Старшая дочь
Шрифт:
– Подождите, – перебила Ольга. – Александр Викторович, а Вы не хотите посмотреть цифры и перспективы мягкой оптимизации? Мы же хотим в итоге получить наиболее верное решение, не так ли?
– Да, если Вам так хочется – готовьте, – холодно и безразлично ответил босс.
В этот момент Ольга почувствовала комок, подступивший к горлу, глаза резко стало сушить, и она поняла, что не может справиться с чувством обиды и унижения, которые она ощущала сейчас очень остро. Чтобы как-то успокоиться и не потерять внешнюю жёсткость и бесстрашие, она молчала всё оставшееся время и быстро вышла из кабинета, как только совещание закончилось.
– Вика, мне необходимо побыть одной и обдумать важные дела, никого ко мне не пускай!
С
«Что с ней происходит последнее время? Никогда так болезненно не реагировала на рабочие вопросы. А теперь что ни день, то искры! Чудеса!» – подумала Виктория.
«Что за глупый, упрямый и недальновидный человек! И это кризис-менеджер? Где Дима его откопал? Что-то с трудом верится в его успешные проекты!»
И слезы обиды и унижения покатились по щекам Ольги. Больше в этот день она не выходила из кабинета. Ольга полностью погрузилась в дела, чтобы пережить эмоции и не поддаться искушению – высказать всё про компетенции Александра ему же…
В то же самое время Александр улыбался, вспоминая совещание и то, как он поставил Ольгу на место. Однако он чувствовал, что его радость неполная по причине того, что Ольга была права. Права в своих рассуждениях про мягкую оптимизацию, и если бы он относился к ней хорошо, то даже бы поддержал.
«Стоп. Я – топ-менеджер. Я не могу себе позволить смешивать личное и бизнес. Как бы я плохо к ней ни относился, но в этом вопросе я с ней согласен! Она не так глупа… Нет. Я принял решение – я её уволю и не буду данное решение менять. Чувствую, что с ней ещё будут проблемы, я не могу этого допустить».
Возвращаясь домой, Александр вспомнил взгляд Ольги, который он поймал на себе сегодня. Она смотрела на него недоумевающее и с разочарованием.
«Странно, – подумал Александр, – почему меня зацепил её взгляд? Мне неважна её оценка, мне всё равно, и да, мне неважна вообще ни чья эмоциональная оценка – мне важен результат. Но я действительно неправильно поступил, разговаривая с ней жёстко. Я же знаю, что её предложение рационально, но позволил себе этого не признавать. Ладно… слишком много внимания её персоне. Необходимо отвлечься и подготовиться – завтра приезжает Марина».
– Привет, братик! – с такими словами залетела в открытую дверь Марина и крепко обняла брата.
– Привет, сестрёнка. Как добралась?
– Нормально. Почему не нашёл работу в Москве? Раздеваясь, говорила Марина. – До тебя теперь так долго добираться!
– Сама знаешь – я разлюбил суету этого города…
– Ладно, не обижайся. Давай пить чай, и ты мне расскажешь, как тут обустроился и как идут твои дела.
За чаем Александр рассказывал про свою новую работу, про проблемы фирмы, а Марина улыбалась, слушая его. Она была рада не только тому, что увидела брата, но и тому, что впервые за долгое время его глаза горели, его голос был громче и живее, чем в их последнюю встречу, которая в силу того, что Марина жила и училась в Италии, была год назад.
За разговорами они провели весь вечер и разошлись поздно ночью, и то только потому, что на следующий день Александру необходимо было идти на работу.
В этот день он решил, что вопреки ситуации в компании необходимо провести скромный новогодний корпоратив для поднятия боевого духа и общего настроения.
– Виктория!
– Да, Александр Викторович! – подскочила Вика.
– Ольга Витальевна у себя?
– Да-да. Проходите.
В это время Ольга подшивала в дела кадровые документы прошедшего года. В её кабинете стоял большой стеллаж с множеством папок. Некоторые папки уже не помещались, поэтому просто лежали наверху стеллажа. Для того чтобы вложить подшитые документы, Ольге необходимо было достать сверху папку. Однако сделать это она могла, только встав на стул. Когда она поднялась,
Сердце Ольги колотилось, и казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она стояла, крепко зажмурив глаза. Дыхание обрывалось не только от страха, но и от ощущения тепла, идущего от человека, спасшего её от неминуемых синяков и ударов тяжёлыми документами и прижимавшего её к себе словно маленького ребёнка, защищая от угрозы. В данный момент времени Ольга чувствовала себя в безопасности – человек прижимал Ольгу к себе, его руки закрывали её спину и голову. Она слышала частое и сильное биение его сердца и ощущала его глубокое и ровное дыхание. Ей казалось, что прошла целая вечность перед тем, как она смогла открыть глаза, – перед собой Ольга увидела Александра, который смотрел на неё строгим взглядом. Вдруг неожиданно для себя и для Ольги Александр заговорил с ней взволнованным голосом. Его речь сбивалась, и было видно, что он испугался не меньше Ольги.
– С Вами всё в порядке? Вы не ударились?
– Н-нет, вроде бы нет…
– Что значит «вроде бы»? Дайте я посмотрю. С этими словами он мягким движением руки отодвинул её рыжие кудрявые волосы, чтобы убедиться, что нет ран на шее.
Каждое его прикосновение Ольга переносила с трудом. Ей казалось, что он проводит ток, так как ощущала мягкие разряды, разливавшиеся по телу ознобом. Чтобы как-то это вынести, Ольга закрыла глаза и шептала: «Всё в порядке, всё в порядке». Громче она не могла говорить, так как голос в этот момент куда-то предательски пропал и никак не хотел возвращаться к своей хозяйке.
– Что Вы там шепчете? – возмутился Александр, осматривая лоб пострадавшей. В это время рыжая прядь волос упала Ольге на лоб и помешала «медицинскому осмотру».
– Что это за волосы у вас, абсолютно не слушаются и живут своей жизнью!
Чтобы справиться с этой прядью, правой рукой Александр прижал копну волос, а левой стал заправлять выбившуюся прядь за ухо Ольги. Она распахнула свои большие зелёные глаза и с недоумением посмотрела на босса, который, заправив кудри, молча и пристально смотрел на неё. Его руки буквально застыли в последнем действии, осязая горячую, бархатную кожу её лица. От прикосновений к Ольге Александр ощущал лёгкую дрожь, которая от пальцев рук проходила по всему телу. Они стояли и смотрели друг другу в глаза, и неизвестно, сколько бы это продлилось, но к реальности его вернул звонящий телефон. Александр быстро одёрнул руки. Его беспокойное выражение лица вновь сменилось на холод и безразличие.
– Травм у Вас нет, – констатировал Александр, немного помолчал, оглянувшись по сторонам, и потом продолжил. – Почему всё это находится у Вас в кабинете?
– Это «не всё это», а архив!
– Вы уже увязли в нём! Не хватало ещё на работе получить травму! Эти папки вместе со стеллажом необходимо убрать!
– Мы вообще-то не искали место. Я занимаюсь кадровой политикой, поэтому исторически сложилось так, что все документы хранятся у меня в кабинете.
– Вы не понимаете, что это уже перебор? Папки не помещаются, навалены друг на друга! Вот, собственно, и результат (он показал в сторону упавших документов). По счастливой случайности я оказался в этот момент у Вас в кабинете. Если бы я не успел вовремя, неизвестно, что могло бы с Вами произойти. Он осёкся и через мгновение продолжил, не смотря на Ольгу, – охрану труда ещё никто не отменял. Если бы Вы получили травму, компании пришлось бы нести дополнительные расходы и предстать перед комиссией по труду.