Стальная Нелл
Шрифт:
Его завербовали в Гонконге. Там он подрабатывал тренером в спортзале, уехав из Китая после смерти Мэй Линь. Невысокий чернявый парень хрупкого телосложения ходил на тренировки в течение недели. Тому было жаль неумелого малыша, и он добросовестно обучал его приемам самообороны.
Через неделю занятий парень исчез, а к Тому в кафе подсел кряжистый, хмурый и небритый мужик с татуированными руками и короткой шеей профессионального борца. Он в нескольких словах обрисовал грядущее мероприятие, а потом назвал такую сумму вознаграждения, что Том почти
На небольшой базе в Тихом океане, куда их всех доставил маленький спортивный самолет, Том встретил чернявого малыша. Его звали Марко Гонсалес, и в течение десяти дней он учил Тома и остальных новобранцев убивать людей одним ударом пальца, ладони, кулака, ножа, приклада — что есть под рукой. Том немножко чувствовал себя дураком, немножко гордился собой, немножко побаивался, предчувствуя недоброе.
Их привезли на самую обычную войну. Вся и разница, что в газетах об этой войне не писали и официально ее никто никому не объявлял. Том очень быстро понял, что это не для него. Совершенно.
Но контракт был подписан, маленькая война шла своим чередом, и волей-неволей Том Хэккет учился — если и не убивать, то выживать.
Солдатом удачи он был полгода, потом еще три месяца бегал по всему миру, потому что боялся, что его не отпустят. Только встретив два года спустя малыша Гонсалеса в Гамбурге и поговорив с ним, Том успокоился.
Не гони волну, сказал малыш. Мы же не спецаки, не зеленые береты. Обычная наемная работа, только и всего. Отработал — домой! Другое дело те психи, кто без этого жить не может, сказал Гонсалес. Такие живут от контракта к контракту, а деньги даже потратить не успевают. Для этих главное — война. Я вот не такой, сказал малыш Гонсалес. Я жениться собрался и бар открыл. Теперь с деньжатами все будет класс. Пойдем, сказал Марко Гонсалес, познакомлю тебя с невестой. Она со мной будет работать, в баре.
Невеста была красивая и высокая, белая такая немка, но Гонсалесу она нравилась, а Гонсалес — ей. Том пожил у них пару дней, пока оформлял документы на следующий корабль. В следующий раз он попал в Гамбург через четыре месяца и сразу пошел в бар к Гонсалесу.
Труди встретила его приветливо, а на вопрос, где Марко, потемнела лицом и расплакалась.
Малыш Гонсалес успел жениться и открыть свой бар, а через неделю после свадьбы завербовался на новую войну. Потом — на вторую. На третьей, пять дней назад, его убили. Командир привез Труди посмертный гонорар Гонсалеса и его медальон. Сказал, что похоронили малыша в джунглях.
Том осторожно погладил приклад. Главное — слиться с оружием в единое целое. Это как любовь между мужчиной и женщиной. Надо слиться воедино и понять, о чем думает тот, второй. Чего хочет. Что ему нравится. Стать тем, вторым, хотя бы на время.
Винтовка хотела убивать. Она больше ничего не умела.
Том навел на сереющую тьму прицел и замер. Вот шевельнулся клочок тьмы. Вот от нее отделился смутный силуэт.
Наверху — голова, в середине — живот, так учил Гонсалес. Лучше всего стрелять
Языка нам брать не нужно. Нам нужно уйти из буша живыми.
Выстрел. Вскрик. Силуэт осел на землю. Рядом нарисовался второй силуэт — Том снова нажал на курок. Выстрел. Вскрик. Тишина.
На другом берегу маори почти бесшумно прикончили еще двоих мужчин. Третий, последний, полз по земле, волоча безжизненные ноги и оставляя кровавый след. Охотники наставили на него огненные палки и стали терпеливо ждать Тома.
Мел из последних сил поддерживала Нелл Куинс. Они медленно шли вокруг болота, которое на самом деле оказалось обычной лужей.
Руки у Мел саднило и жгло, голова раскалывалась, а на душе было пусто и тошно. Том крикнул им с того берега, что все кончено и можно выходить, вот они и шли. Нелл почему-то шла еще хуже, чем Мел.
Уже у самого лагеря она услышала, как слева что-то громко плеснуло. Повернулась — и увидела, как в трех метрах от нее в предполагаемой луже медленно исчезает двухметровый крокодил. Мел проводила его задумчивым взглядом, а потом оставила Нелл без всякой опоры, подошла к Тому Хэккету и взяла его за грудки.
— Ты что ж мне врал, Хэккет! Кто говорил, что это обычная лужа?
— Не море же.
— Кто говорил, что здесь не водятся крокодилы, потому что еще вчера ее здесь не было?
Том с улыбкой обнял Мел за плечи.
— А разве ты полезла бы в воду, если бы я сказал тебе, что это болото с крокодилами?
Тут за спиной Тома послышался короткий хруст, и в ту же секунду закричала Нелл:
— Том! Сзади!
Мел швырнуло в сторону, а Том развернулся и вскинул винтовку так быстро, что оба эти движения практически слились с выстрелом.
Из кустов лицом вперед выпала женщина. Рыжие волосы рассыпались вокруг головы огненным снопом. В руке женщина все еще сжимала помповое ружье на взводе.
Том был бледен, как сама смерть. Нелл подскочила к нему, трясущейся ладонью попыталась погладить по щеке, но он почти грубо отшвырнул ее руку.
— Том, Том, что с тобой, ты ранен? Мел, посмотри, он не ранен?
— Я убил женщину.
Его голос был глух и полон боли. Казалось, Том Хэккет не понимает, что случилось.
Мел устало опустилась на землю и тихо сказала:
— Не переживай так из-за нее, мальчик. Это она убила Сэма. Мэгги. Мэгги Дойл Аминь.
14
Для начала их вывели обратно к маори, и там Нелл и Мелани мылись горячей водой, ели горячую пищу и пили горячий травяной отвар. Потом их завернули в травяные покрывала и оставили спать в хижине, но спать они не могли, слишком напряжены и взвинчены были нервы. Мел к тому же страдала от боли в обожженных руках.
Они выбрались на воздух и обнаружили, что прогноз был неверен, и светит солнышко, а птицы распевают по всему бушу, нимало не смущаясь присутствием маори.