Стена
Шрифт:
Не понимая, что вообще происходит, почему Настасья вновь оставила его, Саше вдруг стало невыносимо любопытно, куда она пошла. Конечно, он не собирался идти с ней через границу, но хотя бы проследить за тем, чтобы южанка добралась до своей страны живой и здоровой, не выглядело для него чем-то зазорным. В конце концов, она обещала, что уйдёт -- можно же проверить, сдержит ли она своё слово?! Нерешительно выключая фонарь, Саша по одной лишь памяти направился в сторону Юга. Вслепую добравшись до служебной двери, отделяющую "Театральную" от путей, ещё пару секунд поколебавшись, парень перебросил ногу через невысокое ограждение сбоку и, с трудом втиснувшись между узкими подпорками, выбрался прямо в тоннель. Аккуратно ступив ногами на пол, Александр снова прислушался: ничего -- тихо, как в морге.
Один, в полной темноте, парень из северной части города пытался разглядеть впереди хоть что-нибудь, но не видел даже собственных ног, а потому шёл предельно аккуратно, по возможности опираясь рукой на стену тоннеля. Ни малейшего намёка на свет, какой-нибудь посторонний запах или звук -- мир вокруг словно сжался до узкой дорожки, вдоль которой, всякий раз бесшумно опуская стопу, скользя ладонью по отсыревшему бетону, Саша брёл в полную неизвестность. Пройдя пару десятков метров в кромешной тьме, он так ничего и не заметил и хотел уже повернуть обратно, когда впереди, за почти незаметным поворотом стен показался слабый, едва различимый даже в этой темноте огонёк. Оранжево-жёлтый, свет его был очень похож на обычный сигнал светофора -- хотя откуда они в закрытом перегоне? Из любопытства пройдя вперёд ещё немного, парень начал ощущать, как становится холодно и почти поверил, что это просто по-дурацки переставленный южанами семафорный огонь, как вдруг услышал вдали чей-то тихий, приглушённый плач.
– - Комо-о-он, не расстраивайся -- другого найдёшь...
Низкий, дребезжащий, с характерным знакомым акцентом, голос, донёсшийся впереди, явно принадлежал мужчине. Но если это он -- значит, плачет...
– - П-п-просто...
Раскрыв рот в удивлении, Саша даже не побоялся подобраться поближе -- неужели и вправду Настасья?
– - Он...
– - всхлипывая, судорожно сглатывая слёзы, пищала она -- Был... Б-б-был...
Но кем же был Александр, никто так и не узнал -- знакомые слова снова перетекли в с трудом сдерживаемый рёв. Слушая, как его бывшая в буквальном смысле рыдает в три ручья, Саше просто не верилось в этот факт -- неужели это из-за него? Неужели отказ довёл ту, что всплакнуть позволяла себе от силы раз в год, до слёз? Мир чуть не ушёл у Александра из-под ног: нет, не может быть -- это же бред! Но раз всё так, выходит... Выходит, тогда Тася всерьёз пригласила его к себе? Просто пригласила -- без какой-либо скрытой причины? Всё ещё не веря, что это происходит с ним, Саша как можно тише крался на звуки плачущей девушки.
– - Слушай, Тась -- снова заговорил с ней неизвестный -- Я не знаю, что за перец был этот твой Алекс, но если он отказался... Наверное... В общем, я думаю, он тебе не годится. Такие, как он, просто не пойдут на это. Меркантильные сопляки, мнящие нас предателями, а на деле не могут себе даже сопли подтереть -- тьфу!
Услышав не самую лестную характеристику о себе и своём народе, Сашу моментально передёрнуло от отвращения: кто это вообще такой? Что он тут делает?
– - Не говори так, Паш!
– - послышался следом тихий, время от времени прерываемый всхлипами голосок, -- Он не такой.
– - Да, а какой он?
– - пренебрежительно спросили Тасю.
– - Просто он...
– - тихо, неуверенно пробормотала южанка, -- Мы... У нас... всё непросто было.
– - И что же у вас с ним было, интересно? Ну-ка рассказывай.
По мере приближения к участникам диалога освещение постепенно становилось всё ярче. Рассчитывая получше расслышать ответ Настасьи, спрятанный в тени тоннелей Саша подползал всё ближе к ним, но в один прекрасный момент ощутил, как земля резко ушла у него из-под ног. Не успев быстро убрать ступню от обрыва, не удержав равновесие, парень камнем полетел вниз и рухнул с метровой высоты на твёрдый щебень, ударившись при этом головой об рельс. Непроизвольно издав сдавленный ох боли, сквозь звон в ушах Саша вдруг расслышал, как впереди раздался быстрый звук шагов, а за ним щелчок затвора... автомата! В просвете тоннеля показался человек в военной форме -- вот чёрт! Северянин моментально спрятался за первое попавшееся препятствие в виде колонны,
– - Стоять -- я тебя видел!
– - во всё горло заорал солдат Колонии, -- Выходи, живо! Руки за голову!
Судорожно вжимаясь в колонну, поджав колени, Саша крепко зажмурил глаза. Мысли охватила страшная паника -- твою мать, его заметили! Что теперь будет? Что делать? Как действовать? Бежать -- пристрелит! Сдаться -- точно прикончит!!! Сердце колотилось от ужаса вероятной скорейшей смерти, как вдруг сзади послышалось:
– - Стой, Паш! Остановись! Саша, это ты?
Уловив своими ушными раковинами голос Настасьи, Саша просто не представлял, как ему стоит реагировать: ответить или нет? А что, если она с ним в сговоре? Тогда ему точно кранты! Позади раздался звук чьих-то быстро приближающихся шагов. Дыхание Александра резко перехватило, когда в лицо сквозь закрытые веки ударил свет...
– - Успокойся, Саш! Всё хорошо -- это я, он тебя не тронет. Клянусь, он тебя не тронет!
Перепуганный до дрожи, титаническим усилием воли переступая через собственный страх, парень чуть-чуть приоткрыл свой левый глаз: прямо в лицо ему бил до боли яркий луч фонаря Настасьи. Едва возвышаясь над ним, встревоженная не на шутку южанка не сводила взгляда с его физиономии. Удивлённое, растерянное, в полутьме на покрасневшем лице ещё виднелись остатки слёз. Осторожно приоткрыв и второй глаз, немного уняв дрожь в ногах, Саша продолжал таращиться на неё, изо всех сил пытаясь прирасти спиной к колонне.
– - Щит, Паша!
– - рассерженно закричала она куда-то в сторону, -- Put away your gun! It's Alex.
Испуганно уставившись на неё, Саша никак не понимал, чего Настасья добивается -- мозг наотрез отказывался переводить сказанное ею по-английски предложение. Однако через пару секунд услышал звук откладываемого в сторону оружия и понял: кажется, слова дошли до адресата.
– - Всё нормально, Саш -- успокойся -- снова бегло затараторила она, -- Обещаю, он тебе ничего не сделает. Поднимайся скорей, а то замёрзнешь!
Настойчиво предлагая встать, рыжая ведьма протянула Саше руку. Сообразив наконец, что к чему, в конце концов Саша уловил нотки беспокойства в голосе и ощутимо успокоился: кажется, сегодня расстрел отменяется. Отметив про себя почти полное отсутствие у Настасьи в этой беглой речи следов акцента, парень всё же заставил себя встать и быстро отряхнулся: твою дивизию -- напугали до жути, идиоты...
Кое-как уняв дрожь в коленях, Саша первым делом прошёл вперёд и бегло пробежался глазами по сторонам: похоже, он оказался в месте пересечения двух пар тоннелей, когда-то принадлежавших разным линиям метро. Свет, который он разглядел по пути сюда, оказался обыкновенной лампочкой накаливания, вкрученной в подвешенном на рычаге стрелочного перевода фонаре, внешне стилизованным под керосиновую лампу. Впереди, метрах в десяти от себя Александр разглядел две пары старых, вполне возможно, давно вышедших из строя гермозатворов, отделяющих подземную развилку от путей, ведущих на юг. Судя по обильно покрывшимся ржавчиной рельсам, пара тоннелей, пересекающихся с тем, из которого они с Настасьей пришли, была давно заброшена, как и одна из пар, ведущая в южную часть города. Каждую пару путей, ведущих к одной общей четырёхпутной развилке, вначале разделяли узкие, сантиметров тридцать, не больше, колонны из железобетона, за одну из которых он и попытался спрятаться, где-то в темноте переходящих в полноценно разделяющие встречные пути круглые стены.
Но больше всего внимание северянина привлёк юноша, стоявший точно посередине ветки, ведущей на Юг: высокий, худой, одетый в светло-бежевую солдатскую форму, чёрные кирзовые сапоги и изумрудно-зелёный берет, чуть съехавший набок, вид у него был весьма и весьма серьёзный. Позади военнослужащего, из тени, отбрасываемой его фигурой от фонаря, выглядывал наружу, прислонившись стволом к стене, автомат М-16 -- его Саша узнал по характерному креплению ремня в тонкой как спичка передней части. Предельно коротко стриженый, солдат намертво застыл по стойке "смирно", не сводя крайне подозрительного, прищуренного взгляда с попавшемуся ему на глаза нарушителя в лице Саши. Ощущая на себе его суровый взор, жителю северной части города становилось как-то неуютно.