Стальной Аид
Шрифт:
— Да, — неохотно проронил я.
— Знаешь, почему все стало так?
— Была Катастрофа.
— И что же это за Катастрофа такая? А, мясо?
Конечно же я знаю, что это за катастрофа. Это… это… я пытался вспомнить. В образовательных программах вроде так много рассказывали про катастрофу. Много — и ничего конкретного. Это открытие ошарашило меня. Я и правда не знал, что за катастрофа положила начало миру, который был мне знаком.
— Молчишь, — скрипучим голосом прокомментировал Дедал, — Но я скажу тебе. Эта катастрофа — вы. Это от вас надо избавиться, чтобы все встало на свои места. И Шерман знал… Здесь мы закончили с
Последнее слово прогремело, сотрясая стены моей жалкой камеры. Кажется, голос Дедала прокатился по всей станции. Я прислонился спиной к пыльной шершавой стене. Рассказать ему, чтобы какая-то сумасшедшая машина разрушила мой дом, каким бы уродливым он ни был? Ну уж нет. Если кто-то имеет право уничтожить Аид, то только я.
Я сжал зубы.
— Не твое дело.
Несколько мгновений Дедал хранил молчание.
— Тогда поговорим по-плохому.
Я ожидал, что он скажет дальше, но вместо этого в каморке вспыхнул яркий свет, ослепивший меня. Когда я, наконец, смог открыть глаза, то увидел отвратительную запыленную и грязную конуру, а посреди нее — одного из моих прежних попутчиков. Во всем этом было нечто жуткое. Он стоял здесь все время?
На плечо мне опустилась тяжелая ладонь.
— Привет, Саймон, — на лице его, как всегда, играла добрая улыбка, — мне сказали, тебя надо подлечить.
Жесткие ледяные пальцы впились внутрь моего плеча, подцепляя за ключицу. Резкая, острая боль прошила плечо.
— Извини, парень, это для твоего же блага…
Глава 14
Острая боль словно током пронзила руку от плеча до локтя. Мой прежний попутчик перехватил кисть моей руки и с хрустом выкрутил пальцы. Не знаю, что такого он сделал, но еще никогда в жизни я не испытывал такой боли — мучительная судорога сковала всю руку. Я думал, что заору во все горло, но какое-то злое упрямство заставило меня до скрипа стиснуть зубы. Я даже удивился той злости, которая вдруг вскипела во мне. Что я мог сделать против своего мучителя? Ничего — он был намного сильнее меня, черт, да он даже не был человеком! Словно уж, я извернулся, стараясь выкрутиться из стальной хватки противника. Все мои мысли заволокло каким-то маревом — все, что я делал, я делал совсем не думая, инстинктивно. Я с хрустом рванулся прочь, извернулся, все еще не в силах выпутаться, каким-то чудом умудрился зацепить сребристую дужку над его ухом и рванул ее в сторону. За тонким куском металла потянулись какие-то тонкие светлые нити, серебристые проволочки, проводки…
На мгновение мой противник застыл, глядя на свою руку, выкрутившую мою кисть под неестественным углом, а затем с грохотом повалился на пол. В первое мгновение мне показалось, что он «выключился», но вместо этого он упал на колени и прижался лбом к полу. Как будто бы я был каким-то древним царьком, а он поклонялся мне. Я сделал шаг назад. С поврежденной кисти на пол капнула кровь.
— НЕТ! НЕТНЕТНЕТ! ПЛОХОЕ ЗЛОЕ МЯСО УБИВАЕТ МОИХ СЫНОВЕЙ!!! — оглушительный вопль Дедала заполнил маленькую каморку и выплеснулся за ее пределы в коридоры станции.
— Прости, господин! — проскрежетал мой враг, но я едва услышал его за воплями Дедала.
Я не успел проронить ни звука, как он молниеносным движением ухватил себя за голову и с громким скрежетом и хрустом провернул ее вокруг своей оси. Сквозь ткань комбинезона
— Тебе конец, мясо…
Мне уже было плевать, что он там болтает. Я метнулся к двери, прижался к стене рядом с ней, и тут же в комнатенку ввалился следующий враг. Не давая ему времени повернуться ко мне, я метнулся вперед, целясь в серебристую дужку, но обитатель станции в последнюю секунду перехватил мою руку. Рывок, я неловко царапнул его по щеке другой рукой снизу вверх, зацепился, рванул…
Дедал снова оглушительно заорал какую-то жутковатую бессмыслицу, но я уже не слушал его.
— Стоять! — рявкнул я, стараясь перекричать ИИ. Обитатель станции, явно уже собравшийся повалиться на колени, как и его товарищ, дернулся и вытянулся по стойке смирно. Прекрасно, значит, без этого серебристого дерьма они слушаются меня! Я сжал в руке прохладный серебристый кусочек металла.
— Помоги мне выбраться, срочно!
Следом за своим новым помощником я вывалился из проклятой комнатушки в длинный и темный, словно закопченный, коридор, помчался, не разбирая дороги, едва успевая за ним. Топот за моей спиной раздался почти сразу.
— Они догоняют!
Поворот — и мой помощник остановился как вкопанный, так, что я едва не врезался в него. Коротко он показал мне на нишу в стене слева, которую я не заметил в почти полной темноте, и спрятался в нее следом за мной. В то же мгновение из-за угла следом за нами одним прыжком выскочил очередной обитатель станции, и тут же его сбил с ног неожиданный удар моего помощника.
— Только дай мне дотянуться… — мой крик потонул в невозможном грохоте — дерущиеся со всей силы впечатались в стену, порушив что-то типа металлического стеллажа. Мой помощник обхватил голову похожего на него как брат-близнец врага.
— Подожди!
Но было уже поздно. Тело нашего преследователя со свернутой на бок головой повалилось на пол с громким стуком.
— Зачем… зачем ты его убил? Мне нужно было только дотянуться до его головы…
— Прости, господин! Пойдем, господин, нам нужно спешить! — чуть заметно кланяясь, мой помощник указал рукой куда-то в темноту коридора, и мы снова побежали. Два убитых жителя станции вызывали у меня странное, скребущее чувство. Почему? Они же не люди! Просто какие-то замысловатые машины, которые сломались. Наконец, мы нырнули в какой-то люк, пролезли вниз и мой помощник захлопнул и закрутил на вентиль тяжелую металлическую дверь.
— Это старый отсек, господин! Им понадобится много времени, чтобы пройти сюда.
Я едва открыл рот, чтобы что-то сказать, как он повалился на пол на колени и прижался лбом к полу. Да что не так с этой гребаной станцией?! Что за дерьмо здесь творится и творилось?
— Прости, господин, ты был недоволен мной.
Я вздохнул. Какому идиоту пришло в голову сделать машины настолько похожими на людей? Зачем? Все на этой станции были настолько напрочь сумасшедшими, что я начал чувствовать что и у меня скоро съедет крыша.