражал.
– О! Ладно. В таком случае...
Джилл вошел,
– Ничего не вижу. Включите свет.
– Позже. Где вы были весь день, Брандон?
– В моем офисе. А что?
– Раньше, утром, вы не навещали вашего зятя?
– Конечно нет.
– Когда вы ушли из офиса, чтобы купить револьвер, с вами никого не было?
– Нет.
– Как долго вы отсутствовали?
– Не все ли равно, сколько?
– Устроив наш совместный визит сюда, вы шикарно прикрыли происходившее раньше, когда вы были в одиночестве.
– Я ни черта не понимаю, куда вы гнете. Почему нельзя включить свет? Где Руперт? Что происходит?
– Сейчас ничего не происходит, – сказал Додд. – Все уже произошло. Руперт лежит в кухне мертвый.
– Мертвый? Он... Он убил себя?
– Может быть. Но маловероятно. Кто-то пытался прибрать за ним.
– Прибрать? Как?..
– Кухонным ножом.
– О Боже! О Господи Боже! Что же мне теперь делать?
– Вы прямиком пройдете в кухню, вместе со мной. И позвоните в полицию.
– Я не пойду. Я не могу. Моя семья, моя репутация. Мы должны убраться отсюда. Немедленно. Сейчас же. Раньше, чем кто-нибудь придет. Боже мой, отпечатки пальцев. Что я успел потрогать? Дверная ручка. Я сотру с ручки...
– Перестаньте паниковать, Брандон. – Додд крепко сжал плечо Джилла. – Успокойтесь.
– Отпустите меня! Я должен выбраться из...
– Поверьте, сейчас не время для нервических припадков. Ну же, возьмите себя в руки. Мне это нравится ничуть не больше, чем вам. Я могу потерять патент на этом пустячке.
– Это была ваша идея, целиком ваша идея.
– О'кей, порицайте меня, если вас это устраивает, только не щелкайте крышкой.
– А как же Эми? Бедняжка Эми. Помоги ей Бог!
– Эми здесь нету. Здесь мы. Если Бог намеревается кому-нибудь помочь, я претендую на первенство. А теперь пойдем. Придется поработать.
– Я не в состоянии. Никогда не видел покойника. Я боюсь, меня может стошнить.
– Держите выше голову и дышите ртом, – посоветовал Додд. – И когда увидите останки, будьте любезны вспомнить, что вы ненавидели его целиком, с потрохами.
– Вы грубое, бесчувственное животное.
– Правильно. Но в настоящую минуту вы приклеились ко мне, а значит, будем действовать по-приятельски.
Разговаривая, он поощрил Джилла легким толчком, и тот пошел через холл, прижав платок ко рту. Добравшись до двери в кухне, он остановился и издал удивленный звук. Платок незаметно упал на пол.
– Это не Руперт, – прошептал он.
– Вы уверены?
– Руперт выше ростом, и волосы у него гораздо темнее.
– Тогда кто же это?
– Не
– Обойдите и посмотрите. Только осторожно, не прикасайтесь к нему.
Джилл боязливо обошел лужу крови и наклонился над трупом.
– Я никогда не видал его раньше.
– Подумайте как следует. Вспомните друзей Руперта, друзей Эми...
– Я всех их друзей не знаю. Но уверен, этот человек не мог быть в их числе.
– С чего вы так решили?
– Такая стрижка, такой фасон одежды. Он похож на уличного хулигана или на одного из этих битников, слоняющихся по Гран-авеню.
– Есть разница между хулиганом и представителем богемы.
– Просто говорю, мне не верится, чтобы Эми или Руперт стали общаться с такого рода типом.
– Тогда что он мог делать в их кухне?
Лицо Джилла посерело и заблестело, как отсыревшее стекло.
– Ради всего святого! Но откуда мне знать? Все это какое-то безумие, нелепость.
– Звоните-ка лучше в полицию.
– Почему я? Почему вы не можете сделать это?
– Потому что меня не будет здесь, когда они приедут.
– Вы не можете уйти и бросить меня нянчить младенца.
– Могу. Должен.
– Если вы уйдете, тут же уйду и я. Предупреждаю, вы не выйдете отсюда без меня.
– Ох, ради Христа, – взмолился Додд. – Расслабьтесь и прислушайтесь. Ну? Теперь мы знаем, что у Келлога была причина покинуть город. Но его машина все еще стоит в гараже. Я хочу выяснить, как он уехал и был ли с ним кто-нибудь. Я все еще считаю, что моя догадка насчет собаки может быть верной. Потому собираюсь съездить в "будку" и узнать. Если я останусь здесь и буду ждать полицию, я потеряю несколько часов.
– Но что я должен им сказать?
– Правду. Почему мы приехали сюда вдвоем, как я проник в дом, абсолютную правду. Они, вероятно, пошлют сюда или Ревика, или Липски из отдела убийств. Оба они мои друзья. Они не станут радоваться тому, что я не болтаюсь поблизости. Но вы им скажете, что я войду в контакт с ними немного позже и передам им всю имеющуюся у меня информацию.
– Я должен сказать им о Эми?
– Вы должны говорить решительно обо всем. Теперь это дело об убийстве.
Джилл поднял платок с пола и приложил его ко лбу.
– Я лучше вызову своего адвоката.
– Да. Я думаю, вам лучше сделать это.
Глава 16
Разъяренный ветром океан бросал на берег свои волны. Брызги взлетали в воздух на двадцать футов, чтобы обрушиться на дорогу, словно дождь, оставляя ее поверхность предательски гладкой. Додд удерживал стрелку спидометра на тридцати, но грохочущий океан и бешеные порывы ветра, заставлявшие машину содрогаться и дребезжать, создавали впечатление быстроты и опасности. Путь, по которому он ездил сотни раз, казался незнакомым в этой шумной темноте; Додд не помнил таких поворотов, не видывал таких мест. К югу от Зоологического сада дорога свернула навстречу Скайлайн-бульвару.