Спящий сфинкс
Шрифт:
— Слава богу! — вырвалось у Локи, у которого от волнения вздулись на шее вены. — Слава богу!
— Почему вы так говорите?
— Я понимаю, это жестоко! Очень жестоко! — спохватился Локи. — Но я все равно скажу. Убийца был в доме, и слава богу! Потому что иначе убийцей мог оказаться Торли Марш. Хотя нет, этого быть не могло! Или Силия Деверо. Нет, такое тоже невозможно! Или… Дерек Херст-Гор.
— Необязательно, — заметил доктор Фелл.
— Господи! — взорвался вдруг доктор Шептон. — Да объясните, в конце концов, что вы хотите сказать!
— Как вам
— Где? — спросил Локи, озираясь.
— Видите ли, — сказал доктор Фелл, — в рассказе Силии Деверо содержались вполне ясные указания — например, где искать убийцу. Я приехал в четверг вечером в «Касуолл», задал вопросы и получил на них желаемые ответы. Клянусь вам, я получил даже больше ответов, чем хотел. — Доктор Фелл медленно поднялся на ноги, отодвинув огромное кресло. — Что до того, как убийца оказался в доме…
— Кто бы он ни был, он бы никак не смог войти с улицы! — не сдержавшись, перебил его Локи.
— Почему?
— Каждый вечер замок надежно запирается и превращается в неприступную крепость, — объяснил Локи. — Которую окружает ров шириной тридцать футов, а глубиной — двенадцать.
— Да, — сказал доктор Фелл. — Вот это я и хотел сказать.
— То есть?.. Где сейчас этот убийца?
— Здесь, — ответил доктор Фелл.
И в это мгновение какая-то тень заслонила свет, падавший из двери. Это была тень высокого человека средних лет, а именно суперинтендента Хэдли из отдела криминальных расследований. Но эффект был такой, что все присутствующие подпрыгнули на месте, словно это был не Хэдли, а…
— Вы не туда смотрите, — сказал доктор Фелл.
— Куда бы мы ни смотрели, кончайте! Вы же сказали, что убийца здесь! — закричал Локи.
— По правде говоря, он находился здесь все это время. Вот почему я решил вызвать Хэдли и ускорить ход событий. Нашему отравителю сильно досталось во время драки с Торли Маршем, он уполз на поиски воды и потерял сознание.
— Уполз?! Куда?
— В ванную.
Медленно приблизившись к дальней стене, доктор Фелл отдернул черную бархатную занавеску. За ней оказалась дверь в ванную.
Доктор открыл дверь. Холден заметил, что там теперь горит свет, который раньше был выключен.
Силия вскрикнула.
В ванной, шатаясь от слабости, стоял человек. В руке он держал маленькое тонкое лезвие безопасной бритвы. Оно сверкнуло, когда он поднес его к горлу. Доктор Фелл бросился вперед и заслонил собой зрелище, но все успели увидеть бледное лицо, изумленный взгляд и темные волосы надо лбом. Убийцей оказался не кто иной, как Рональд Меррик.
Глава 20
На следующий вечер в просторной гостиной дома номер 1 по Глочестер-Гейт все подробности истории были выяснены до конца.
Собрались все трое — Силия, Холден и доктор Фелл. Комната, отметил про себя Холден, выглядела точно так же, как четыре дня назад, когда он шагнул сюда через балконную дверь: единственным источником света была настольная лампа возле огромного дивана, где
— Значит, Ронни Меррик был любовником Марго и убил ее, — спокойно проговорила она.
— Ну… — неопределенно пробормотал доктор Фелл, глядя в пол.
— Кажется, я все сразу поняла, когда увидела в письме Марго его имя. — Силия закусила губу. — Но… Ронни! Ему не было и двадцати!
— В этом-то все и дело, — заметил доктор Фелл.
— О чем вы?
— Меррик был капризным, избалованным, тщеславным и неуравновешенным сынком знаменитого пэра. По уровню своего психического развития он едва ли мог полностью осознавать собственные поступки. Однако закон не принимает такие вещи во внимание, и так что хорошо, что он…
— Покончил с собой? — подсказал Холден и вдруг потребовал: — Расскажите нам об этом.
— Да будь оно все неладно! — посетовал доктор Фелл.
Он откинулся на спинку дивана, отчего лампа на столе закачалась, осветив на мгновение неровным светом зеленые стены, мраморный камин и огромное венецианское зеркало. На низеньком столике прямо перед доктором стояли графин с виски, стаканы и кувшин с водой, но он пока к ним не притрагивался. Моргая, он огляделся по сторонам в поисках пепельницы и, не найдя таковой, отщипнул прогоревшую часть сигары и убрал ее в боковой карман, обсыпав при этом собственный жилет. Повертев в руках очки, он еще несколько раз затянулся и перевел взгляд на Силию.
— Вашей сестре нравились молодые люди, — сказал он.
— Знаю, — кивнула Силия.
— Это и было всему причиной. Вы сами говорили, что, увидев ее мертвой, подумали: «Она так любила мальчиков!» Я помню, как дрожал ваш голос при этих словах. Поэтому начинать поиски было лучше всего с какого-нибудь красивого юноши. Но давайте на время забудем об этом. В вашем рассказе меня более всего поразили две детали. Обе они связаны с вашей игрой в «убийцу», а именно — с реальными прототипами ее персонажей. Во-первых, Марго в тот раз отказалась изображать старуху Дайер. Нет, той ночью она выбрала себе роль миссис Томпсон. Эта дама, если вы помните, стала сообщницей убийцы своего мужа и совершила это ради любви к Фредерику Байуотерсу, который был намного моложе ее. Совпадение? Едва ли. Другой, показавшийся мне существенным момент, — это то, что именно Ронни Меррику, и никому другому, досталась роль доктора Роберта Баканена из Нью-Йорка. Вы знакомы с его историей?
— О! Нет! Нет! — простонала Силия, отчаянно замотав головой, потом посмотрела на Холдена и улыбнулась. — Знаю, — прибавила она. — Они собирались выдвинуть против меня ужасное обвинение, потому что мне приснилось, будто я стою на плахе перед толпой, распевающей «О, Сюзанна!». Но на самом деле я не виновата! Дерек рассказал мне эту историю в машине, когда мы возвращались домой с вечеринки.
— Так и есть! — взревел доктор Фелл.
— Что «так и есть»?
Доктор какое-то время занимался своей сигарой.