СРЕДА ОБИТАНИЯ
Шрифт:
— Ты остановился в этом отеле?
— Шутите! Нам это не по карману. А сюда пришёл навестить одного китайца, и вдруг вижу: знакомая личность!.. Я и не знал, что вы в Гонконге. Ведь вы собирались поехать к себе на Кюсю.
— Я туда и поехал, — замялся Яманэ. — Потом неожиданно решил поглядеть на Гонконг.
— Значит, просто так, неожиданно решили… прошвырнуться за границу. Вам-то такой вояж — раз плюнуть, а мы на эту поездку три года денежки копили.
— Ошибаешься, не такой уж я богач.
— И давно вы здесь?
— Второй день. Не успел
Разговаривая с репортёром, Яманэ то и дело поглядывал в сторону лифта, наблюдая за выходившей из него публикой. Но теперь выражение ожидания на его лице сменилось замешательством. В этом, безусловно, был повинен откуда ни возьмись появившийся репортёр.
— Как раз удобный случай, — продолжал репортёр. — Никого из нашей братии поблизости нет, и можно спокойно взять у вас интервью. Уже и подходящий заголовок напрашивается: «Питчер [2] Яманэ в Гонконге».
2
Питчер — подающий игрок в бейсболе.
— Прекрати! — Яманэ повысил голос. — Ты меня поставишь в неудобное положение, если напишешь об этом.
— Почему? Сделаем всё в виде непринуждённой беседы. Ведь вы в прошлом году одержали двадцать четыре победы. Такой спортсмен что бы ни сказал — прекрасная статья получится. Да и место какое — Гонконг! Это вам не спортивный лагерь где-нибудь в Вакаяме!
— Ещё раз прошу — прекрати! Я приехал сюда по чисто личным причинам. Об этом не знают ни тренер, ни тем более команда.
Репортёр удивлённо уставился на Яманэ.
— Пойми меня правильно. Я приехал сюда один, и, если тренер узнает, мне достанется на орехи. Да и вся команда начнёт допытываться, почему я здесь оказался, — настойчиво уговаривал спортсмен.
В свои двадцать шесть лет Яманэ был известным на всю страну бейсболистом. Он играл за профессиональную команду «Кондорс», принадлежавшую Всеяпонскому транспортному акционерному обществу. В прошлом году его команда одержала двадцать четыре победы, и героем этих побед был он, питчер Яманэ. Поэтому можно было понять настойчивость спортивного репортёра Мориты: случайная встреча с Яманэ явилась для него большой удачей.
— На какое число намечены ваши сборы в спортивном лагере? — спросил он.
— На восемнадцатое.
— Значит, в вашем распоряжении ещё полные две недели. Собираетесь ещё куда-нибудь съездить?
— Пока не решил. Может, успею повидать Бангкок, Сингапур и Манилу.
— Да это же грандиозное путешествие! — воскликнул Морита, внимательно разглядывая новую звезду бейсбола. В его взгляде явно читался вопрос: «И откуда у тебя появились на это деньги?!» Ему-то было хорошо известно, что выдвинул этого питчера тренер Акаикэ совсем недавно и пока ещё заработок его не так уж велик. В то же время от намётанного глаза репортёра не ускользнуло, что на Яманэ был шикарный костюм из английского материала, сшитый, видимо, по заказу здесь же, в Гонконге, а из-под манжеты выглядывали
— Когда собираетесь вернуться в Токио? — спросил Морита.
— Числа пятнадцатого, не позже.
В этот момент Яманэ, должно быть, кого-то заметил, молча поднялся с кресла и направился к лифту.
Провожаемый пристальным взглядом репортёра, Яманэ подошёл к только что вышедшей из лифта женщине в кимоно. Накидка, надетая поверх кимоно, была чересчур яркой для её возраста.
— Меня узнал газетчик, — тихо сказал Яманэ, обращаясь к женщине. — Это спортивный репортёр, и очень прилипчивый. Поднимитесь к госпоже и скажите ей: как только отделаюсь от него, сразу же приеду в назначенное место.
— Поняла, — ответила женщина и, не медля ни секунды, скользнула в подошедший лифт.
Яманэ не сразу вернулся на прежнее место. Он сначала подошёл к выходу из отеля, выглянул наружу, потом не спеша подошёл к репортёру, который не спускал с него глаз.
— Должен покинуть тебя. Дела, — сказал Яманэ и протянул репортёру конверт с гонконгскими долларами, который он заранее приготовил, когда выходил наружу. — С удовольствием составил бы тебе компанию, но надо срочно съездить по одному делу. Поэтому не обессудь — выпей сам за моё здоровье.
— Что вы, что вы! — Морита сделал отстраняющий жест, но спортсмен насильно сунул ему деньги в карман.
— И прошу тебя: ничего обо мне не пиши. Не хочу, чтобы кто-либо узнал о моём приезде в Гонконг… Зато обещаю: вернусь в Японию, тебе — первое интервью. А эта женщина, с которой я сейчас разговаривал, хозяйка здешнего японского ресторана. Утром ходил к ней завтракать, а теперь вот приглашает к себе на ужин. Сам понимаешь, другого интереса у меня к этой старушке быть не может, — добавил Яманэ, хотя репортёр его об этом не спрашивал.
Морита понимающе улыбнулся в ответ. Ему тоже эта женщина показалась чересчур пожилой для Яманэ.
Яманэ вышел из отеля и сел в такси.
— Гранвиль-роуд, — сказал он шофёру и поглядел в заднее стекло.
Убедившись, что репортёр за ним не последовал, спортсмен облегчённо вздохнул и закурил. Но неприятный осадок от неожиданной встречи остался. Он хорошо знал этого репортёра и опасался, что тот по возвращении в Японию обязательно проболтается об их встрече.
Да, не только в Токио, но и здесь, в Гонконге, надо всё время быть начеку, подумал он.
Яманэ не ошибся. Осторожность следовало соблюдать и здесь. Не успел он отъехать, как Морита на ломаном английском языке обратился к портье:
— Я хотел бы повидаться с господином Яманэ.
Портье — китаец, внешне очень похожий на японца, — полистал регистрационную книгу и, пожимая плечами, ответил:
— Мистер Яманэ в нашем отеле не проживает.
«Этого не может быть», — Морита попытался склеить по-английски фразу, но ничего у него не получилось. Тогда он попробовал изобразить то же самое жестами. Портье снова внимательно проглядел книгу, захлопнул её и сказал, что, к величайшему сожалению, таковой в отеле не останавливался.