Статус B

Василенко Владимир Сергеевич

Ноги уже сами собой несли меня вперед. Не особо разбирая дороги, я продрался сквозь кусты и едва успел остановиться на краю заросшего травой обрыва. Глянул вниз, на узкий, но шумный поток, стиснутый внизу руслом. Но чем выше поднимались склоны расщелины — тем более рыхлыми они становились. Здесь уже не сплошной камень, а вперемешку с почвой. Кое-где наружу торчат оголившиеся корни деревьев.

— Ты куда рванул-то? — проворчала Айя, догоняя меня.

— Туда смотри, — кивнул я. — Ты глазастее меня, может, различишь что-нибудь.

Девушка присела

и на четвереньках подобралась к самому краю обрыва, заглядывая вниз. Я тоже вглядывался в поток, даже маску снял, хотя она вроде бы не мешала обзору.

— Седьмой?

— Правее. Вниз по течению.

— Вон там! — едва не в голос вскрикнул я.

В паре метров над водой в скале чернела темная трещина, из которой одна за другой вываливались наружу черные змеевидные твари метра в полтора длиной. Айя их тоже заметила, выдав какую-то замысловатую тираду наполовину на испанском.

— Это оно! О, хвала святой Марии Лионсе, все-таки этот день не такой уж дерьмовый!

Заразители сыпались в ручей, будто рыбины из прохудившегося невода. Их действительно было несколько десятков. Ныряя в поток, они неслись вниз по течению.

— Ты это засняла?

— Да. И я знаю, куда этот ручей ведет. Эта местность уже немного разведана. Километра через три-четыре он впадает в небольшое озеро. И там тупик — скалы вокруг. Так что они там как в садке будут. Не успеют быстро расползтись.

— Отлично!

— Да это просто бомбически! Все, извини, а теперь мне пора сваливать. Надо кое с кем переговорить…

— Ты же говорила, что спать собираешься, — усмехнулся я.

— Да какой там спать, ты обалдел, что ли? Такие разведданные — ценный товар. Но, к сожалению, скоропортящийся. Так что надо поторопиться. Коси сено, пока солнце светит.

Не успел я и глазом моргнуть, как следопытка исчезла, оставив меня на краю обрыва в одиночестве. Телепортировалась к репликатору.

Да уж… Ну, как говорится — не благодари, обращайся, если что.

Я уселся прямо на краю, свесив ноги вниз и наблюдая за потоком. Заразители из расщелины больше не сыпались — похоже, весь выводок уже десантировался. Это сколько же они зверья могут перекусать….

Айя, опомнившись, постучалась в голосовой чат.

— Фрост, забыла совсем! Спасибище тебе огромное! Что вытащил, что наводку дал, да и вообще… Ты классный. Пока даже ума не приложу, как я смогу тебя отблагодарить за все. Но увидимся же еще?

— Надеюсь. А насчет благодарности… Ты говорила, что ты и эти твои Следопыты много чего могут найти. Меня интересуют схемы реликвий. Я сейчас сброшу тебе список. Посмотри, как освободишься. Интересно мнение профессионалов.

— Поняла. Да, конечно, чем смогу — помогу. Ну все, пока-пока, я побежала.

Отключилась она, не дожидаясь моего ответа. Я невольно улыбнулся. Мы провели вместе от силы час, но мне кажется, мне будет ее не хватать. Сам я не очень разговорчив, а порой и мрачен. Но люблю находиться рядом с такими, как она. Противоположности притягиваются.

Я полез в интерфейс, сделал несколько

скриншотов с описаниями схем промежуточных реликвий, необходимых для создания Грани Абсолюта, и отправил Айе. Особо выделил схему Бездонного резервуара. Реликвия класса «редкий», или, на жаргоне игроков, синька. На аукционе таких пока нет, но в целом добыть ее не должно составить большого труда. А вот в игре эта реликвия может мне здорово помочь.

Главная ценность Бездонного резервуара — в одноименном эффекте, который затем наследуется и реликвиями более высоких рангов. Он убирает верхний предел на шкале Пси-энергии, так что энергия может копиться до бесконечности. Да и с прокачкой проще — можно сосредоточиться только на орбах Восстановления ПЭ, а на общий запас вообще не обращать внимания.

Но дело даже не в этом. Я постоянно держал в уме задания Войда. Ну, положим, сотню новых членов культа я найду еще не скоро. Но вот второе задание — на сбор миллиона очков Пустоты — я могу выполнить и в одиночку. Мне, как Псионику, куда проще, чем той же Венди или тем более Моргану и Родригесам. Они могут генерировать Пустоту только за счет потери очков здоровья. Я же, если буду постоянно расходовать Пси-энергию, смогу и один накопить нужный объем Пустоты.

Можно даже прикинуть, сколько времени это займет. Скорость восстановления ПЭ у меня сейчас — двести тридцать очков в минуту. Почти четырнадцать тысяч в час. Чтобы накопить миллион, понадобится около семидесяти двух часов. Но это чисто теоретически. Для этого надо соблюдать кучу условий. Постоянно расходовать Пси-энергию, не давая шкале заполниться до конца. Не тратить Пустоты. Не умирать… В общем, не очень реалистично. Но даже если и следовать всем условиям — понадобится около недели. А вот с Бездонным резервуаром дело пойдет куда быстрее…

— Террел!

Мимик окликнул меня вполголоса, но в его интонациях я уловил тревогу. Впрочем, я не уверен, что эти иногда проявляющиеся у него эмоции — не плод моего воображения. Может, это просто проекция моих собственных.

Вот и сейчас. Я и сам почуял неладное. Вокруг стояла странная, неестественная тишина, нарушаемая только шумом ручья. А позади я не столько расслышал, сколько почуял неким шестым чувством какое-то движение.

Даже не так. Присутствие.

Я обернулся. Медленно, очень медленно, искоса оглядывая заросли позади себя.

Вроде бы никого. Густые кусты с метелками длинных и узких, как клинки, листьев, свисающие с ветвей лианы, поросший мхом валун, похожий на наковальню. А чуть правее…

Вот оно!

Страха не было, я ведь уже однажды сталкивался с таким. Но все же было не по себе — в груди все сжалось, будто во время прыжка.

Ствол дерева позади меня вспучился. Толстая растрескавшаяся кора отслоилась от него огромным пузырем, быстро меняя цвет и становясь из зеленовато-серого совершенно черным, стекающим вниз, будто чернильная клякса. На поверхности ее вспыхнул составленный из мелких огоньков рисунок ящерки, изогнувшейся буквой S.