Стена
Шрифт:
— Когда видишь все это, то понимаешь, что с Америкой все в порядке. Простые люди живут простой жизнью, но постигают самую суть вещей. Возможно, мы с вами что-то упустили в жизни, Марша, что-то очень важное, — повторил он.
Он проводил меня только до верха тропинки.
— Ни к чему, чтобы местные господа видели вас вместе со мной, — пояснил он с милой улыбкой. — И не тревожьтесь слишком сильно, дорогая моя. Вместе мы все преодолеем.
Это были его последние слова, и еще долго, нескончаемо долго мне не суждено было ничего от него услышать… Там, на тропинке, я с ним и рассталась,
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Это не история любви. В известном смысле это история об истории, в то время сокрытой от нас, однако лежащей в основе всех происходивших событий. Время от времени она на мгновение всплывала на поверхность, подобно дельфину в заливе, но тотчас же снова исчезала, оставляя после себя отчаяние и смерть. Но в тот вечер, покидая Аллена Пелла на тропинке, я испытывала такое чувство, будто оставляла там частичку самой себя. Так оно и оказалось на самом деле.
Именно в ту ночь он исчез.
Сейчас я могу об этом писать, сидя на верхней веранде и глядя на холмы, обратившиеся в пестрые гобелены, сотканные из красного, коричневого и желтого цвета, а теплое осеннее солнце согревает мою непокрытую голову. Но очень долгое время я не могла этого сделать. Я была не в силах даже думать об этом.
Казалось, только что передо мной открывалась новая, доселе неведомая жизнь. И вдруг, безо всякого предупреждения, ее у меня отняли.
Узнала я об этом лишь на следующий вечер, когда взаимоотношения окружного прокурора и шерифа достигли критической точки. Буллард вызвал Рассела Шенда и решительно заявил, что сыт по горло отсрочками и насмешками со стороны прессы и что он намерен доставить Артура Ллойда в суд, задержать его и незамедлительно созвать специальное большое жюри.
— Я и так слишком долго позволял вам манипулировать с этим делом, — заявил он. — Возможно, вы об этом забыли, но в нашем округе совершены два зверских убийства. Если вы думаете, что я собираюсь ждать, пока к ним добавится еще одно…
— И кто же будет следующим? — полюбопытствовал шериф. — Если только, конечно, вы ищете не какого-нибудь сумасшедшего маньяка. Если ваш убийца псих, то это не Артур Ллойд; а если это Артур Ллойд, то кого ему еще понадобилось бы убивать? Похоже, он уже очистил территорию от нежелательных ему элементов.
— Не стройте из себя идиота, — ощетинился Буллард. — И не принимайте за идиота меня. У меня есть доказательства, и вам это известно.
— У вас есть два убийства. Но это еще не означает, что у вас есть убийца.
Когда в тот вечер я получила по телефону более или менее точный отчет об этой беседе, Артур все еще оставался в Мидлбанке. Времени было явно в обрез, и если вообще можно было подтвердить алиби Артура, то сделать это следовало немедленно. Если Аллен Пелл мог здесь помочь, то мне надо было поскорей с ним увидеться.
Я отправила слуг в кино на машине, так что самой пришлось идти пешком. Шериф позвонил мне в половине одиннадцатого, и сразу же после этого, вооружившись фонариком, я вновь отправилась в гору по тропе вдоль Каменистого
Это было ужасное путешествие. Прежде я ни разу не ходила по этой тропе ночью, а уж тем более в вечернем платье, и по мере того как я продвигалась вперед, тропинка казалась мне все более незнакомой и враждебной. В одном месте я едва с нее не сбилась и, ступив на рыхлый участок земли, вдруг с ужасом подумала, что, возможно, именно здесь и была раньше зарыта Джульетта. Порой тропа круто забирала вверх и в тусклом свете моего фонарика казалась каменистой и опасной. По мере того как я поднималась все выше, шум ручья, ниспадавшего с уступа на уступ небольшими водопадами, становился все сильнее.
До сих пор не знаю, следил ли кто-нибудь за мной в ту ночь или нет. Я остановилась в относительной тишине возле запруды, и тут мне почудилось, что сзади раздался негромкий звук. Я обернулась, но тропинка в этом месте круто сворачивает, и, я никого не увидела. И тем не менее слышала же я какой-то звук, как будто чья-то нога задела камень. Я резко выкрикнула:
— Кто здесь?
Ответа не последовало, и в конце концов я двинулась дальше.
В кемпинге, когда я туда добралась, было тихо и спокойно. В одной из палаток горел свет—по-видимому, свеча, а в одном из трейлеров виднелась лампа, и рядом с ней—погруженный в чтение человек. Иными словами, жизнь здесь угомонилась, и лагерь готовился ко сну— вереница неуклюжих силуэтов, весьма напоминавших стадо слонов на вырубке.
В трейлере Пелла тоже было темно. Я постучала в дверь и, не дождавшись ответа, позвала его как можно тише. Однако, как я ни осторожничала, человек, читавший при свете лампы, услышал меня. Он поднялся и вышел из своего фургончика.
— Пелла ищете? — осведомился он.
— Да.
— Что-то я его сегодня не видал. Даже странно как-то. Обычно ой снует взад-вперед. — Он вгляделся в меня повнимательнее. — Вы будете та самая юная леди, что приходила к нему вчера. Верно?
— Да.
— Погодите минутку, — сказал он и двинулся к своему трейлеру, на пороге которого теперь стояла женщина.
— Тут леди спрашивает Пелла, — сказал он. — Не видала его, а?
Она покачала головой.
— Я его не видала с тех пор, как вчера он ушел с этой девушкой, — сообщила она.
— Вы не видели, как он вернулся? — недоверчиво спросила я.
— Уж не знаю, вернулся он или нет, — заметила та. — Лично я его не видала. Но вчера ночью там кто-то был. Не Пелл. Вроде бы мужчина постарше. Плотного такого сложения. Я видела, как он заходил внутрь.
Даже тогда у меня не возникло серьезных опасений, хоть я и встревожилась. Посетитель тот, по ее словам, оставался здесь совсем недолго—с полчаса, может, чуть больше. Она его видела лишь мельком. Прежде чем зажечь внутри свет, он закрыл занавески.