Стена
Шрифт:
– - Ну... Добро пожаловать в Южный Саратов!
Вылетев как камень из пращи на небольшую площадь перед входом на станцию, Саша немного отдышался, поднял голову и громко охнул -- глазам человека из Северного Саратова предстал город, совершенно, абсолютно не похожий на то, что когда-то было его малой родиной. Невысокие, с виду очень уютные, окрашенные в синие, красные или оранжевые тона двух-- или трёхэтажные домики с большими пластиковыми окнами и пологой крышей, поставленные впритык друг к другу, за кованой оградой парка соседствовали с неброской тротуарной плиткой проходящей мимо них широкой пешеходной улицы. Яркие огни протянутых меж высоченных фонарных столбов электрических гирлянд переливались всеми возможными цветами с ощутимым преобладанием белого, синего или зелёного. То справа, то слева, глаза Александра то и дело выхватывали
Но главное -- люди: на улице "южного" города было полно людей. Молодые, старые, европейцы, азиаты, одетые по самой невообразимой моде, в деловые костюмы, платья или простенькие спецовки городских рабочих, со стороны они все казались одной большою живой массой, хаотично движущейся во все стороны. Шум десятков голосов, трелей, звонков велосипедов, визг моторов каких-то скутеров, топот ног и ещё множество незнакомых звуков смешались в один сплошной гвалт, никак не усваиваемый ушами. Растерянно оглядываясь по сторонам, Саша попросту не знал, куда смотреть: на рабочих азиатской внешности, спешно меняющих лампочку в недавно перегоревшем фонаре, на очередную вывеску с рекламой какой-то газировки или на негритёнка с длинными дредами, беззаботно разговаривающему по своему одетому в вычурный кислотно-зелёный чехол телефону. Глаза северянина раз за разом разбегались от такого огромного количества индивидуальностей: многогранный, невообразимо разносторонний, непохожий ни на что другое и в то же время такой знакомый, Южный Саратов выглядел ожившим фото с открытки из далёкого будущего, где культуры всего человечества столь тесно переплелись, что поди пойми, где это вообще находится.
– - Впечатляет?
Вопрос Настасьи сперва показался Саше риторическим, но потом увидел, насколько она внимательно его разглядывает, и неуверенно пробормотал:
– - Ну-у-у... Да уж.
– - Тогда let's go -- весело улыбнулась в ответ южанка и снова схватила его за руку.
– - Э-э-эй, ты куда?
– - испугался Саша.
– - Гулять!
– - невозмутимо пискнула Настасья и рьяно потащила его прямо в толпу.
Удивлённому такому настрою Александру просто не оставалось ничего другого, кроме как следовать прямо за ней. Боязливо, словно впервые в жизни окунаясь с головой в ледяную прорубь, Саша влился вслед за Настасьей в это столпотворение и тут же испуганно вцепился в маленькую, тоненькую ручонку, всерьёз опасаясь потерять в круговерти свою проводницу. Мечась из стороны в сторону, стараясь ни с кем не столкнуться, северянин как мог старался унять свой страх перед толпой. И стоило ему чуточку поуверенней расправить плечи, унять дрожь одеревеневших ног, чуть повыше поднять подбородок, как проблема разрешилась сама собой -- начиная замечать перед глазами Сашу, идущая навстречу толпа просто сама начала тактично огибать его. В конце концов до него дошло: не так уж тут и людно.
– - Кхм-хм! Итак, -- характерно прокашлявшись, строя из себя заправского экскурсовода, Настасья вновь заговорила -- Ты впервые оказался в Южном Саратове, втором по величине городе Азовской Республики после Редпрезента и её отдельной административной единице...
– - Редпрезент?
– - удивлённо переспросил её Саша.
– - Бывший Краснодар, наша столица -- пояснила она и сразу продолжила, -- Южная часть города состоит из трёх районов -- Central, Industrial and Right-side, бывший Энгельс -- и шестидесяти четырёх кварталов, каждый из которых в чём-то индивидуален. Здесь есть три китайских квартала, индийский, польский, украинский, итальянский...
– - А русские кварталы тут есть?
– - неожиданно перебил её Саша.
– - По-моему, нет. Предупреждаю сразу, город восстанавливали почти с нуля, от прежнего Саратова осталось не так много, так что многого ты тут просто не узнаешь. Ну думаю, это ты и так понял -- сказала Настасья и игриво подмигнула ему.
– - Да уж...
Вознамерившись показать что-то Саше, девушка полезла в карман куртки за маленьким чёрным клатчем, открыла его и тут же удивлённо вытаращила глаза.
– - Holly sh... Ой!
– - Что такое?
– - увидев растерянность в лице Настасьи, Александр заранее приготовился к худшему.
– - Да нет, просто...
– - заметив его испуг, та быстро убрала клатч в карман, -- С-слушай, ты не против, если мы сперва в банк завернём? А то я деньги
Настасьина просьба заставила Сашу задумчиво запрокинуть голову.
– - Ну если ты против, то я потом заскочу -- мне не к спеху...
– - Да нет, -- заметив в лице южанки смущение, Александр быстро замахал руками, -- Просто... Разве они ещё работают? В смысле... Время-то уже начало десятого.
Взглянув отчего-то на Сашу, как на идиота, Настасья тут же прыснула со смеху.
– - Что?
– - Прости. Извини меня -- быстро сдержавшись, лицо Таси снова стало невозмутимо вежливым, -- Просто... У нас банки круглосуточно работают. Конечно, не все виды операций выполняют, но по крайней мере, не закрываются каждый раз, когда закончится мелочь.
– - Э-э-э... Понятно -- сказал житель страны, где работа банков по тридцать минут перед обедом и полтора часа после -- по сей день обычное дело.
– - Так, тогда...
– - взглянув на часы, Настасья заявила, -- Дуй за мной.
Саше не оставалось ничего другого, кроме как поддаться ей. Поразительно, насколько ловко даже с учётом своей комплекции Настасья управлялась с кучей людей на улицах -- изящно маневрируя то в одну, то в другую сторону, девчушка умудрялась пронырнуть в таких местах, где её знакомый с Севера даже не подумал бы пролезть. Саше в этом вопросе приходилось куда сложней: помимо более крупного телосложения, с непривычки северянин то и дело вылетал на "встречку", терялся, путался в толпе. Изо всех сил стараясь не потерять из виду свою компанию, Александру приходилось в буквальном смысле идти по головам -- один или два раза Саша даже случайно прошёлся прямо по каскам спешно латавших плитку тротуара рабочих, попытался быстро извиниться, но взамен услышал лишь громкие выкрики на польском, заставившие его поскорее удрать от тех опасных ребят.
На счастье северянина, вскоре Настасья всё-таки поняла, насколько тому тяжело быстро двигаться, и вывела Сашу на заметно менее оживлённый широкий, ещё мокрый от весенних осадков, ограждённый от проезжей части барьером безопасности тротуар магистрального шоссе. Практически совпавшая с "северной" улицей Чернышевского "южная" 113 Street, как прочитал он на первой попавшейся табличке, чем-то напоминала оживлённую муравьиную тропу -- шесть идеально гладких, ровных, прямых как стрела полос, по которым словно гигантские насекомые с огромной скоростью, сверкая ярким светом габаритных огней, в обе стороны неслись автомобили. Что больше удивляло человека из-за Стены, так это то, что среди них почти не было машин российского производства: китайские, узбекские, в меньшей степени японские, корейские, иногда старые немецкие и американские модели практически вытеснили здесь неказистые "тазики" и "волги", захватившие разбитые дороги погрязшего в пробках Северного Саратова. Возможно, поэтому максимальная скорость здесь была выше: ограничительные знаки "80" у края шоссе подтверждали это Сашино наблюдение. Несмотря на это, люди вокруг ничуть не боялись близости дороги: проходя возле самого барьера, никто в испуге не отпрыгивал, когда совсем рядом с ними на полной скорости проносилась какие-нибудь "Лётло" или "Фанронг", неплохо внушая сим фактом: здесь безопасно.
Яркие огни большого города, уютная малоэтажная застройка, лица проходящих мимо людей, их очевидная уверенность в себе, приличная одежда и широкие улыбки всё больше развеивали предубеждение, сложившееся о Южном Саратове в Северном. Дома у Саши его родным и друзьям непрестанно твердили -- за пределами пары приграничных кварталов за Стеной царят настоящие нищета и разруха. Все эти "потёмкинские" деревни возле границы с Колонией призваны переманить их на ту сторону, обмануть их незрелые умы, чтобы там их использовали в качестве дешёвой рабочей силы "проамериканские власти оккупированной страны". Хотя Саша по-прежнему не верил до конца, что такую благопристойную внешность имел весь или хотя бы большая часть Южного Саратова, а не только отдельные улицы, одна лишь их впечатляющая взор чистота и ухоженность, равно как и отсутствие хоть каких-то следов того, что город приграничный, в виде военных или огромного числа полицейских на улицах, неплохо подкупали глаза и слух. Отправляясь сюда, предупреждение его бывшей пассии дало Александру основание подумать, что проверки документов здесь обычное дело, но лицезрея совершенно обратное, у него попросту не укладывалось в голове: неужели они тут ничего не боятся? Неужели их жизнь столь беззаботна?