Стань единственной

Вольф Элен

Когда-то здесь был кабинет отца, но все изменилось, когда сыну пришло время занять кресло главы корпорации. При желании он мог бы жить на работе, не спускаясь с верхнего этажа. Кабинет, личная ванная, гардеробная, небольшая кухня и даже тренажерный зал — этого было вполне достаточно. Единственным неудобством могло стать отсутствие кровати для сна и секса, но Дэвид бы вполне обошелся диваном. Да, он мог бы жить здесь, если бы его не устраивала собственная квартира, которой он обзавелся после смерти отца три года назад. Слишком сложно было находиться в доме детства, когда его не стало. Дэвид бы все отдал, лишь бы вернуть его: «Сандерс Корпорейшн», деньги, недвижимость. Лишь бы еще раз увидеть и сказать, что

любит, что просит прощения за все, что скучает.

Он всегда мечтал быть похожим на него, соответствовать его уровню, и казалось, что почти справился. Холдинг отца процветал, хотя никто не понимал, как трудно было в начале ему, двадцати двухлетнему выпускнику Гарварда, не знающему с чего начать. Но он взял себя в руки и доказал, что достоин быть приемником Брэда Сандерса, которому в свое время тоже пришлось взять бразды правления в юном возрасте.

«Ты бы гордился мной, папа», — подумал Дэвид, закрыв глаза.

Нахлынувшие воспоминания заставили поморщиться и попытаться отвлечься. Он потер переносицу и постарался не думать о смерти отца. Аманда уже должна была выйти, обычно она не пропадала долго в ванной комнате. Дэвид уже не злился на нее, настраиваясь на долгий приятный вечер. Мысль о том, что дома ждет чистая непорочная Лиззи, была совсем некстати, поэтому он отогнал ее, опрокинув очередную порцию виски.

Аманда, наконец, появилась, в очередной раз блеснув умением быстро приводить себя в порядок. Свежий макияж на лице, черные волосы гладко зачесаны назад, и ни одной лишней складочки на шелковой блузке персикового цвета. Темная юбка идеально обтягивала бедра и заканчивалась чуть выше колен. Он уже знал, что под ней скрываются ажурные резинки чулок, которые так его возбуждали, и полное отсутствие трусиков, что тоже вполне устраивало. Всем своим видом она излучала холодную враждебность, но его это ни капли не смущало. Губ коснулась едва заметная улыбка, и недавняя грусть развеялась, как дым.

Дэвид остановил свою помощницу в пяти шагах от кресла, в котором сидел.

— Стой.

Аманда остановилась, окинув его ничего не выражающим взглядом.

— Ну, — с долей ехидства протянул он, — и куда же ты собралась?

Она демонстративно посмотрела на изящные золотые часики на тонком запястье и спокойно произнесла:

— Мой рабочий день закончился, поэтому я иду домой.

— Твой рабочий день определяю я, поэтому, будь так добра, позвони Джону и скажи, что задержишься.

— Нет!

Дэвид удобнее развалился в кресле и как бы невзначай провел рукой по эрекции, вновь проснувшейся в брюках. Проследив за его движением, она закусила нижнюю губу, чем выдала себя с головой, и он еле сдержал смешок.

— Уверена? — спросил он, лаская ее взглядом. — Я ведь еще не закончил. Да и ты тоже, насколько я помню.

— Ты мудак, Дэвид… Что я должна сделать?

Браво! Ему всегда нравилось, что она не из тех, кто играет в игры. Если у них секс по обоюдному согласию без всяких обязательств, к чему устраивать из этого драму?

— Разденься.

Аманда сделала шаг в его сторону, но Дэвид поднял руку, останавливая ее.

— Нет, стой, где стоишь.

Она все поняла. Изящные пальцы медленно коснулись ворота блузки и начали расстегивать ряд мелких пуговиц. Все это время девушка не отрывала от него взгляда, и он удовлетворенно вздохнул, когда блуза упала на пол, больше не скрывая высокую грудь, облаченную в розовое кружево.

— Продолжай, — прохрипел Дэвид.

Она не заставила себя ждать, отвела руки назад и сняла бюстгальтер. Ее соски были почти такого же цвета, как и блузка, образующая шелковую лужицу на ковре, — нежно-розовые с персиковым оттенком. Когда наступила очередь юбки, и он увидел абсолютно гладкую кожу без единого волоска там, где сходились ее бедра,

член дернулся в штанах, но Дэвид не разделял его прыти, не хотел спешить.

— Теперь звони.

Аманда нахмурила брови, но все равно подошла к столу, плавно покачивая бедрами и впиваясь шпильками в ворс ковра. Эффектно нагнувшись, она сняла трубку и набрала номер.

Дэвид неслышно подошел сзади и присел на корточки. Его рука поползла по ноге вверх, а губы коснулись чувствительного участка кожи прямо над ажурной границей чулка. Она сдавленно охнула, поняв, какую игру они затеяли.

— Джон? Привет, это я. Как дела дома?

Резинка медленно поползла вниз по ноге, сопровождаемая его руками и влажным языком.

— Все в порядке…

Он начал спускать второй чулок, нежно касаясь гладкой кожи губами.

— Я звоню сказать, что задержусь сегодня.

Дэвид приподнял сначала одну ногу, чтобы стянуть с нее туфли, затем вторую, потом до конца снял чулки, пока она слушала, что говорит ей муж.

— Нет, ничего страшного, просто очень много работы.

Ее дыхание стало тяжелым и прерывистым, и это нравилось ему. Он встал и начал поглаживать ее бедра, одновременно покусывая шею прямо возле телефонной трубки. Аманда слегка дернула головой, пытаясь отстраниться, но Дэвид скользнул рукой между ее ног, и она замерла.

— Да, поста... — голос сорвался, когда его палец вошел в нее, — постараюсь вернуться пораньше.

Горячая и мокрая. Для него. Влажный палец выскользнул из нее и прикоснулся к клитору в тот момент, когда она сказала: «Пока», — поэтому прощание прозвучало неожиданно резко. Когда девушка бросила трубку, оборвав Джона на полуслове, Дэвид взял ее за руку и потянул к дивану.

Она была абсолютно голой, а он полностью одет, но раздевание пока не входило в его планы, несмотря на то что член грозил порвать дорогую ткань брюк от Армани. Когда Аманда села на диван, он пристроился на полу возле нее и так резко и широко раздвинул ей ноги, что она охнула, откинувшись на спинку. Он не был нежным, когда впился ртом в ее плоть, но, тем не менее, она сразу же кончила, содрогаясь в молчаливом оргазме. Ее тяжелое дыхание сопровождалось вульгарными звуками того пиршества, которое он себе устроил, до тех пор, пока она снова не выгнула спину и не вцепилась ногтями в дорогую кожаную обивку. Только после этого Дэвид встал и начал расстегивать ремень, глядя в затуманенные темно-карие глаза. Ей не нужно было ничего объяснять. Когда его член, наконец, вырвался на свободу, Аманда обхватила его рукой и медленно втянула в рот. Он обожал, когда она так делала… Прикосновения мягких губ, влажность рта и движения языка сделали свое дело, и Дэвид, не в силах сдерживаться, запустил пальцы ей в волосы и быстро задвигал бедрами, погружаясь все глубже, перекрывая кислород, но ему было все равно. Через минуту все было кончено, и он рухнул на диван рядом с ней.

— Ты как всегда на высоте, детка.

— Ты тоже, — прохрипела Аманда.

— Хочешь выпить? — вяло спросил он.

— Да, пожалуй.

— Мне виски. Ты знаешь, где бар.

— Сукин сын! — Она шлепнула его по руке и встала. — Я тебя ненавижу.

Дэвид рассмеялся. Она назвала его сукиным сыном, и он был вполне согласен. Его мать настоящая сука.

Глава 2

Элизабет Кросс свернулась калачиком на черном диване в квартире Дэвида и медленно погружалась в сон. Свечи давно погасли, и лишь плазменный телевизор на стене, беззвучно сменяя картинки одну за другой, освещал пространство в комнате. Ей не хотелось включать свет, она чувствовала себя уютнее в полумраке, скрывающем роскошь и элегантность обстановки огромного пентхауса. Ожидание затянулось, давно превратившись в вечность.