#Стафф
Шрифт:
– Но у меня не было ключей… – последние попытки женщины оправдаться выглядели весьма жалкими.
– Я видел, как вы однажды закрывали двери ее комнаты. Я удивился и проверил свои ключи, но они были на месте. Оставался лишь один ответ… Вы сделали копию. Только тогда я не понимал зачем.
– Ясно, – опустила голову Валентина.
– Раньше я хоть как-то контролировал ваши проделки, но в последнее время вы перешли все границы и стали по-настоящему опасны.
– Почему вы не выгнали меня раньше? – удивилась Валентина.
Альберт тяжело вздохнул. Он так устал от интриг, окружавших его долгие трудовые годы, что предательство
– Думаете, на вашем месте мог быть кто-то лучше? От вас я хотя бы знал, чего ожидать. По крайней мере, я так думал до недавнего времени.
Валентина усмехнулась:
– А как же Абашева? В ней вы тоже видите потенциал коварной захватчицы?
– У Абашевой другие цели и другие принципы, которые вам не понять… Жду вас внизу, – Альберт вышел, оставив Валентину одну.
XXIX
Прошло несколько дней с момента инцидента с вазой и увольнения Валентины. Кристина и Виктория на время притихли, ведь их главный серьезный союзник был изгнан, а они легко отделались, не успев засветиться в камере, но стаффу и так было ясно, кто еще являлся участником заговора против Анны. Юлиана хоть и догадывалась о роли горничной и гувернантки в произошедшем, но не стала дальше копаться в интригах, предоставив разбирательство этого дела мудрому батлеру.
Анна с каждым днем все больше и больше погружалась в работу, ранее выполняемую Валентиной, и всем стало абсолютно очевидно ее грядущее назначение, которое должна была утвердить Юлиана. Но был в этой ситуации один момент – отношение хозяйки к Анне, которое позволяло сомневаться в возможности нового назначения. В результате эти сомнения оправдались: ходатайство, поданное Смитом о смене официального статуса Абашевой, было Юлианой отклонено.
– Абашева вполне справляется с функциями Валентины. А то, что она еще не знает, схватывает на лету…
– Нет! Вопрос закрыт! Она слишком молода и неопытна для такой ответственной должности, – Юлиана была непреклонна.
– Тогда могу я просить вас о повышении ее заработной платы? Она выполняет больше функций, чем раньше.
Женщина недовольно взглянула на батлера.
– Я подумаю над этим. Можете идти… Хотя стойте… Как там мама? – стараясь не смотреть на Альберта, равнодушно поинтересовалась Вадимова.
– Не могу сказать, что лучше. Ее состояние, может, не ухудшается, но уж точно не улучшается.
– Спасибо. Теперь вы свободны.
Женщина откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Уходя, батлер бросил на свою хозяйку взгляд, красноречиво свидетельствующий о его неодобрении отношения Юлианы к матери, которую она до сих пор так и не навестила.
XXX
Анна сжимала в руках журнал «Светская жизнь», который анонсировал мини-показ Юлианы: «Светская львица и по совместительству супруга миллиардера Константина Вадимова вместе с подругой, моделью Машей Зельвенской, проведет показ своей новой мини-коллекции платьев в загородной резиденции Вадимовых. Показ будет небольшой подготовкой перед Неделей моды в Москве, в которой госпожа Вадимова и госпожа Зельвенская примут непосредственное участие. Данное мероприятие будет сочетать в себе все особенности светского пати, на которое соберется элита Москвы. Среди приглашенных – завидный жених и известный
Вадимовы решили устроить показ в саду – среди распускающихся цветов, на фоне дома, утопающего в зелени. Все, как всегда, готовилось на самом высоком уровне, даже на невозможно высоком уровне – а иначе и быть не могло, учитывая количество приглашенных, среди которых были известные блогеры и редакторы, перо которых могло как унизить, так и возвеличить.
В меню мероприятия, объявленном батлером, были традиционные рублевские блюда: фуа-гра, устрицы, черная и красная икра, роскошное французское шампанское и многое другое. Но самым интересным пунктом, безусловно, являлась выставка невест-фитоняшек, мечтающих заполучить груду мышц, иногда с животом в придачу, и груду золота. Информация о подобных светских раутах вызывала в будуарах настоящий переполох. Охотницы за рублевскими холостяками выстраивали хитрые стратегии и разрабатывали изощренные тактические маневры, чтобы добыча, не учуяв подвоха, сама пришла к ним в руки.
Так вот, первым делом нужно было попасть на вечеринку и получить любое место во втором или в третьем ряду. И все для чего? Для того чтобы Ляля заявила во всеуслышанье, какой у тебя шикарный наряд, а известный блогер черкнул пару слов в свой блокнот о тех, кто попал на Олимп, заодно украсив и свою голову лавровым венком. Ну а самое главное – оказаться в том самом заветном первом ряду под ручку с обладателем швейцарских счетов, который мерится с другими яхтами, яйцами, самолетами да замками. И не дай бог у кого-то окажется короче, меньше, хуже.
К вечеру стали собираться гости. Тот день Анна запомнила на всю жизнь, так как особо примечательные фигуры, появившиеся на мероприятии, оставили в душе девушки неизгладимое впечатление. Все началось со звезд шоу-бизнеса – госпожи Р. и ее знаменитого любовника, господина Д. Эгоцентричность и высокомерие последнего не знали границ, что было продемонстрировано в его обращении с охраной. Когда один из его охранников после знака от госпожи Р. направился в ее сторону и вежливо поинтересовался, что ей угодно, за его спиной раздался голос хозяина:
– Какого черта? Забыл договор? Не имеешь права с ней заговаривать! Нарушение дисциплины! Уволен! Немедленно! – вопил господин Д.
Секьюрити с видом побитой собаки покинул мероприятие. Такому странному увольнению за странное нарушение дисциплины, а скорее субординации, был удивлен только вадимовский стафф, который с этим не сталкивался, но много об этом слышал – не смотреть в глаза хозяевам, отворачиваться к стенке, не разговаривать, оставляя послание в стаффовских дневниках, и так далее и так далее. В этот момент еще одного откровения кое-кто из прислуги подумал о Вадимовых, выгодно смотревшихся на фоне жестоко следящих за трудовой дисциплиной звезд.
К началу показа Юлианы в саду собрались почти все приглашенные гости, кроме Орлова и еще нескольких человек из списка. Среди присутствующих Анна заметила Романа Бокова, отца капризной дочери, которого она когда-то так яростно отчитывала на его же собственной территории. Он мило беседовал с Лялей – той самой, из «Ритца», которая стала популярной благодаря участию в скандальном реалити-шоу и последующей выгодной партии в виде пузатого папика, пытающегося своими деньгами и связями замять столь неприятное для образа светской львицы пятно в биографии.