Стая
Шрифт:
— Тань, не трогай его. Видишь, невменяемый совсем.
— Вижу. А в драку какого, спрашивается, полезли?
— Не лезли мы. Нарвались на каких-то гопников, раскидали их по сторонам и домой пошли.
— Совсем, вы, Вадя без головы. Себя не бережете. Ни себя, ни нервы родителей.
— Кстати о родителях, — тут же вставил свое слово, появившийся в дверях Денис, — отцу скажешь, что я у тебя, про мордобой ни слова.
— Да уж сообразила бы, — иронично отозвалась сестра и поставила на стол тарелки с пышным румяным омлетом.
—
— А кто деньги зарабатывать будет?
— Муж пусть зарабатывает.
— Он и зарабатывает.
— Да? Что-то не вижу я ни денег, ни мужа.
ГЛАВА 7
— Садись, Денис, а то пока всех дождешься с голоду можно умереть.
Денис, удовлетворенно вздохнув, оторвался от созерцания пасущихся на грядке с клубникой Тани и Бори. Полуденное солнце беспощадно опрокидывало на голый торс огромную дозу ультрафиолета. Грозило спалить заживо. Вняв разуму, уже имея по этой части печальный опыт, Денис скрылся в тени дома, присев на низенькую скамейку. На такой жаре мозг вскипал, мысли плавились как шоколад. Семья тоже «растеклась» по участку никак не желая собираться за столом. От клубники семью Осиповых никакие блины не могли оторвать; отец с Ниной ушли на речку; а дядя Вася заглянул к соседу. Таня разгуливала по даче в купальнике, тетя Рая сегодня тоже отличилась оригинальностью, надев майку-тельняшку. Получила в безвозмездное пользование от Степаныча. Раздавшись за эти годы в формах, по весовой категории она легко могла составить мужу конкуренцию.
Некоторые вещи с годами не менялись, радуя и вдохновляя своим постоянством. Тетя Раиса относилась к такой категории, — не вещей, но людей. С какой стороны не дул бы ветер, новые заботы и проблемы она встречала с оптимизмом на лице и доброй улыбкой. Глядя в радушное лицо тетки, Денис начинал ей завидовать. Не мог он относиться к жизни с такой легкостью. И переломаться не мог.
— А где моя кружка? — недовольно спросил он. Его непомерного аппетита даже жара сбить не могла. И уговаривать его сесть за стол, долго было не нужно.
— Наверное, Борис взял, когда воду пил, — предположила Раиса.
— Какого… — возмутился.
— Ладно тебе, какая разница, из какой кружки пить?
— Для меня есть разница.
Раиса взяла кружку, стоящую на столбике у теплицы, выплеснула воду и, сполоснув, налила в нее чай.
— Так лучше? — со стуком поставила перед ним кружку.
— Так — просто прелестно. Прелестно, — с легким сарказмом сказал Денис.
— Ну что, Дэн, как дела? — За стол подсел зять. Такое обращение Дениса покоробило, но Борис из тех, кто с одного раза не понимал. Печально.
— Как сажа бела, — размыто ответил и сконцентрировался на поедании блинов.
— Кстати, братик, я тут кое-что про тебя узнала… Была в шоке. — Таня принесла салфетки и придавила
— Нормально. Главное, что не в коме, — вздохнул брат.
— Ничего нормального. Говорят, ты с Ольгой Гуревич встречаешься?
— Кто говорит?
— Люди говорят.
— Не думал, что я такая популярная личность, чтобы обо мне шептался весь белый свет.
— Неважно. Так ты действительно с ней встречаешься?
— Тебе же «люди» уже сказали. Или тебе нужно какое-нибудь документальное подтверждение? Поделиться подробностями? — Денис постепенно начал выходить из себя, отвечая резко.
— Но она же мало того, что старше тебя на пять лет, но еще и замужем! — Таня продолжала нарываться на грубость, вторгаясь в личную жизнь брата.
— Ну и что? Мне все равно. Это дело ее совести, а не моей. Или мне теперь, прикажешь, в церкви грешки замаливать?
— Денис, ну неужели нельзя найти нормальную девушку?
— То, что происходит, меня устраивает. Не надо лезть в мою постель, без вас разберусь! — терял терпение.
— Правильно, надо брать от жизни все, потом поздно будет, — хохотнул Борис, одобрительно хлопнув Дениса по плечу.
— Она же замужем! — Таня бросила на мужа испепеляющий взгляд.
— Может вам своих детей завести? — Денис отставил кружку и встал из-за стола. — Чтобы было кого воспитывать. Меня-то поздновато уже. Оставь свои менторские замашки.
— Таня!.. — одернула Раиса, как только племянница открыла рот, чтобы выдать очередную отповедь. — Денис, пойдем со мной. У меня для твоей дурной силушки как раз работенка имеется. Только перчатки возьми.
Денис без лишних слов захватил перчатки и пошел за теткой.
— Так и хромаешь? — спросил, шагая по тропинке между посадками в сторону калитки.
— Немного. Долго что-то заживает.
— Да, такие раны долго беспокоят.
Рая как-то умудрилась проколоть пятку гвоздем и прихрамывала уже которую неделю.
По пути Денис сорвал пару зрелых ягод клубники. Рая подвела его к смежному с соседским участком забору.
— Давай-ка, повыдергай осот. Все позабивал гад. Ползет от соседа и хоть бы хны, — сама принялась вырывать из земли более безобидные сорняки.
— Спасибо, тетя, удружила.
— Ну, чего ты завелся? — мягко спросила Рая теперь, когда они оказались вне зоны слышимости.
— Достала потому что. С кем я сплю — не ваше дело.
— Давай-давай, пар выпустишь, может легче будет. А вообще — ну ее!.. — махнула рукой, снисходительно скривившись. — Видишь же, она сейчас вся в мечтах, в счастье, хочет, чтоб у всех все было хорошо, потому к тебе и цепляется.
— Пусть воздержится. У нее теперь для этих целей есть объект более привлекательный, а я могу и в ответ дать, причем очень болезненно. — Денис с остервенением избавлял участок от колючего осота.