СССР

Дашко Дмитрий

Открыл взлохмаченный мужчина в полосатой пижаме. Спросонья он туго соображал и смотрел на меня как баран на новые ворота.

— Мужик, тебе чего надо? Ты знаешь какой час на дворе?

Я предъявил удостоверение.

— Уголовный розыск. Я здесь, чтобы провести обыск у гражданина Гайдо.

— Обыск? Какой обыск? Я — честный гражданин.

— Не переживайте вы так! Я же вроде ясно сказал — речь идёт о вашем соседе, Франтишеке Гайдо.

— Так он же это самое… Ваш из уголовного розыска, —

вконец запутался мужчина. — И да, его уже несколько часов нет дома. Наверное, на службе…

Ка я и думал, к себе не возвращался и вряд ли вернётся. У таких как он всегда есть запасной аэродром и даже не один.

— Как вас зовут?

— Меня?

— Да, вас.

— Альберт Мефодиевич Шишкин.

Мужчина провёл рукой по взъерошенной шевелюре.

— Вот что, товарищ Шишкин, — направил его в нужное русло я, — будете понятым. Знаете, кто это?

— Конечно.

— Отлично, значит, не надо тратить время на пояснения. У вас супруга есть?

— А как же! — гордо подбоченился Шишкин.

— Позовите её, пожалуйста. Она тоже будет понятой.

— Да, но нам надо с утра на работу!

— Не переживайте, я выпишу вам справку.

— Ну, раз справку дадите, тогда я в вашем распоряжении. Что мне делать?

— Покажите комнату гражданина Гайдо.

Он подвёл меня к двери, покрытой старой облупившейся краской.

— Туточки он проживает.

Я толкнул дверь. Естественно комната оказалась закрытой.

— У вас есть ключи? — повернулся я к Шишкину.

Соседи по коммуналке часто оставляли ключи друг другу. В случае с Гайдо надежды на это мало, но вдруг...

— Фран… то есть гражданин Гайдо никому из нас не доверял. Оно и понятно, он же в уголовном розыске работает, — развёл руками мужчина.

— На нет и суда нет. Тогда придётся ломать. Отойдите в сторону, пожалуйста.

Шишкин отпрянул и прислонился к стене. Я налёг плечом на дверь, после нескольких толчков раздался треск. Всё… путь свободен.

Я нарочно не стал переступать порог, пока на сцене не появилась вторая понятая — женщина лет сорока с сонным и потому слегка опухшим лицом. Её волосы были закручены в бигуди. Она зябко куталась в наброшенное на голые плечи пальто.

— Гражданка Шишкина?

— Я.

— Уголовный розыск, Быстров. Я здесь, чтобы провести обыск в квартире гражданина Франтишека Гайдо. Вы должны внимательно наблюдать за мной и запоминать всё, на что я обращу ваше внимание. После обыска я составлю протокол, а вы его подпишете, — произнёс я заученную фразу.

— Простите, а разве не должны быть какие-то бумаги? Ордер или как там это у вас называется… — проявила юридическую грамотность женщина.

— Ордер скоро привезут. К сожалению, у нас мало времени, поэтому приходится опережать события.

Мы вошли в комнату.

Гайдо

оказался настоящим аккуратистом. В комнате царил идеальный порядок, все вещи на своих местах, ни пылинки, ни соринки.

Я осмотрел платяной шкаф, комод, проверил кровать, накрытую шерстяным солдатским одеялом, залез во все доступные уголки и щели, простукал стены и деревянный паркет. Ничего такого, что помогло бы в розысках беглеца… Далеко не новая одежда, всякая бытовая мелочь и прочая не имеющая никакой ценности в главах уголовного розыска дребедень.

Дневника Гайдо не вёл, пометок в книжках не делал, если и был у него блокнот с записями, то, вероятно, остался при нём.

Супруги Шишкины с интересом наблюдали за моей вознёй.

Наконец, я сдался и обречённо опустился на кровать. Умные мысли и прочие гениальные соображения никак не желали приходить мне в голову.

Моё внимание снова привлекла идеальная, почти армейская чистота в комнате. Тут было как в казарме — ничего лишнего.

— Он сам убирался или ему кто-то помогал?

— Сам, конечно, — сказал Шишкин.

— Были ли у него женщины?

Супруги синхронно пожали плечами.

— Если и были, то сюда он никого не приводил. Знаете, он всегда был очень вежливый и ничего предосудительного за ним не водилось. Что он такого натворил? — вкрадчиво спросил Шишкин.

— Раз мы им заинтересовались, значит, натворил, — уклончиво произнёс я. — Друзья-приятели…

— Он тихо жил. Сам никуда не ходил и к нему не ходили, — мгновенно ответил Шишкин.

Его супруга было открыла рот, но почему-то замолчала. Её реакция от меня не укрылась, и я решил её приободрить.

— Смелее, гражданка Шишкина. Вижу, вам есть что сказать.

Набравшись храбрости, она кивнула.

— Знаете, не люблю говорить о других за глаза, но… В общем, Алик сказал правду: женщин Франтишека мы не видели, а вот что касается его друзей или не совсем друзей, — она замялась.

— Не бойтесь, говорите как есть.

— Да-да… Просто ситуация уж больно деликатная.

— Поверьте, меня трудно чем-то удивить.

— Хорошо, я всё вам расскажу. Было это прошлым летом: не то в июне, не то в июля. Я точно не помню.

— Ничего страшного, продолжайте.

— Я возвращалась с работы пораньше. Знаете, у меня тогда голова страшно разболелась, и начальник меня отпустил. И вот подхожу я к нашему дому и вдруг вижу неподалёку от парадного входа стоит экипаж, а в нём двое: наш сосед, Гайдо, и молодой представительный мужчина: высокий такой, красивый, с усиками. Одет хорошо, с иголочки: костюмчик в клетку, галстук нарядный, манишка, шляпа. Вылитый джентльмен. Ну, я хотела подойти поближе, поздороваться, а потом смотрю — что-то тут не так. Уж больно странно они себя ведут…