Стать Драконом. Осколки Эдема

Шумилов Павел

— Я не об этом. Мы начинаем играть роль каких–то злых полицейских, которые душат все новое.

— Мы уже двести с лишним лет ее играем. Считай себя воспитателем в детском саду. Раньше попадались тихие, послушные дети, а теперь мы наткнулись на хулигана. Ты же сам проводил социомоделирование. Пока не сможем отдать им всю поверхность планеты, нужно удерживать их на стадии пасторального капитализма. Иначе они такой крутой тоталитаризм построят, что станут опасны для всего человечества. Там, наверху, этого не понимают. Но ты — здесь. Ты видишь. Территориально ограниченный социум, высокий технический уровень и предельно низкий моральный — это же мина с часовым механизмом.

А что те, наверху, сделают, когда Мрак изготовит нуль–т? Наложат в штаны и сбросят на Зону нейтронную бомбу. Чтобы Мрак по нуль–т не послал бомбу им. А виноваты во всем мы. Мы не должны были допускать создания колонии на столь неудачно выбранной планете, но мы допустили. И теперь мы несем за нее полную ответственность. Ноне и присно. Во веки веков. Аминь. — дракон сплюнул.

— Я знаю! Нужно пустить новую технику на святое дело. То, что драконы считают святым, — поправился Тайсон. — Тогда у них лапа не поднимется.

Шел уже пятый час экстренного заседания. Все устали, начали повторяться.

— Ты знаешь, что свято для драконов?

— Экология Зоны! Мы начнем озеленять планету. И под этой вывеской делать свои дела.

— Но это потребует увеличения налогов, — сказал Бугор.

— Какие, к черту, налоги, когда речь идет о выживании! — возмутился Мрак.

— Так им и скажи: «Речь идет о вашем выживании. Я вас до этого довел!»

Мрак увял.

— А ведь может получиться. В Тауне все зачитываются нашими приключениями. — Конан возбужденно протер очки. — Мне самому читать интересно! Тираж газеты увеличился вдвое. Если мы сейчас организуем рекламную кампанию, за нами пойдут! Многие мечтают о приключениях. Мы дадим их. Экспедиции на край света, прилипчивые лозунги, работа на свежем воздухе, цель которой ясна и благородна, а результат виден. Всеобщее признание и уважение. Вахтовый метод, чтоб люди не чувствовали себя покинутыми.

— А в чем, собственно, будет заключаться работа? — спросил Бугор.

— Будем создавать оазисы в пустыне. Вроде того, что мы с Конаном сделали. Разумеется, побольше и подальше. Берем землю там, где она в избытке, и везем в пустыню.

— А как организуем вахтовый метод? Мы по реке полмесяца добирались!

— По воздуху! На дирижабле! У нас будет флот дирижаблей. Драконы устанут следить, какой куда летит.

— Ха, — сказал Мрак. — Ха–ха. У драконов крыша поедет.

Мрак вернулся из Тауна поздно, сорвал мокрый плащ. Сезон дождей начался с опозданием, но с мощного ливня вместо моросящего дождика. Мрак стащил сапоги, защемляя подошву между порогом и дверью, сунул ноги в тапочки и хотел тихонько пройти в свою комнату. Дверь в кабинет Бугра была приоткрыта, там горел свет, раздавались голоса. Мрак остановился, прислушался.

— … что он, что драконы — в одну силу. Простому человеку их не понять.

— Ты неправ, Тайсон. — Это голос Конана. — Он как раз похож на драконов тем, что у него есть сверхзадача. Как у драконов. Мы живем просто так, а он решает сверхзадачу. Для нас эта экспедиция была интересным приключением, а для него — целью жизни.

— Фанатик?

— Нет, Бугор, — это опять Тайсон. — К нему нельзя подходить с этим термином. Он умеет отступать. Вот как в экспедиции. Нужно очень тонко чувствовать ситуацию, чтобы отличить момент, когда надо рисковать от момента, когда риск превращается в самоубийство. Перед пустыней он отступил. А когда в каньоне смыло с плота лошадь, он бросился за ней в воду, потому что от лошади зависела судьба экспедиции. Сначала я подумал, что ему стало жалко животное, но на обратном пути он без всякого сожаления бросил всех лошадей.

— С этой

лошадью еще далеко не все ясно, — вмешался Конан. — Я читал, ни одна лошадь не может плыть больше часа. А он вылез из воды через четыре часа. А почему его все драконы знают? А почему девочки каждый день в его домик бегают, а потом молчат, как рыбы? У меня бредовая гипотеза. Мрак — кибер драконов! А что? Человеческих чувств не испытывает, никого не любит, не жалеет, ничего не боится, не устает, никогда не ошибается, только если по незнанию, любую мелочь сразу замечает и в свои планы включает. А вы видели, как он из двух пистолетов стреляет? А как речку переходил? Там течение, воды по пояс, камни скользкие под ногами шатаются. Мы с Тайсоном раз пять падали. А он — как по ровной дороге шел. Нет, у него компьютер вместо мозгов.

— Ты говорил о сверхзадаче? Так что у него за сверхзадача?

— Это же ясно! — ответил Тайсон. — Уйти с Зоны. Он каждый день во сне бормочет.

— Каким образом?

— Хочет клонировать драконов и переписать в них нас.

— Я — дракон… Забавно. Это реально?

— Мрак думает, что реально. У него даже знакомая дракониха есть, которая питает к нему теплые чувства. Готова родить ему ребеночка. Минотаврика. Голова дракона, хвостик в чешуйках, остальное как у людей… Помнишь, Конан, он на плоту ее морду из сучка вырезал.

Мрак мысленно выругался и пошел спать.

— Я на самом деле разговариваю во сне? — спросил он у Катрин. Стянул через голову промокший свитер и бросил в кресло. Рубашка тоже промокла и прилипала к телу.

— Только когда очень устанешь.

— Значит, часто.

— Ты слишком много работаешь.

— Сезон дождей не вечно длиться будет.

— Зачем обязательно лететь в сезон дождей? Нам же одного пасмурного дня хватит.

— Ты права. — Мрак устало помотал головой. — А Конан еще говорит, что я никогда не ошибаюсь. Губошлеп.

В первый полет отправлялись шесть человек. Мрак, Тайсон, Конан, два механика с завода и корреспондент газеты «Новости Тауна». Дирижабль вывели из ангара, и пока Бугор толкал речь да позировал на фоне дирижабля перед фотографом, наружная оболочка намокла под дождем, гондола легла на грунт. Наконец, торжественная часть кончилась. Тайсон первый подошел к люку, отдал честь и прошел внутрь. Конан изображал капитана. Затянул под подбородком ремешок шлема, козырнул Бугру, отрапортовал о готовности. В широкой черной кожаной куртке и белом пластмассовом шлеме он выглядел достаточно авторитетно. Защелкали затворы фотоаппаратов. Конан поднялся на борт, прошел в нос гондолы, занял кресло командира. Механики закрыли люк.

— Швартовочной команде приготовиться, — скомандовал Мрак, открыв один из иллюминаторов. Конан пустил газ в первый и четвертый баллоны, кабина заплясала над самой землей. Конан добавил газа во второй и третий баллоны. Канаты, удерживающие дирижабль, натянулись.

— Отдать концы.

— Отдать концы! — громко прокричал Мрак в иллюминатор. Пол под ногами качнулся и земля ушла вниз. Гондола сильно накренилась в сторону кормы. Что–то покатилось с грохотом, раздался удар, вопль, звон разбитого стекла и отборная брань одного из механиков. За иллюминатором грянул оркестр. Конан добавил газа в четвертый баллон. Гондола выровнилась. Мрак плавно потянул на себя регуляторы тока. Запели электродвигатели и все восемь винтов пришли в движение. Мрак описал широкий круг над ангаром и повел дирижабль к центру Тауна. Команда прилипла к иллюминаторам. Корреспондент щелкал затвором фотоаппарата. Для него это был первый полет. Остальные уже поднимались во время коротких испытательных полетов.