Стать сильнейшим - 2
Шрифт:
Девушка отразила удар одного из них и с ужасом осознала, что умрет: щупальца другого адьюкаса уже устремились к ней… и упали, срезанные синим всполохом. Лейтенант девятого отряда двумя ударами меча заморозила обе руки своего противника и всадила ледяной клинок в сердце своего адьюкаса, стремительно разорвала дистанцию и обернулась. Зрелище вызвало у нее улыбку счастья и облегчения: капитан пришла, почувствовала неладное и пришла на помощь. И не одна: отряд четвертого офицера Асано Ямато взялся за барьер и за оказание помощи раненым.
— Вы все сдохнете-е-е-е! — проревел адьюкас, смахивающий на гибрид человека и каракатицы. Десятки свежеотросших
Не устремились, так показалось Пустому. Не успел он как следует замахнуться, как все его тело пронзил холод, а синигами из поля зрения исчезла.
Юки Карасу возникла за спиной адьюкаса, вкладывая катану в ножны, а Пустой тем временем распался на две половины и рассеялся черными частицами.
— И все-таки у тебя ледяной занпакто, — улыбнулась Юки и растрепала короткие белые волосы своего лейтенанта. Сакура смутилась. Сослуживцы отвернулись, пряча улыбки: капитан и лейтенант никогда не афишировали своих близких отношений, но не особенно их скрывали. Сначала многие из них подумали, что через постель Сакура пытается пробиться по службе, но очень быстро поняли, что дело обстоит совершенно иначе. Единственный, кто продолжал упорно это твердить — Сюхей Хисаги, глубоко оскорбленный тем фактом, что его капитан выбрала не его, а девушку! Но на ворчание третьего офицера в отряде внимания не обращали. Если отбросить глупую ревность, к счастью, проявляющуюся лишь на словах во время дружеских попоек, Хисаги — отличный парень и сильный синигами, который хоть и со скрипом, но признает превосходство Сакуры Минамото.
— Нет, Юки-сама, — ответила ей наконец девушка.— У меня кидотипный занпакто. Кориюри не управляет льдом, он замораживает все, чего касается, правильнее даже сказать — отнимает тепло.
Юки кивнула, окинув взглядом поле боя. Восемнадцать отличных парней и девушек мертвы, но показывать свою боль ей нельзя. Брат учил ее быть сильной, ведь на кого может положиться отряд, если не на своего капитана?
— Ты молодец, Сакура, — капитан шагнула к раненым, складывая пальцы в жест исцеляющего барьера — можно и без жеста, но эффективность сильно падает.— А теперь ступай в отряд и подготовь отчет, после этого можешь идти домой. Отгул три дня, считай это приказом.
Сакура недовольно кивнула. Капитану тяжело и больно терять людей, и она должна быть рядом с ней, поддержать и принять на себя часть забот. Но если Юки приказывает, пользуясь своим званием капитана — лучше подчиниться.
Юки ушла последней, вместе с вереницей носилок, укрытых белыми простынями. Сегодня с павшими в бою простятся родственники, она выразит им свои соболезнования, а завтра вечером — огненное погребение на одном из полигонов — традиция, заложенная братом. Карасу вздохнула: общаться с родственниками погибших очень тяжело, но она справится. Не в первый раз и, видит Бог, не в последний.
Занпакто Сакуры Минамото:
https://vk.com/photo-104986769_411827037
====== Глава 18 ======
Сейрейтей, расположение одиннадцатого отряда
Тоширо Хитсугая рассеянно зевнул. Ночка выдалась тяжелой и напряженной, целых три вылазки в Руконгай. Все три раза были гилеаны, но их было слишком много, чтобы справлялись только два дежурных офицера. Вот и пришлось капитану мотаться полночи по всему Рукону, а вторую половину ночи Тоширо рубил Пустых и подсчитывал потери. Шесть человек
– ХИТСУГАЯ!!!!
Тоширо среагировал на рефлексах, и только когда два тяжелых клинка столкнулись и породили ударную волну, разметавшую пыль, понял, где оказался. Капитан одиннадцатого отряда Кенпачи Зараки хищно оскалился: всякий синигами, вот так гуляющий по его владениям, мог нарваться на кого-то из одиннадцатого отряда. Впрочем, на территории десятого отряда творилось ровно то же самое – славные продолжатели традиций Кеншина Карасу не перевелись и по сей день.
– Че такой кислый?– задорный блеск жутковатых желтых глаз и широкий оскал способны были привести в ужас кого угодно, но только не капитана десятого отряда. Пожалуй, капитан десятого отряда – единственный в Готей-13, кто сумел привыкнуть к постоянным нападениям от капитана одиннадцатого отряда.
– Побегай всю ночь по Руконгаю, а потом иди на работу, поспав полчаса – узнаешь,– Тоширо отбросил меч Кенпачи и перешел в атаку. Разумеется, Зараки с легкостью парировал – после исчезновения Кеншина Карасу слава самого искусного мечника в Сообществе Душ надежно закрепилась за ним.
Впрочем, капитан десятого отряда не унывал, и три вечера в неделю стабильно проводил в расположении одиннадцатого отряда, сражаясь с Кенпачи и оттачивая мастерство. Повзрослев, парень многое переосмыслил и не стеснялся обращаться к старшим товарищам с просьбами тренировать его. Ячиру Унохана, Йоруичи Шихоин и Юки Карасу – те, кто ранее с удовольствием ловил милашку Тоширо и тискал его – не отказывали ему в таких просьбах. Но все равно, Тоширо был недоволен своими успехами: будучи превосходным мечником, он также знал и умел исполнять множество кидо высокого уровня без чтения текста, но до сих пор не научился совмещать кидо и мечный бой. Если мечный бой и приемы рукопашной он научился совмещать почти сразу же – а с Кенпачи иначе и не выйдет, в противном случае сметет и размажет, – то с кидо все было печально. Он не привык держать меч в одной руке – удары получались слишком слабыми, он не мог привыкнуть одновременно применять кидо и бить мечом, как с легкостью делали все остальные капитаны (кроме Кенпачи Зараки, хотя чем дальше, тем больше Хитсугае кажется, что и Зараки владеет несколькими приемами кидо).
Долго продержаться парень не сумел. Спустя примерно три минуты рубки на пределе возможностей Зараки достал его. Тяжелый тати в момент удара повернулся плашмя и сшиб парня с ног, впечатывая его в какой-то барак и разрушая ударом всю стену и часть потолка.
Тоширо выбрался из-под завала и привалился спиной к уцелевшему фрагменту стены, пытаясь отдышаться. Зараки ухмылялся в паре десятках метрах впереди, закинув тати на плечо и взглядом приглашая продолжить. Капитан десятого отряда покачал головой. Кенпачи пожал плечами и ушел по своим делам.
– Капитан Хитсугая, вы в порядке?
Тоширо обернулся и увидел своего лейтенанта. Высокий мужчина с длинными черными волосами, трепещущими на ветру, опирался на неизменный посох и смотрел на него с укором во взгляде. Хитсугае прекрасно известно, что в этом посохе сокрыт занпакто лейтенанта.
– Да, Гэнкаку.
Лейтенант еле слышно вздохнул: ему не доставляло ни малейшего удовольствия наблюдать за тем, как капитан истязает себя бесконечными тренировками, и как его, едва живого, приносят другие капитаны.