Стань единственной
Шрифт:
Какое-то время они просто пили.
Друг заговорил только после третьей порции виски. Том чуть не выплюнул свою текилу, услышав это.
— Я женюсь.
— Прости, приятель, — сказал он, отдышавшись. — Но ты не выглядишь счастливым женихом.
— Я люблю ее. Она лучшее, что у меня есть, — процедил Дэвид, с ненавистью глядя в свой бокал.
— Кто она? Элизабет Кросс, я полагаю?
— Да. И это большая проблема.
— Да ну? И какая же?
Его босс залпом проглотил содержимое своего бокала и произнес:
— Позавчера утром я напугал ее.
***
Пока
— Когда им было по семнадцать, они сбежали. Жили с каким-то наркоманом, работали в баре. В восемнадцать получили наследство от бабки и, наконец-то, стали жить, как нормальные люди.
— Надо найти этого ублюдка, — мрачно сказал Том. — И оторвать ему яйца!
— Я бы тоже этого хотел, Томми, но он сдох год назад. Сгорел вместе со своим гребаным ранчо.
— Туда ему и дорога, — Грей кивнул и опрокинул очередную порцию текилы.
Дэвид был согласен с ним. Отчасти. На самом деле он хотел вернуть гада с того света, чтобы самолично снова его туда отправить еще раз. Уж он бы постарался, чтобы дорожка в ад не показалась Палмеру легкой.
— Так в чем проблема? — спросил Том. — Женись на ней, подари ей звезду с неба, построй для нее розовый замок, или что там женщины еще любят. Какая нахер разница, что было в ее прошлом? Если хочешь знать, я чувствую себя последним ублюдком за то, что считал ее актрисой, изображающей тихую скромницу.
Дэвид окинул его холодным взглядом, и Том поднял руки в примирительном жесте.
— Прости, просто этот образ тихой скромной девочки как-то не вяжется с ее мотоциклом и все такое.
Он горько усмехнулся. Вот они и подошли к главной проблеме.
— Ты поймешь, почему так, когда я скажу тебе, в чем заключается главная проблема.
— И?
— Она дочь Стюарта. Дэниела Стюарта, мать его!
— Ты шутишь?
— По мне видно, что я шучу?
Дэвид залпом опрокинул следующую порцию виски и выжидательно посмотрел на заместителя. Томми был его другом, наставником, старшим братом. Он хотел знать его мнение.
— Значит, любовь к железным коням у нее от папочки, — задумчиво протянул его зам. — Ясно. Когда ты узнал?
— Только что от Купера. Он расширил ее досье и докопался до истины. Кросс — девичья фамилия ее бабки. Бл..дь, она мыла полы в грязных туалетах, пока ее сестра крутилась у шеста, ты можешь в это поверить? — Он закрыл лицо ладонью, почувствовав, как глаза вновь застилают слезы ярости. — Ненавижу их! Ненавижу их всех! Стюарта, мою мамашу, Палмера, всех, кто заставлял ее страдать!
— Ты любишь ее, — просто сказал Том. — Так женись на ней и забудь об этом дерьме.
— Ты бы видел ее, Томми! Она вся тряслась! — Дэвид запустил пальцы в волосы и закрыл глаза. — Ты прав, я люблю ее. Я не могу бросить ее из-за этого дерьма с ее настоящим отцом. Как я могу? Она же совсем одна.
— Одна? А как же ее сестра? Саманта?
— Ха! Она взяла свою долю бабла и смылась. Видите ли, ей хотелось начать новую жизнь без
Грей удивленно присвистнул и покачал головой.
— Хреново, — сказал он.
— Всю свою жизнь она страдала, а я не могу даже отомстить за нее. Ублюдки мертвы! Все! Меня это бесит!
Его зам поднял стопку с текилой и молча отсалютовал ей. Они выпили. Дэвид почувствовал, как нервное напряжение потихоньку отпускает его, потому что решил, что ему наплевать на Стюарта. Томми с ним согласен, оставалось только уладить вопрос с Амандой. Он собирался сделать это завтра.
***
На следующий день Аманда нервничала. Вчера ей не удалось поговорить с Дэвидом, создавалось впечатление, что у него и без того много проблем. Все утро он был зол как черт, потом несколько часов провел с Греем, а когда Грей вывалился из кабинета в стельку пьяный, просто закрылся внутри и не выходил до вечера. Она не рискнула подойти к нему, когда он в таком состоянии. Сегодня все изменилось. Дэвид был спокоен, а выглядел просто потрясающе, как будто светился изнутри.
Когда Аманда принесла ему документы на подпись, он мило улыбнулся ей. Решив, что момент подходящий, она набралась храбрости, пока ручка в его руке порхала над бумагами, и спросила:
— Дэвид, ты не мог бы уделить мне время? Есть разговор.
— Хорошо. Сегодня за ланчем, — сказал он спокойным тоном, не поднимая глаз от документа, который изучал.
Она даже не поверила, что все произошло так просто. Без всяких «зачем» и «почему».
Как в тумане она наблюдала, как он что-то зачеркивает, подчеркивает, приписывает сбоку, потом взяла у него стопку документов и вышла. До перерыва на ланч оставался еще час, нужно было занять себя работой до этого времени.
Наконец, когда часы показывали без десяти час, он вызвал ее к себе.
— Я бы хотел поговорить с тобой здесь, если ты не против, не могла бы ты принести свой обед сюда?
— Да, — она сглотнула. — Вам что-нибудь принести?
— Сэндвич с тунцом и диетическую колу.
Она приготовила ему сэндвич на мини-кухне и достала колу из холодильника, затем спустилась в офисный кафетерий и взяла себе салат из овощей. Дэвид никогда не обедал с сотрудниками, он ел в кабинете или с Томом в ресторане неподалеку, но ее всегда пропускали без очереди, как секретаршу босса. Она пользовалась этой привилегией без зазрения совести. Вернувшись наверх, девушка налила колу в высокий бокал со льдом, взяла поднос и, водрузив на него ланч, вошла в кабинет.
Он ел молча, с аппетитом поглощая свой сэндвич и запивая его холодной колой, пока Аманда заворожено следила за ним.
«Господи, этот мужчина даже ест сексуально, — думала она. — Его блондиночке повезет, если она сумеет привязать его к себе насовсем».
— Ты хотела что-то сказать, — напомнил Дэвид. — Если это касается пятницы и воплей Джона, то, пожалуйста, избавь меня от подробностей. Меня это не интересует.
— Нет, это не насчет пятницы, но... Это касается Джона, — она задумчиво ковырялась в салате.