Среди нас

Алекс Леви

Далее всех ждал муторный судебный процесс. Марк, естественно, выиграл дело. И вскоре его совсем отмазали от всей этой грязи, так как вину Игнатьева никто не смог доказать. Одна газета даже публично извинилась. Марк был невиновен, но, к сожалению, люди в полицейском участке, особенно те подкупленные, и те, которых Марк Игнатьев называл тогда друзьями, отвернулись от него, кроме его тогдашнего напарника брата и еще некоторых, с кем он близко общался. На это была только одна причина - зависть. Зависть, зависть и зависть. Она губила людей и будет губить, человечество

от этого порока никогда не избавится. Но тех, кто не испытывают ее, по-настоящему можно назвать счастливыми людьми.

Коллеги, если их можно так назвать, работающие вместе с Марком, решили довольно интересным способом окунуть следователя в грязь лицом. Они увидели, что, благодаря им, Марк, получив оправдание, также получил просто огромнейшую популярность, огромный заработок и востребованность, решили, что просто обязаны найти доказательства о виновности детектива Игнатьева в случившемся, но он был чист назло врагам. Но, несмотря на это, Марку все равно уже было неприятно работать в таком месте и среди такого коллектива. Конечно, не весь полицейский участок занимался такой ерундой, а только малая группа, решившая объединиться, имея общий интерес, но все равно работать с тем, кто улыбается тебе в лицо, а потом за твоей спиной роет тебе же яму, ужасно неприятно.

Он раскрывал дела и посерьёзнее этого, хотя это дело ни он и никто другой так и не смог раскрыть, оно так и пылится на полке до сих пор. Донн все очень хорошо просчитал. Но дело совсем не в этом. Дело в том, что тогда Марк понял - от врага можно ожидать все что угодно, и ты никогда не будешь этому удивлен, а если что-нибудь выкинет твой друг или попросту знакомый, то уже начинаешь рвать на себе волосы.

Для детектива это был хороший урок, и он его усвоил. Никогда нельзя подпускать слишком близко к себе людей, даже в которых ты очень уверен. Теперь это было, так сказать, кредо Марка. Но Вадим считал такое мнение ошибочным.

В скором времени из-за тех событий Игнатьев ушел из полиции, и как не странно, его дела пошли на лад. Он знал, что ему в одиночку будет куда интереснее работать, такой уж он человек. Детектив стал раскрывать такие дела, что никто и представить себе не мог, как он это делает. Естественно, имя Марка Игнатьева от этого стало известно почти везде. Всегда куча писем на столе, в почтовом ящике и социальной сети, плюс еще и не замолкающий телефон. Везде нужна его помощь. Преступлений много, а детектив один. Хотя, конечно же, есть много и других частных детективов, но они не так хороши и распиарены в этом деле, как Марк.

II. Звонок

"Я открыл глаза и увидел то, что обычные люди никогда не замечают. А этот запах свежести из приоткрытого окна, вроде бы тот же, что и всегда, но он не повторим... Позднее утро, яркий свет в окно, и это прекрасное настроение, вот что мне надо для счастья... Не хватает еще пения птиц, и природы, но закрыв глаза и включив щебетание крылатых в голове, то можно о некоторых недостающих элементах позабыть и мысленно переместиться в другое место. Прекрасное зимнее утро...

Выходной день, в коем-то

веке. Жаль, что теперь некому принести мне кофе в постель, хотя, помниться, она мне никогда его и не приносила. Она - это моя самая большая ошибка, которую я тогда допустил, хорошо еще по-быстрому разошлись. Еще Борис так не вовремя заболел, непутевый "коллега". Ладно, еще минут пять и встаю", - веки Вадима Игнатьева сомкнулись, и он опять погрузился в сон, но планы на его выходной не давали ему никакого покоя, поэтому спустя несколько минут его глаза снова открылись: "Нет, теперь уже пора вставать, тем более у меня еще так много дел".

Вадим все-таки заставил себя подняться с постели, и, оглядевшись вокруг, он заметил на светлой тумбочке, которая стояла рядом с постелью, записку: "Позвони механику после обеда", - это он еще вчера вечером написал себе, чтобы не забыть. Напротив, от кровати, стоял шкаф с одеждой, цвета натуральный клен, больше в спальне ничего не находилось. Все в этой комнате было выполнено в светлых тонах: шкаф, постель, заправленная белым бельем, обои светло-бежевые с какими-то незамысловатыми завитками, и бледно-голубой ковролин, такого цвета, как и висящие здесь шторы.

Вадим встал с кровати и пошел в ванную комнату, заодно прихватив с собой чистое полотенце, висящее на двери шкафа, и сделав шагов двадцать и повернув два раза влево, пройдя через гостиную, он уже был в намеченном месте. Но, естественно, он не мог просто так прошагать мимо мп3-проигрывателя в гостиной. Проходя мимо него, он включил кнопку "ON" и комнату заполнила музыка любимой группы, которую он с легкостью узнал.

Вообще, Вадим редко вдумывался в слова, его всегда больше волновала сама мелодия в песне. Ведь если музыки нет, а голос и какие-то заумные слова с большим смыслом есть, то ты вряд ли будешь слушать эту композицию, а если наоборот, когда есть хорошая мелодия, то о каких бы то ни было словах и других вещах можно и забыть. Но, конечно же, лучше когда есть и то и другое.

Обобщая, Вадима с уверенностью можно было бы назвать настоящим меломаном. Он любил слушать разную музыку, он не отдавал никогда предпочтение какому-то одному направлению, Игнатьев мог слушать практически все что угодно, начиная от тяжелого рока заканчивая оперой.

Повернувшись к прямоугольному зеркалу, и, взглянув на себя крупными карими глазами, которые отливали иногда то в совсем черный, то в какой-то даже темно-бардовый цвет от солнца, он увидел то же, что обычно видел изо дня в день. То есть ничего нового.

Вадим Игнатьев был спортивного телосложения с татуировкой на шее в виде небольшого китайского иероглифа "Ци", который означал что-то вроде жизненной энергии. Тату он набил бесплатно на отдыхе, когда выиграл в конкурсе. Он ездил на юг всего лишь один раз и то со свей бывшей женой, с которой разведен уже около двух лет. Да и прожили они вместе совсем недолго - около года. Недавно ему стукнуло 27 лет, и он был полон энергии, и жизнь пошла на лад, и о том опыте он вспоминал скорее с улыбкой, чем с огорчением. Поводом для развода послужила измена его жены.