Ссылка
Шрифт:
– Что, застоялись? – проговорил штатский, похлопывая крайнюю к Анне лошадь – Сейчас тронемся.
Он подтянул подпругу у седла и обращаясь к милиционеру сказал:
– Правильно решили, что не стали перебираться через Уфтюгу. Вон на днях в Двинском, комендант со своей полюбовницей вздумали через Двину в заимку сбегать, да и провалились в полое под лед. Там теперь и тешатся. И насчет Булыгина правильно. Позвоним в сельсовет, пусть его пока в каком-нибудь амбаре подержат. Куда он денется. Потом возьмем.
У Анны от услышанного прошел озноб по телу. Она окончательно поняла, что ее считают погибшей. Она провела ладонью по лицу: «Да вот она тут, живая. Плоть от плоти, а для всех остальных ее нет. Нет Анны
Между тем штатский с милиционером отвязали лошадей и устроились в седлах.
– А все-таки кто-то тут рано утром переходил реку – сказал милиционер.
– Ну и хрен с ним – ответил штатский – Следы небольшие. Никак не Булыгина. Может парень какой или баба прошли. А что дорогой не встретились, то мало ли куда свернули. Хотя и сворачивать особо некуда. Да, ладно, вдруг догоним. Поехали давай.
Оба они дернули уздечками и лошади тронули с места, ускоряя шаг. Анна проводила их взглядом и когда те скрылись за поворотом, осторожно вышла на дорогу и подошла к еще тлеющему костерку. Она села и протянула ладони к багрово-красным углям. Приятное тепло пошло по рукам и только теперь Анна почувствовала усталость и голод. Она сняла с воткнутого рядом колышка жестяную банку с проволочной дужкой, служившей всем путникам котелком, сложила в нее горящие угли и двинулась вдоль берега, отыскивая укромное местечко для отдыха. Такое место она нашла метрах в двести от дороги в небольшой ложбинке. Здесь она высыпала угли, наломала сушняка и раздула огонь. Костерок весело заиграл языками пламени и жизнь показалась Анне не такой уж и плохой. Она спустилась к реке, ополоснула котелок, набрала воды, поднялась к костру и повесила котелок над пламенем. Облака развеялись и солнце пробившись сквозь густоту леса своими теплыми лучами, стало прогревать небольшую полянку, на которой устроилась Анна. Она подняла лицо к солнцу и в приятной истоме зажмурила глаза. «Где же ты было раньше, красное солнышко – прошептала Анна – не пропадай, помоги мне в пути». Не открывая глаз. Анна откинулась на спину и провалилась в сон.
Спала она недолго и проснулась от легкой прохлады. Анна несколько секунд еще полежала, приходя в себя ото сна, затем резко поднялась, подвигала конечностями и принялась оживлять костер. Это ей удалось сделать быстро и вскоре в котелке забурлил кипяток. Ела Анна жадно и с аппетитом, обжигая руки горячей кружкой. Наконец, сытая и согретая, она раскидала костер, притушила угли и стала собираться в дорогу. Ружье она разобрала, завернула в портянки и засунула в котомку. Осмотрев себя, Анна осталась довольна. Со стороны она должна была походить на простую деревенскую девку, идущую в город по своим делам. Анна вышла на дорогу, повесила котелок на прежнее место, перекрестилась и пошагала вперед.
Идти было нелегко. Снег таял и ноги в сапогах хлюпали в мокрой кашице. Солнце стояло высоко и пригревало порядочно. Анна шла ходко, но к каждому повороту дороги подходила осторожно и держалась обочины, что бы при встрече с путниками можно было сразу незаметно укрыться в лесу. Шла она уже долго, делая короткие привалы. От деятельной ходьбы Анна вся разопрела, нижние белье, пропитанное потом, прилипало к телу, ноги сбивались и Анна решила сделать большой привал. Она углубилась в лес, разожгла костер, разделась, достала из котомки свежее нижнее белье и переоделась. Сразу стало уютней и приятней. Она хотела вскипятить воду для чая, но, подумав, решила сварить суп. Савелий всегда говорил ей: «Хочешь силы сохранить, всегда ешь горячую пищу и всегда суп. В любых условиях». Анна почистила картофель, достала кусок подсоленного мяса и стала готовить себе обед, сырое белье и платок повесила на колышки
Песчаница открылась перед Анной неожиданно, едва она поднялась на небольшой пригорок из перелеска. Среди села возвышалась церковь, рубленные избы, Тянулись от нее в разные стороны, кое где из труб шел дым, слышался лай собак. Анна отпрянула обратно в перелесок и стала разглядывать окрестности. Перед селом было большое поле. Дорога шла через него и терялась среди домов. Анна старалась определить, где выходит дорога из села на Сольвычегодск, но никакого движения не заметила и решила идти наугад в надежде где-нибудь за селом выйти на дорогу. В село заходить Анне было нельзя и она, немного передохнув, круто взяла влево и перелесками между полями стала обходить село. Солнце уже клонилось к закату, стало прохладно, ветер стихал, и по всем признакам ночью должно было приморозить. Анна не боялась встретить ночь в лесу, но всплывшая в памяти встреча с волками на какое-то время заставила ее заколебаться. Возникла мысль дождаться ночи здесь, затем пробраться в село и там найти удобное место для ночевки. Но эту мысль Анна прогнала. В селе ее могли выдать собаки, да и пришлось бы потерять много времени.
Идти было нелегко. Снега было еще много, кое где приходилось просто продираться через густые ветви молодняка, росшего по обочине полей. Наконец село осталось в стороне и Анна пошла напрямик к предполагаемой ей дороге. Она не ошиблась. Дорога была наезженной и кроме как в Сольвычегодск вести не могла. Она встала на дорогу, оглянулась на село, еще колеблясь идти ей дальше в ночь или найти пристанище в селе, но после короткого раздумья поправила котомку и быстрым шагом пошла от села в сторону незнакомого ей города Сольвычегодска.
Анна прошла уже порядочно. Солнце клонилось к закату и задевало за верхушки соснового бора, тянувшегося вдали за полями. Вдруг Анна сзади себя услышала шум. «Аэроплан что ли? – предположила она. внимательно осмотрев небо, по ничего не заметив». Шум приближался и к недоумению Анны в этот шум вплелись звуки гармошки. Анна прислушалась, беспокойно оглядываясь и вдруг, почти прямо перед ней из перелеска, закрывающего поворот дороги, выскочил небольшой грузовик – «полуторка». Анна заметалась. Скрыться было негде. В этом месте дорога проходила по чистому полю.
Бежать было бы подозрительно и бесполезно. Ее уставшую и не совсем здоровую, людям в грузовике поймать не составило бы особого груда. На обдумывание времени не было и Анна, надвинув платок на лоб, немного склонилась и продолжила путь по обочине дороги. Машина приближалась, ее шум перебивался гармошкой, слышалась разухабистая песня. Анна услышала звук сигнала, но не оглянулась, продолжая путь. «Может подвезут? – надеялась она – А то начнут расспрашивать, кто да откуда? Здесь всех все знают за сто верст в округе, а мне и сказать нечего, а врать начну, быстро запутаюсь».
Машина проехала мимо Анны, забрызгав ее сырым снегом и резко остановилась. Дверца машины открылись и из нее высунулся шофер. Лицо его было красным, кепка сбита на затылок, ворот рубашки распахнут, полы пиджака расстегнуты. Анна поняла, что тот хорошо навеселе.
– Ты что глухая? – заорал он – Задавлю ведь.
И тут Анну осенило. Она глуповато улыбнулась шоферу и что-то прожестикулировала руками.
– И вправду глухая – обернулся шофер к сидящей в кабине женщине с любопытством разглядывающей Анну – И не просто глухая, а глухонемая. Ты куда идешь? – обратился шофер к Анне.