СССР-2061
Шрифт:
– Аккуратнее!
– Лёшка включил фонарик и открыл проржавевшую дверь.
– Смотри ноги не переломай, извини, не успел прибраться.
В старом гараже, в свете фонарика, угадывалась какая-то фантастически сумасбродная шарообразная конструкция из обрезков позолоченного строительного профиля, разноцветных проводов, серебряных трубок и дефицитнейшей платиновой фольги.
Лёшка щелкнул выключателем и выключил фонарик, положив его на одну из полок.
– И это - только верхушка айсберга!
– подмигнув Зое, самодовольно
– Хм... Похоже на какую-нибудь банальную машину времени, с сомнением сказала Зоя.
– Не на какую-нибудь! Это, во-первых! Не на машину, во-вторых! И вообще, это... телепорт!
– Лёшка покосился на скривившуюся Зоину мордашку и поспешно добавил, - ну... мини-телепорт!
Эээ... ммм... ну... в общем, это простейший пространственный коридор, наконец сдался Лёшка. Но он доставит нас в транспортный отсек Третьего Купола марсианской базы! Это я тебе обещаю!
Господи!!!
Сколько Зоя себя помнила, она всегда страстно мечтала попасть на Марс! И не куда-нибудь, а под Третий Купол! К Деду!
Дед уже целую прорву лет почти безвылазно работал в Марсианской Миссии СССР, Главным Смотрящим!
Что это означает, Зоя не знала, но она с детства представляла себе Деда, стоящего на высоченной башне, в развевающемся серебристом плаще, и смотрящего в огромный телескоп. В сторону Земли, конечно. Чтобы первым сообщить о приближении долгожданного корабля с Родины.
Она до сих пор помнила его искрящиеся карие глаза, огромные теплые ладони на своих щеках и слова: "Зоюшка, прилетай ко мне на Марс, как подрастёшь, ладно? Договорились?"
Вот уже и подаренные дедом тапочки-зайки донельзя обветшали, а она всё никак не вырастет. А ее подруги - вон, уже, какие кобылки в 13 лет! Обидно до слез!
– Лёшка!!!
– Зоя кинулась к Лёшке и принялась скакать вокруг него, обнимать и радостно трясти!
– Ну, ты это... полегче!
– Лёшка поднял упавшую с головы бейсболку, - лучше скажи, когда испытывать будем?
– А это безопасно?
– Ну... Фроська же вернулась. Фрося, Фросенька, ну иди ко мне, кыс-кыс!
– Лёшка безуспешно попытался приманить забившуюся в угол гаража, шипящую кошку.
– Ой, Лёшка!
– Да ладно, ничего страшного! Я пятьдесят раз всё проверил! Решайся, либо сегодня, до полпятого утра... либо потом только через год с лишним. Тут, сама понимаешь, - ФИЗИКА!
– Лёш, я и с мамой-то не попрощалась!
– Не боись, мы быстро, до утра вернемся! Да ты не волнуйся, система полностью от-ла-жен-на!
– хвастливо заявил Лёшка. Иди сюда, да не бойся ты, давай руку!
Взявшись за руки, они вошли в сверкающую платиновой фольгой сферу.
Зоя на всякий случай крепко зажмурила глаза. Поэтому она не видела, как Лёшка достал свободной рукой наспех спаянную монтажную плату, с допотопными кнопками и тумблерами, и большим пальцем быстро нажал несколько
Ни жужжания, ни вспышек сквозь закрытые веки. Ничего. Только пара секунд ватной тишины.
И вдруг, внезапно, в уши Зои ворвался шум работающей техники, многократно усиленный эхом в пустом пространстве огромного пакгауза. Она тут же отрыла глаза! Вокруг, куда ни глянь, громоздились огромные космические контейнеры! Роботы-погрузчики разнообразных конструкций и размеров, натужно жужжа сервоприводами и суетясь, составляли их в высоченные горы штабелей, тут же маркируя непонятными, еле светящимися значками.
– Ух ты! Где мы?
– Как и обещал, в пакгаузе Третьего Купола!
– Лёшка, подбоченясь, победно выкинул вперед ладонь. Вуаля!
И тут же осекся.
– Постой-ка, да нет, я не мог ошибиться, вот же на схеме, смотри, вот же он, Третий Купол, видишь?!
– Лёшка, ничего не понимая, тыкал пальцем в старый потрепанный пластик голографического чертежа.
– Лёша, что случилось?!
– Зое приходилось почти кричать, чтобы перекрыть громыхания и визг сервоприводов.
Лёшка взъерошил рыжую шевелюру и снова уставился на схему.
– Я не знаю. Судя по маркировке над главным шлюзом, насколько я могу видеть отсюда, мы в совершенно новом пакгаузе. Видишь, тут и защита пока неполная, его только начинают строить, первая очередь. То-то я думаю, чего это тут дышать так тяжело. Наверно это новый купол, я слышал, его должны были строить рядом с крупным месторождением кремнеферона. Но ничего, мы сейчас вернемся обратно, и я быстренько все перенастрою, пойдем!
Лёшка потащил Зою обратно к золоченой сфере, поднял голову и встал, как вкопанный.
Сферы не было.
Слов внутри Лёшки тоже сразу не нашлось. Он так и застыл с открытым ртом.
– Лёша, Миленький, я боюсь!
– принялась тут же скулить Зоя. Что же теперь с нами будет?
– Погоди, слышишь?
– Лёшка моргнул и огляделся - Шум затихает, это не к добру! Погрузчики уходят! Быстрее! Бежим!
Они со всех ног бросились к главному шлюзу, который был еле виден метрах в трехстах, слева.
Над ними, каждую секунду, одна за другой, гасли световые панели, заметно опережая их на пути к шлюзу.
Наступила тьма. Последняя полоска света далеко впереди быстро таяла под опускающейся створкой ворот.
Всё. Бежать теперь уже не было смысла.
Зоя в страхе прижалась к Лёшке и беззвучно зарыдала, содрогаясь всем телом.
Он тихонько гладил ее по голове и всё повторял:
– Не бойся, я все исправлю! Только не плачь, ладно?
Заметно похолодало, да и дышать становилось все тяжелее - пакгауз всегда снабжался кислородом по минимуму, да и то, только в рабочие смены, исключительно для комфортной работы обслуживающего персонала, ведь провести 10-12 часов в пакгаузе, в скафандре с замкнутой системой дыхания - не сахар, это каждому известно...