Сталкер-югенд

Владимирович Федорцов Игорь

Пивная пауза. Открыть, хлебнуть, хрумкнуть чипсы, хлебнуть.

– Вы тут не протухли?
– Макс подсел к Чили. Достаточно близко, бедро в бедро. Он знал, что нравится девушке. Взаимно. У него на нее тоже стоял.

– Только начинаем, - ответила Чили, и не думая отодвигаться.

Макс наклонил голову на её плечо и шумно втянул запах. Ооооо! ,,Ледяной свет"!!!

Чили не за чтобы не призналась, дорогие духи принадлежат матери, а вовсе не подарены ей неизвестным воздыхателем. Что ж, каждый, создает вокруг собственного Олимпа собственную мифологию. Красивую и сладкую, что конфета в обертке.

–

Может, сходим куда?
– мурлычет с томным придыхом Макс на ушко Чили.

,,Куда это Гвоздодер. Новый клуб на окраине Р-22, где на большом экране крутят порнуху, а к билетами прилагают презервативы. Шлюхи клеят клиентуру. Разведенки и брошенки ищут романтики и съема. Делюги выгуливают напоказ наивных дурех. Пацанам точно в кайф. Пойти туда Чили не согласилась в прошлый раз, не согласится и сейчас. Из инстинкта самосохранения и неприкосновенности заповедных уголков.

Влад заторопился с шаровым пивом.

– Давайте разграничим виртуальность и действительность. Armpit это..., - Влад дунул на ладонь, - и все. Сталкеры это..., - жестом обвел товарищей.
– Мы!

– Не всосал, к чему городишь?
– фыркнул Лонко.

– Помочь?
– встрял Макс и полез в карман. Достал ручку и вытряхнул из нее ,,штангу". Штангой называли самодельную сигаретку начиненную inoxia. Затянувшись дымом в полную грудь, дыхание задерживали. Совсем как штангу тягали.

– Мужчина мапуче не может быть вторым!
– требовательно протянул руку Лонко.

Макс помял сигаретку пальцами, постучал ногтем, взбивая смесь. Прикурил. Передал.

– Только легкий поцелуй.

Лонко подержал дым в себе, с удовольствием выпустил струю к потолку. Качнулся. ,,Крыша потекла.

– Что? До жопы пробрало?
– поддела курца Клэр. Лонко она не любила. Он ей казался грязным. И ничем не походил на Джока.

(Клэр. Большеглазая красотка. Как посмотрит, в дрожь кидает! Потому и кликуха Двустволка. А может и не поэтому. За что конкретно? Мало ли какие сплетни о человеке ходят. Клэр здесь, потому что здесь Зои. Они подружки. Так думают другие, и пусть думают. По правде, Клэр мечтала дружить с Джоком. Еще одна мечта написана красным у нее в потаенном альбомчике - плюнуть Зои в рожу, но это после того как отобьет парня. Она красивей Зои и бесспорно умней. Но Джока застолбила белобрысая. Девушка не торопилась и спокойно ждала своего часа. В этом она походила на Макса. Только ждать умела лучше. Она не обознается. Ведь Зои конченая дура и ТП!)

Лонко не стал отвечать. Зачем портить настроение. Себе. Он стоял, задрав голову, и изображал вулкан. Кольца дыма взлетали к потолку.

– Как проба?
– забрал Макс уполовиненную ,,штангу.

– Всегда может быть лучше, - Лонко сделал стремительный выпад ножом, - чем есть....

Катала не дрогнул. Лезвие остановилось в сантиметре от намалеванного на футболке волосатика.

– ...И почему-то забирают больше, чем хочешь отдать.

Чтобы парни не делали, чтобы не говорили, их похожесть фикция. Лонко старался казаться, а Макс был плохим парнем.

Больше всех перепугался Влад. Кровь прилила к голове. Он подавился глотком, закашлялся. Забавно смотреть. Как на ребенка примерившего отцовскую шляпу.

– Кэп, не ссы. Я-то не ссу, - рассмеялся Макс.

Чили неохотно

тянула пиво. Вкус не очень, градус так себе, зато изо рта полдня пахнет говном. Родичи учуют, расфырчатся. О стыде, о приличном поведение, о примере младшим. Похеру! Младшие пусть отвечают за себя!

Макс блаженно затянулся и стравил дым в сторону.

– Девушкам нельзя.

Лицо к лицу, глаза в глаза. Кто дольше не моргнет.

– А по-русски?
– большой кисой льнет Чили.

Он чувствует её дыхание. Почти поцелуй.

Макс делает глубокую затяжку, обнимает Чили - рука под грудь, притискивает. Их губы соприкасаются. Парень медленно выдыхает, она столь же медленно вдыхает. Сердце Чили частит. От inoxia или от тисканий?

– Не облизывайся, Цыпа, - смеется Феликс над капитаном.
– Научись целоваться в засос, а уж потом курить взатяг.

Дуэт распался. Внутри у Чили прокатилась мягкая волна. От макушки до самого паха. Гвоздодер теперь не кажется ей плохим местом. Порнуха это познавательно.

Макс снова лезет обниматься. Палец ложится на торчащий сосок. Ой, нечаянно!

– Минну не боишься?
– сдерживает девушка принаглевшего парня.

Пассия Макса отличалась крайней скандальностью, не стеснялась в выражениях и вполне могла прибегнуть к физическому воздействию. Обычно Минна срывала свою злость на соперницах.

– Я-то нет.

Сделал последнюю затяжку и выжидал. Чили не согласилась. Обойдется.

Влад наконец-то осилил остатки пива. У алкоголя, как бы его не осуждали, есть одно неоспоримое полезное качество. Позволяет отпустить вожжи, расслабиться. Дает тебе маленькую отдушину. Глядишь, и люди покажутся не таким барахлом. Лучше всех Цыпу, как ни странно, поняла бы Чили. Отец наставлял её: Мир прекрасен пока пьешь виски. Когда виски заканчиваются, заканчивается и прекрасное. Наверное, старик имел право так думать. Старые они вообще... мудрые.

– Так будут предложения или нет?
– Влада слегонца пошатывало. Пивной пакет он смял и выбросил. В окно?!! Сплюнул туда же! Вооощеее не по-детски отжигает!!!

– Не теряем надежду услышать их от тебя, - вякнул Рой. Иногда он себе позволял вякать.

(Рой. Никто. Даже клички нет. Одно время дразнили Очкун, но не прилипла, потому только Рой. Бывают такие люди, о которых и сказать нечего. Ни хорошего, ни плохого. Они легко поддерживают чужие идеи за не имение собственных. А если их припереть к стенке и потребовать эту самую идею родить, ничего кроме выкидыша не случиться. Подобные Рою первым отступают в бою, а в атаку идут за чужими спинами. Впрочем, человек не может быть настолько пустым. Граффити на стенах его художества. В команде он с первого дня. Что ему в Игре? Возвращение в реальность. После боев с мутантами и монстрами, скитаний по горам и долам, так приятно очутится в знакомом месте. Где стены из металла, ветер из вентиляции и все что тебе надо, шесть квадратов комнатного пространства, досконально изученного вдоль и поперек. Здесь нет сюрпризов. Разве что в День Рожденья и на Новый Год. Иногда, гораздо чаще, чем Дни Рождения и Новый Год, Рой мечтал и в мечтах был всем сразу: художником, поэтом, изобретателем, чемпионом, гением. Он жаждал славы не прилагая особых усилий и не вылезая за шесть квадратов собственного кубрика.)