Сражение за будущее
Шрифт:
Последнего двуногого урода Бер прикончил, разодрав ему челюсти и раздавив череп в сгибе лапы. Очень хотелось еще и попробовать на вкус его мозги, но внимание Бера привлекла двуногая тварь, двигавшаяся к его берлоге. Это была какая-то странная берлога, но это была его берлога! А тварь туда шла. Страшным, нереальным прыжком Бер преодолел разделявшее их расстояние, перелетев черед два дребезжащих холма. Они чем-то напоминали его берлогу и в них пытались прятаться от него двуногие твари. Бер разрывал эти штуки когтями, а тварям вырывал позвоночники. Это было очень здорово! А этой, которая шла к его берлоге, нужно оторвать
В лицо Войдана ударил ослепительный свет. Он не совсем понимал, что с ним происходит. Он совершенно мокрый стоял перед кабиной грузовика, удерживая в руках голову вопящего как раненый заяц «Медведя». На подножке кабины стоял бледный как смерть Ярогор, дрожащими руками удерживая кулек с водой. Войдан отпустил «Медведя», пытаясь разобраться в происходящем.
Разобраться не получилось - «Медведь» перестал визжать и выхватил откуда-то пистолет. Растерявшийся Войдан, даже не заметил, как это произошло. Он спохватился в последний момент, вернув руки на место. Они сами вернулись и легли на голову «Медведя», словно их положила туда какая-то незримая сила, овладевшая Войданом. Эта сила хотела оторвать «Медведю» голову.
Войдан не дал Беру контролировать себя. Тем не менее, резким движением он содрал кожу с боков головы «Медведя», отчего тот стал больше похож на жуткого Чебурашку, сбежавшего со стола вивисектора. Раздался запоздалый выстрел и уклоняясь от пули Войдан всё-таки оторвал эту противную голову. И только тогда он окончательно пришел в себя.
Утром местному главному менту на стол ляжет рапорт о внезапной эпидемии безумия, охватившей местную братву. Собравшись на стрелку, они о чем-то повздорили, и во время ссоры один сумасшедший стал бегать с ножом по стоянке и наносить людям страшные, убивающие наповал удары. Конкурирующей стороне пришлось его пристрелить, на что оперативно среагировали подельники убитого. И тогда началось страшное месилово. Версия была вполне правдоподобная.
Опытная следственная бригада определила, бы, конечно, что некоторые из братвы продолжали сражаться с отстреленными головами и вывернутыми на спину мордами, но в условиях россиянской федерации такие детали мало кого волновали. Здесь люди умудрялись кончать жизнь самоубийством, по два, а то и по три раза стреляя себе в голову, и если никто не сильно копался в смертях генералов, то уж этих опустят в ямы без особых вопросов.
Лада, пока Войдан выехал в Ростов, настроила дома у Надея программу для сервера, который начал поиск на всемирных просторах Интернета и частичное скачивание заголовков по всей информации касающейся Древней Месопотамии, на всех доступных Ладе языках. Потом, отфильтровав то, что нужно, можно будет добраться до хорошего канала и скачать по выбранным ссылкам пару сотен гигабайт всего, что касалось нужной темы. Готовиться, так готовиться. Пока её ноутбук собирал материал по всемирной сети, можно было насладиться местной природой.
Дом Надея, в сочинском районе который назывался Светлана, по одноимённому санаторию, был не очень далеко от берега, потому Лада отправилась к морю пешком. Дойдя до цирка, она мельком заценила так называемый «дом на набережной»,
Перейдя дорогу к кафе «Тифлис» Лада прогулялась по набережной, одетой в камень еще, видимо, при товарище Джугашвили - во всяком случае, архитектура беседок и ограждений была в стиле тех лет. В свое время «отец народов» любил плавать здесь вдоль берега, раздавая своим высокопоставленным холопам мимолетные ценные указания - они тут же ловились и принимались к исполнению. Так в Сочи появилась точная копия древнегреческого Парфенона, неожиданная для города, но радовавшая взор Иосифа Виссарионовича и скорее всего выполнявшая некие магические функции, ибо хотя СССР был и атеистическим государством, законы симпатической магии там кому надо знали и свято соблюдали. Афинский Храм был вратами в небо и Джугашвили здесь хотел получить такие же. Не случайно видимо в этом зале проводили все эти россиянские «Кинотавры» с их бездарями - лауреатами. Упорно стучали в небо, пытаясь подкупить его.
Пройдя какие-то новомодные бани, по виду напоминающие норвежскую буровую платформу, Лада обошла стоящее посреди дороги «Синее Море», для чего снова пришлось подниматься вверх. Справа маячило здание огромной «Жемчужины». Колояр любил рассказывать, что в недавнем прошлом это было мест сосредоточения средней номенклатуры КПСС, куда даже первые секретари провинциальных райкомов считали за счастье попасть в купальный сезон. Остальные райкомовские секретари и заводские парторги довольствовались созерцанием зимнего берега, в то время как ведомые этими коммуняками в «светлое будущее» граждане, могли полюбоваться домом отдыха пастырей только издали. Слева было нечто, напоминающее парусник и Лада снова решила спуститься ближе к морю.
Парусник оказался грубой железной поделкой под средневековый корабль и не шел ни в какое сравнение даже с аналогичными заведениями которые стояли на Неве - там уже люди вкладывали в ресторанчики такого типа настоящее бабло, и если он стилизовался под парусник, то пусть это был не настоящий пиратский фрегат, но что-то реально плавающее на воде и приятно покачивающееся под ногами.
Побродив по многочисленным стоящими плотными лавочкам, набитыми какими-то сувенирами, Лада выбрала столик в ресторане на набережной, под названием «Шарме», где заказала себе кофе. Посетителей, даже в это время года, было много, и Лада невольно вспомнила объяснения Надеем сути Морока - люди реально чувствовали его отсутствие в Сочи и видимо интуитивно ехали сюда сплошным потоком.
Морок имеет свою иерархию, свой пантеон демонов, которые служат тому, кто вызывает и кормит их. Где-то Лада читала, как Предки различали этих демонов-бесов и их, если можно так сказать, специализацию.
Первый из них это Пут. Он устанавливал тесную телесную связь с живущими на земле, ибо имел особую власть над земными материями. Он внедрялся в тело человека, и человек становился очень суетлив, всюду и везде опаздывал, все события, которые он планировал, проходили не так, как ему хотелось. Появлялось множество сложных ситуаций, мысли человека начинали путаться, он переставал видеть события ясно, ясно понимать, что и как нужно делать.