Стать прочнее

Шеллина Олеся

— Костя… — Подоров пристально смотрел на меня, ожидая хоть какого-то ответа.

— Мяу-у! — появившийся между нами Паразит визуально казался раза в два больше, чем был на самом деле, из-за вздыблееной шерсти.

— Ты чего? Что произошло? — я шагнул к коту, который прыгнул в этот момент ко мне, и…

Мы очутились на каком-то глухом перекрёстке. На улице было темно, поздний вечер уже вступил в свои права. Шёл лёгкий снег, а тишину разрывал непрерывный машинный гудок. Под фонарём стояли две покорeженные машины, которые, судя по всему, въехали друг в

друга на большой скорости. Машины были мне не знакомы, и я никак не мог понять, что именно хочет мне показать Паразит в этой аварии. Что вообще могло привести его в такое возбужденное состояние.

Это был явно пригород, к тому же авария случилась вот только что, потому что я не видел ни следа спасательных служб.

Осторожно приблизившись к одной из машин, из которой и доносился противный гудок, я рванул на себя водительскую дверь, потому что через тонировку стекла ничего не было видно. Водитель лежал головой на руле, а на пол машины канала кровь. Мне даже не нужно было призывать дар, чтобы понять, он был мёртв.

Схватив за воротник пальто, откинул тело на сиденье и присвистнул, глядя на бледное лицо и остановившийся взгляд мёртвых глаз Васьки. Как ему удалось выбраться из-под ареста? Скорее всего, это и есть втрое направление, над которым работал талантливый гаденыш Френк Адреас. Ну что же, у него ничего не получилось, бывает. Здесь — несчастный случай, там об меня с ребятами споткнулся…

Я развернулся ко второй машине. Паразит вился вокруг меня, словно ждал, когда же я, тупой двуногий пойму, зачем он меня сюда притащил. Видимо, Васька — это было не всё, что он хотел мне показать.

Второй машиной оказался представительский лимузин. Я открыл пассажирскую дверь, но в салоне были пусто. Только немного крови на сиденье. Зато на водительском месте кто-то шевельнулся. Я быстро открыл дверь: водитель был ещё жив, но не надолго, я уже чувствовал, как смерть протянула к нему свою костлявую руку. Ему ничем нельзя были помочь. И тут он начал что-то бормотать. Я нагнулся, чтобы расслышать.

— Я ей говорил, что на надо ехать в каньон, но она, как с ума сошла… — он закашлялся и на меня попали капли крови. — Она настаивала, говорила, что почти нашла разгадку… Что мать подождёт, и чтобы я на говорил никому, особенно её мужу… А потом этот удар… Эта машина выскочила, там какой-то псих за рулём… — он протянул руку и схватил меня за рукав, но меня все равно не покидало ощущение, что этот полу труп ничего уже не видит. — Передай мужу Анны Керн, что кот её утащи… — он на договорил. Рука разжалась, и голова медленно упала набок. На меня дыхнуло силой смерти и только потом дошло, что он только что сказал.

Я как ошпаренный отскочил от машины и повернулся к Паразиту, который сидел неподалёку, глядя на меня своими немигающими жёлтыми глазами.

— Где она, Паразит? Где она?!

— Мяу, — он прыгнул ко мне, и я уже оглядывался по сторонам, стоя в уютном коридоре клиники клана Керн.

Пока я озирался по стронам, Паразит исчез. Я же, выйдя из ступора, побежал в направлении операционной, потому что Анна после

такой аварии могла находиться только там. В направлении белой двери быстро шёл старший целитель клана. Он хмурился, сжимал и разжимал кулаки.

— Где моя жена? — я схватил его за рукав, останавливая и разворачивая к себе лицом.

— А, это вы, Константин Витальевич, — он оглялел меня. — Вы в крови. Вам тоже нужна помощь? Та же самая авария?

— Да какая разница, — я несильно тряхнул его. — Мне не нужна помощь, мне нужно знать, где моя жена и что с ней?

— Анна Александровна сейчас в операционной. Мы все пытаемся спасти жизнь ей и вашим детям. Поэтому, если у вас нет каких-то других вопросов, позвольте мне уже пройти к ней. Да, вам туда нельзя, оставайтесь здесь, — он указал на кресло возле стены, а сам вырвал руку из моего захвата и зашёл за белые двери.

Потекли длинные минуты ожидания. Настолько длинные, что я даже несколько раз подносит к уху часы, чтобы убедиться в том, что они работают.

Телефонный звонок был неожиданностью, я даже не смог вспомнить, когда включил отключенный на время операции телефон. Я только что вышел из довольно сложного боя, и теперь вот это вот всё погружало меня в чудовищную апатию. Я даже не мог придумать, что сделаю с Анной, если она выживет. Ключевое слово здесь «если». Как эта дрянь посмела так рисковать нашими детьми?

Телефон снова зазвонил и я поднес трубку к уху.

— Орлов, — я произнёс клановое имя автоматически, не задумываясь, что могли означать только одно — я принял клан Орловых со всеми его тараканами. Тем более, что такой яркойтзвезды, как Васeк, в клане больше, хвала всем богам, нет.

— Эм, — раздался в трубке неуверенный голос тестя. — Костя, это ты?

— Я, — удивляясь про себя такому илиотскому разговору, тем не менее, продолжал разговаривать. Наверное, мне просто это было необходимо.

— Орлов?

— Как будто ещё есть человек, который не знает этой трагичной и одновременно поучительной истории? — я закрыл глаза и прислонил голову к стене. — Ты чего-то хотел?

— Ах, да, я хотел сказать, что моя жена выделила Анне машину и водителя из новеньких…

— Я знаю. Мне только не понятно, как она умудрилась уехать, если я отдал прямой приказ — оставаться дома, и выезжать только со мной?

— В том-то и дело, что ты отдал приказ своим водителям, но не отдавал приказа охране не выпускать Анну за ворота. А ей просто позарез нужно было куда-то съездить без тебя…

— Понятно, наверное, это только она могла вот так извратить мой приказ и найти лазейку. Что она искала? — Резко спросил я.

— Не знаю, — в голосе Стоянова послышалась растерянность. — А она что-то искала?

— Вот только нашла на свою голову Великого князя, который избавил этот мир от своего присутствия, протаранив ту самую машину с новым водителем. Ваш водитель мёртв, машина разбита, а Анна в больнице и я понятия не имею, выживет ли и она и мои сыновья, или нет. Потому что, не обижайся, но, если она выживет, я ей лично башку откручу.