Старые долги
Шрифт:
Переведя взгляд покрасневших глаз на циферблат часов, висящих на стене, Дин хмыкнул.
— Надо сделать перерыв, — проворчал хакер, покидая кресло.
Спина далеко не юного мужчина тоже демонстрировала усталость.
Симонс попал в экипаж «Протеуса» в возрасте восьмидесяти девяти лет. А с тех пор прошло уже почти два с половиной века. До старости программисту, конечно, было далеко. Современные представители человеческой расы, спасибо ещё имперским генетикам, живут от семисот до девятисот лет. Другое дело, что маги и тут обходят простецов. Даже самые слабые одаренные
Проблема заключается в том, что порой генетика и магические способности не могут компенсировать образ жизни, ранения и производственные травмы. А у Дина в прошлом хватало… всякого. Да. Айзек уговорил хакера заменить кибер-протезы на настоящие глаза, а потом и удалит нейроимплант, поставив на его место миниатюрную капсулу ментального артефакта. Это избавило программиста от множества рисков и вечной головной боли, вызванной повышенной нагрузкой на нервную систему. Однако, дальше дело не пошло просто потому, что постоянно растущий объем работы банально не оставлял времени на решение личных проблем… Большей частью заключающихся в последствиях многочисленных травм, полученных ещё до знакомства с Айзеком. Да, все они не были смертельными, но с возрастом начали создавать сложности, сказывающиеся на характере и привычках мужчины.
Кларк неоднократно пытался отправить своего друга в отпуск и на лечение, но хакер всегда находил повод остаться на своём месте. Нутро Симонса подсказывало, что это правильно. А своей интуиции мужчина привык доверять. Конечно, в этом вопросе ему было далеко до боевиков «Ордена Империи», что чуяли опасность не хуже зверей, но и тех способностей, что имелись Дину хватало.
Теперь же, когда Айзек находится в лабиринте, добиваясь наивысшего титула среди магов человеческой расы, Симонс нервничал. Не за своего друга. В силе и знаниях Кларка мужчина был уверен. Нет.
Хакер старался успеть. Он чувствовал приближение своей смерти. Её ледяное дыхание на своём затылке и тяжелые пальцы, что уже касались спины. Это предчувствие и заставляло его выкладываться на работе, выжимая себя без остатка.
Нет, можно, конечно, было бы последовать совету Талтиса, забиться в укромном месте в темную щель и ждать пока угроза пройдет мимо, а сотрудники Вед-Реджа перероют весь департамент, но… Дин не хотел подвести Айзека. Слишком важной была случайно вылезшая информация.
Подойдя к кофе-машине, стоящей на одном из столов в углу кабинета, Симонс хмыкнул. Индикаторы аппарата горели красным.
— Это я столько кофе сожрал… — усмехнулся Дин, покачав головой, — Мда… Не удивительно, что желудок готов поднять мятеж.
Оглядевшись, мужчина нашел взглядом канистру с питьевой водой, как раз приготовленную для заправки в кофе-машину, и телекинезом притянул её к себе. После этого он снял с ёмкости крышку и принялся заливать в резервуар аппарата, наблюдая за показаниями индикатора уровня воды. Когда он стал зеленым, хакер убрал в сторону и закрыл канистру, после чего принялся менять бокс с кофейными картриджами — старый оказался пуст.
— Странно, — пробормотал Дин, — Я же вечером новый ставил… Неужели
Усталый разум программиста, подметив странность, заставил тело мужчины замереть. Прозрачный бокс с картриджами остановился в каких-то миллиметрах от креплений. Хакер же пытался понять что именно не так.
«Только у меня есть доступ в кабинет, — мысленно перебирал Дин варианты, — Ночью я здесь был один. Никто в помещение не заходил… Но бокс был пуст. Я же точно помню, что поднимался из кресла четыре раз…»
Вывод напрашивался сам.
Некто смог незаметно для увлеченного работой программиста попасть в помещение и что-то сделать с аппаратом. Для этого ему пришлось заменить бокс с кофейными картриджами. Но для чего?
Нахмурившись, Симонс аккуратно убрал бокс в сторону и принялся осматривать кофе-машину. С одной стороны, следовало вызвать оперативников СБ, а с другой — если это паранойя… Усталость тоже может сказаться на памяти и логике. Это хакер прекрасно понимал.
Так и не найдя источника возможной угрозы, Дин отошел от кофе-машины и нахмурился. Его интуиция подсказывала, что нужно бежать. Почему-то хакеру казалось, что время утекает, неумолимо приближая смерть. Это чувство заставило Симонса сделать шаг к выходу из помещения, но разум напомнил о важности информации, что хранилась на информационных кристаллах.
— Проклятье! — выдохнул Дин, метнувшись к рабочему месту.
Сорвав крышки информатория, он принялся разблокировать информационные кристаллы и бросать их в свой чемодан. Да, существуют копии, но… Не всего. Самое важное, что было им обнаружено совсем недавно, он не переслал в общую базу данных — опасался утечки. Всё же, департамент давно превратился в крупную организацию, а не миниатюрный коллектив старых друзей. Теперь риск шпионажа был реальностью, с которой следовало считаться. Увы, но ценой секретности и безопасности хранения важных сведений теперь могла стать его жизнь.
Как бы там ни было, но сумев достать все информационные кристаллы, Дин запер свой чемодан и метнулся к выходу из кабинета. Проведя рукой над панелью управления замком, Симонс с удивлением осознал, что она окрасилась алым.
— Суки! — рыкнул хакер, — Я так просто не сдамся.
Опустившись на правое колено, мужчина принялся взламывать структуру замка-артефакта, не забывая поглядывать по сторонам. От чего-то ему казалось, что он уже покойник. Смерть ощущалась отчетливо ярко. Её ледяные тяжелые руки уже лежали на плечах Симонса, быстро отнимая силы.
— Подожди, милая, — усмехнулся мужчина, — Я знаю, что ты хочешь меня забрать. Не спорю — заберешь. Я даже по пути готов тебя не только анекдотами радовать и комплементами, и поцеловать куда захочешь… Только дай мне выйти из комнаты и отдать этот чертов кейс! — перешел на крик программист.
Удивительно, но ледяные руки исчезли с плеч, а тело перестало наливаться тяжестью.
— Спасибо, родная, — улыбнулся Дин.
В этот момент ему удалось добраться до алгоритмов работы замка-артефакта и перестроить их. Спустя несколько секунд дверь перед Симонсом открылась.