Старьевщики

Манов Юрий

Так вот, о проблемах. Если местный глава власти светской Звонарев еще давно сказал, что он старьевщиков ждет, не дождется, и плевать ему на всякие циркуляры из райцентра. С прибором он на эти циркуляры положил. И даже премию из своих личных средств учредил для того, кто первым о появлении благодетелей наших сообщит. Потому как он, Звонарев – лицо, выбранное всенародным голосованием, и ответ держать будет только перед народом, его избравшим, то есть перед нами – сосновцами. А раз весь народ старьевщиков ждет и во сне видит, то и он тоже…

В общем, в главе нашем мы были вполне уверены. Но вот с отцом Алексием и участковым Митрохиным дело было сложнее. Они – люди к нам назначенные, а значит, подневольные. Над отцом Алексием – епархия,

у Митрохина в райцентре начальства целое РОВД. И вот в это самое РОВД его уже три раза вызывали на экстренные совещания, где участковому милицейскому составу доходчиво объяснялось, что и как надо делать в случае появления «так называемых «болотных опухолей» и так называемых «старьевщиков». А именно: «при появлении данных объектов сообщить немедленно в район, огородить указанную площадь и не допускать проникновения внутрь огорождения посторонних вплоть до прибытия компетентных органов». В случае невыполнения данного предписания участковым милиционерам гарантировались жуткие дисциплинарные кары, из которых грубое мужеложство в извращенных формах и увольнение из органов без права восстановления были самыми мягкими. После таких совещаний Митрохин возвращался из райцентра на своем «Урале» злой, как собака. И неделю еще ходил хмурый, как февраль, забывая здороваться с сельчанами. Так что оставалось загадкой, как поведет себя участковый, появись вблизи Сосновки долгожданные старьевщики? Ужель пойдет супротив народа и позвонит в райцентр? Тогда, считай, дело – дрянь, не видать тогда счастья своего сосновцам! Понаедут дяди в мундирах и в штатском, понаставят оцеплений, и хрен ты к старьевщикам прорвешься. Хотя, конечно, кто-кто, а сосновцы прорвутся. Не те времена, чтобы простой народ законного счастья лишать. Однако нервы могут потрепать…

Что касается нашего конкретного батюшки, то вообще-то против старьевщиков наш приходской священник отец Алексий никогда особо не высказывался. На вопросы паствы отвечал уклончиво, мол, в священном писании про это дело ничего не сказано, а потому и он сказать ничего определенного не может. Надо ждать патриархова решения, от Бога ли сие явление, али от лукавого… Слов нет, отец Алексий хоть и молод, но мудр не по годам. Даром что до семинарии три года на философском в универе проучился. Хипповал, даже ростоманничал, пока к вере не приобщился. И такой его подход к проблеме всех очень даже устраивал, но тут недавно по первому каналу митрополит заявил, что по здравому рассуждению старьевщики, если они и в самом деле есть, на ангелов не похожи, опять же, не с небес, но из чрева земли появляются и златом расплачиваются. А в чреве сами знаете что – ад кромешный… И зачитал в финале что-то из Апокалипсиса. Так что теперь отцу Алексию делать? Объявлять старьевщиков исчадиями сатаны и обещать анафему тем, кто к ним старье потащит? Вон, в Гороховке местный поп так и поступил, кого-то даже от церкви сгоряча отлучил. Да только не послушались его, даже побили легонько. Но то Гороховка – непутевое там население проживает, сильно пьющее, а у нас в Сосновке народ все больше порядочный, и к Богу отношение трепетное. Даром что предки такую церкву отгрохали, а мы сохранили! И слова отца Алексия слушают, посты соблюдают. Мы тут как-то с Крокодилычем разговорились по поводу старьевщиков, так тот прямо и заявил, что ежели старьевщики и появятся, то пойдет он к ним только с батюшки благословления. Потому как материальные блага, конечно, не лишние, но душа бессмертная куда дороже. Интересно, душа бессмертная у Крокодилыча всегда имелась, или с тех пор, как он партбилет сжег?

6

Первая проблема решилась как-то неожиданно быстро и легко. Я как раз уже отсортировал из толпы младших школьников, согнал их в кучку к памятнику Калинову и наказал «быть на глазах». Кто-то из малышни попробовал возмутиться, но я сделал злое лицо и строго объяснил, что время еще школьное, а значит, за них обалдуев, если случись что, нам – учителям отвечать. Взрослые сельчане мою воспитательную тираду встретили одобрительно, кто-то даже предложил разогнать детей по домам, когда послышался треск мотоцикла, и из-за клуба со стороны улицы Новой выкатился желто-синий «Урал» с восседающим на

нем Митрохиным. Участковый аккуратно припарковался у управы, снял белый шлем со старой кокардой (еще с гербом СССР), бросил его в коляску, туда же отправил краги с широкими раструбами, вытер лысину большим белым платком. После чего поднялся на крыльцо, степенно поздоровался за руку со Звонаревым и так глянул на еще стоявшего рядом с главой Лимона, что тот мгновенно стал меньше ростом, быстро с крыльца соскочил и растворился среди сельчан. Снова протерев лысину платком, Митрохин окинул взглядом собравшихся и в воцарившейся тишине сказал:

– Уважаемые граждане, очень хорошо понимаю ваши чувства. Но сообщить в райцентр должОн. Обязан, понимаете? Где, товарищ Звонарев, у тебя телефон?

Глава закивал головой и предложил участковому пройти внутрь управы. Некоторые бабы заохали.

– Как же, позвонит он, разбежался, – услышал я у себя за спиной. Обернулся. Митька Крылов, наш прошлогодний выпускник, а нынче – лучший тракторист на всю округу и байкер-самоучка тер свои мотоциклетные очки и криво ухмылялся.

– Теперь уже никто и никуда не позвонит! – добавил он совершено авторитетно, водружая очки на лоб, после чего вытащил из-за пазухи большие кусачки и выразительно ими щелкнул. И правда, через пару минут участковый вместе со Звонаревым вышли на крыльцо и почти одновременно развели руками.

– Нету связи! – огорченно заявил глава нашей администрации. – Не иначе, как провод где оборвался, или вообще столб телефонный упал. Эх, когда ж у нас вышку поставят, как же плохо без мобильника! Как же теперь до центра дозвониться? Ведь сообщить надо. Эх, хоть бы один действующий мобильничек…

Прав был глава, связи Сосновке явно не хватало. Мобильники не брали, разве что в хорошую погоду и если забраться на водокачку. Но она у нас недостроенная, а потому опасная. А телефонный провод, что соединял нас с райцентром, был крайне ненадежен, как ветер сильный или снегопад – рвался. Но насчет невозможности связаться с райцентром Звонарев явно лукавил. Все знали, что дома у него радиотелефон «СИНАО» с базой и здоровенной антенной. Хоть в район, хоть в Москву звони. Так то – дома! Частная, так сказать, собственность. А тут казенная необходимость. Видимо, и Митрохин это довольно ясно понимал:

– Со связью оно такое бывает по погодным причинам. Ладно, потом позвоню, когда обрыв ликвидируют и связь восстановится, – не стал спорить участковый и тут же сокрушенно добавил, – и дорогу у Горок напрочь развезло, как мне теперь до райцентра добираться, чтобы доложить? Эка незадача! И еще, граждане, решительно вам сообщаю, что к объекту «болотная опухоль» на Калиновом болоте подходить строжайше запрещается! Строжайше! Поняли?!

Все присутствующие на площади, как по команде закивали головами. И я закивал. Конечно, поняли! Чего ж тут не понять?

– Ладно, бывайте пока, а я на Рыжий хутор, – сказал участковый, зачем-то нюхая неизвестно откуда взявшуюся у него в руке хлебную корку, – там, говорят, опять шалят, у фермеров склад взломали…

– Езжай, езжай, кормилец, – чуть ли не всхлипнула бабка Спиридониха, – махая вслед участковому белым платочком. – Бог тебе в помощь, хороший человек!

Дождавшись, когда треск мотоцикла стихнет вдали, все присутствующие на площади, как по команде глянули на Звонарева.

– Посмотреть надо, удостоверится, но без баловства, – сказал глава и, спустившись с крыльца, направился к своему «Хантеру». Едва раскрашенный разводами руссоджип Звонарева тронулся, вся толпа, собравшаяся у управы, как по команде развернулась и двинулась к околице, откуда до тропы на Калиново болото было рукой подать. Я чуть приотстал, размышляя, что делать с малышней. По уму их следовало разогнать по домам, не детское это дело – по болотам шататься. Но болотная опухоль… Сколько я про ее слышал, сколько прочел, как мечтал хотя бы одним глазком на нее глянуть, и вот одна совсем рядом…