Стекло
Шрифт:
– Ты посыпала пончики сахарной пудрой?
– Да, только что.
– А не заглядывала, как там пирожки с повидлом?
– Нет, сейчас гляну.
Запах ароматной выпечки распространялся по всему помещению. Уютная кухня казалась бы совсем домашней, если бы не большие промышленные духовые шкафы, стоящие у дальней стены. И две газовые поверхности вместо одной.
Посреди помещения стоял большой длинный узкий стол, даже скорее рабочая поверхность. Здесь вымешивалось тесто, начинялись пирожные, взбивался умопомрачительный
Деревянные шкафчики и полки были забиты разной снедью, баночками со специями, вареньем.
Проверив выпечку, Даша вышла в соседнюю комнату к тете, которая стояла за прилавком.
В небольшом помещении кафе было всего 5 столиков. И только один был занят в это ранее время. 7 утра, а здесь уже готовы обслужить первых посетителей.
У тети Милы было маленькое, но очень милое кафе в старой части города. Когда-то давно она купила интересную квартиру в небольшом двухэтажном здании. Эта квартира была двухуровневой. Так вышло, что верхнюю часть она использовала, как собственное жилище, а на первом этаже сделала кафе. И назвала его «У Максима». Странный выбор, подумала тогда Даша. Ее тетя была привлекательной, но одинокой женщиной. Никогда не выходила замуж, не имела детей. Но расспрашивать тогда об этом не хотелось, а со временем девушка просто свыклась с необычным названием.
Сейчас она помогала своей тете в кафе. Оглядываясь на прожитые здесь 4 года, Даша была уверена, что сделала правильный выбор. В первые дни было очень непривычно и странно, но вскоре ее комната наверху стала казаться ей уютной и, просыпаясь, она уже не удивлялась этому светло-салатному абажуру на прикроватной тумбочке.
Тетя Мила не лезла в душу с расспросами, не вынуждала говорить о прошлом. Она просто однажды попросила девушку помочь на кухне. Так началось Дашино исцеление.
Как оказалось, не только по материнской линии женщины в их семье любили готовить. Ее тетя прекрасно пекла. И когда друзья в очередной раз расхваливали ее таланты и возмущались ,почему она не поставит дело на рельсы, она приняла решение, заняла деньги и открыла свое кафе.
В эпоху супермаркетом, огромных магазинов, поглощающих более мелкие, решение открыть заведение, где подавали блюда домашнего приготовления, оказалось выигрышным.
Людям хотелось тепла и уюта, хотелось общения, чтобы можно было не только приобрести товар, но и поговорить с продавцом, обсуждая покупку, погоду, последние события. Тетя сказала, что народу не хватает душевности, поэтому ее старания оправдались.
Кафе быстро приобрело свою клиентуру. Первые посетители – обычно те, кто забегал выпить чашечку кофе и позавтракать перед работой.
Потом появлялись женщины, которые хотели порадовать домашних вкусной выпечкой, но не желали или не могли этого сделать сами.
После обеда приходили студенты, а к вечеру публика была самой разнообразной. Но в основном, в этой интимной обстановке встречались парочки.
На каждом окне висели плотные бархатные занавески с бахромой, Вечером, по желанию, клиенты могли либо опустить их, либо оставить собранными.
На широких
Деревянные небольшие столики с накрахмаленными скатертями и деревянные стулья с мягкими сиденьями составляли основную часть интерьера.
Когда темнело, Даша расставляла и зажигала свечи, чтобы остановка казалась романтической и располагающей к признаниям и поцелуям.
Работа начиналась в 4 утра. Вскоре девушка стала вставать до зари, чтобы помочь тете, хотя та и отправляла ее в кровать, чтобы Даша не заснула на лекциях.
Выбор учебного заведения стал очевидным. Даша подала документы в кулинарный колледж, который еще недавно именовался техникумом.
Поступила без проблем, училась с удовольствием. Часто звонила маме, но приезжать не хотела. Как ей рассказывала крестная, мать стала глубоко верующей, поначалу, с ней даже сложно было общаться из-за этого. Даша знала это по собственному опыту, когда звонила сначала каждый день ,потом только по выходным, потом пару раз в месяц.
Она не хотела рвать тонкую ниточку, которая связывала ее с матерью, но было слишком тяжело слушать однообразные ответы, иногда срывающиеся на страстные призывы обратиться к Богу.
Ее жизнь возвращалась в обычное для подростка русло. Самым приятным событием в первый год после смерти отца стало знакомство с Маргаритой.
В начале учебы Даше не хотелось заводить новых друзей. Слишком болезненными были воспоминания о старых. Но все произошедшее закалило ее. Она утратила юношескую наивность и по-другому смотрела на вещи.
Однажды, во время перемены, Даша услышала, как группа разукрашенных и одетых в короткое и обтягивающее девиц учили скромного вида девочку, очевидно мечтающую попасть на этот Олимп и присоединится к избранным.
– Перестань есть все, что готовишь! Ты не влезешь скоро даже в те шмотки, что носишь сейчас!
Даша мельком окинула взглядом сутулую фигурку. Обычная среднестатистическая девочка, может и немного полновата ,но очень даже ничего. Это даже придает особое очарование ее лицу, доброму и открытому.
– И начни нормально краситься, иначе ни один мальчишка не посмотрит в сторону серой заурядности.
Что-то взыграло внутри. То ли отголоски воспоминаний, то ли позабытая обида не дали Даше пройти мимо.
Она резко остановилась возле компании, не обращая внимания на удивленные и оценивающие взгляды. Девушка обратилась к той, кто давал все эти советы.
– Дорогая, если ты и дальше будешь так заботиться об окружающих, то невзначай и сама сможешь стать хорошим человеком. Смотри, не попорти себе ауру. – И не обращая внимания на отвисшие челюсти и слабые попытки что-то ответить, обратилась к скромной девушке.
– Я бы не советовала тебе слушаться сомнительных советов девиц, которые не то, что не могут сказать что-то умное в силу абсолютной пустоголовости, но и готовить-то не умеют. Умели бы – не рвало бы постоянно от той мерзости, что у них получается. Иначе отчего они такие тощие?