Спрятанная красота
Шрифт:
— Он действительно так сказал тебе?
Лоррен повторила ему слово в слово, что заявил ей Алан про свой сад, и Мэттью, закинув голову, заразительно рассмеялся.
— Он сравнивает своих женщин с цветами, а? — И он недоверчиво улыбнулся. — Журналист, моя дорогая. Такова его природа — извлекать выгоду, обманывая.
— Нет, я уверена, что это правда, — покачала она головой. — Кроме того, как он еще выразился, наши морали несовместимы.
— Не понял смысла…
—
— М-м-м… Хотел бы я знать, чего он хочет добиться, — заинтересовался Мэттью.
— Только не спрашивай его, пожалуйста!
— Не беспокойся, — ответил он, — не буду.
На следующий день в школе Анна спросила Лоррен, как она живет-поживает со своим новоиспеченным сводным братом.
— Отлично! — ответила она. — Он очень милый.
— Еще не увлеклась им?
— Нет, конечно. Мэттью слишком славный парень, чтобы причинить ему боль. Кстати, а ты не хочешь с ним познакомиться?
— Если он высокий, стройный и красивый, тогда мой ответ — да, с радостью и поскорее, пожалуйста!
— Он сегодня вечером придет к нам, так что жду тебя к восьми часам.
— Обязательно, — пообещала Анна. — Кстати, дорогая, — сказала она, оглядывая Лоррен с ног до головы, — я уже говорила, но можно и повториться: ты совершенно изменилась, и в лучшую сторону.
— Спасибо, Анна. Все это благодаря тебе. Ты единственная сказала мне, чтобы я остановилась, посмотрела на себя со стороны и прекратила выглядеть старой каргой.
— А как обстоят дела с известной нам персоной?
Запылавшие щеки Лоррен выдали ее чувства, и Анна взглянула на нее еще заинтересованнее. Девушка не хотела рассказывать подруге о той ночи после танцев. Об этом она не могла сказать никому. Она нежно и бережно хранила память о ней в своем сердце.
— Абсолютно ничего нет для отчета, — ответила она спокойно.
— Ты хочешь сказать, что мои надежды услышать захватывающие подробности не сбудутся? Но мне все же кажется, что в этом кратком ответе огро-омная глубина. Да и в тебе самой наблюдается спад напряжения и отсутствие раздражительности. Ну же, расскажи тетушке!
— Если бы было что, я бы охотно рассказала. В любом случае приходи вечером.
Лоррен предупредила Мэттью, что придет ее подруга, и они вместе вышли в холл встречать Анну. Она прекрасно выглядела в своем новом светло-коричневом зимнем пальто, и, когда сняла его, Лоррен увидела на ней новое шерстяное красное платье.
— Правда, изящное и модное? — спросила подруга. — Поздравь же меня с хорошим вкусом! — Лоррен засмеялась и выполнила просьбу.
Лоррен представила
— На улице так холодно, а вы, я вижу, — заметила Анна, улыбнувшись ему, — уже согрелись.
— Вы совершенно правы, — засмеялся он, — не дадите ли мне доказать вам это?
Она, как обычно, непринужденно сняла свои очки и подставила ему щеку для поцелуя.
В это время на лестнице появился Алан, и Анна приветственно махнула ему рукой:
— Алан! Как приятно вновь увидеть тебя! Почему ты вычеркнул меня из своей жизни?
— Дорогая моя Анна! — Он начал спускаться по ступенькам, простирая к ней руки. — Я никому не позволю сказать, что отношусь к тебе так же, как к остальным женщинам в моей жизни. Ты совершенно другая!
— И конечно, это ты говоришь им всем! — Она взяла его руки в свои.
— Это мой особый технический прием. — Алан с притворной серьезностью кивнул. — Ты даже не представляешь, как это льстит их тщеславию.
Лоррен нервно сжимала пальцы рук, слушая его речи:
— А у вас что здесь, тайное собрание или…
— Лоррен, — улыбнулся Мэттью, — он явно напрашивается на приглашение. Ты не возражаешь, если Алан присоединится к нам, правда?
Но, опередив ее, Алан сказал:
— Я предлагаю вам всем подняться ко мне выпить.
— Ну как? — вопросительно посмотрел на девушек Мэттью.
— Я согласна, — ответила Анна.
Лоррен пожала плечами, и Мэттью резюмировал:
— Вроде бы никто не возражает.
Если Алан и заметил явное нежелание Лоррен идти к нему в комнату, он ничем это не показал.
— Идемте, — только и сказал он, — но вы должны извинить меня за беспорядок!
— Теперь понятно, что ты имел в виду! — воскликнула Анна, входя в его жилище.
Весь пол, подоконник и даже кровать были завалены газетами, как лоскутными одеялами. По столу вокруг пишущей машинки белели разбросанные листы бумаги.
— Ты явно хочешь создать впечатление, что усердно трудишься, — пошутил Мэттью.
— Веришь или нет, — засмеялся Алан, — но иногда мне, как журналисту, приходится делать трудную работу. — Он лукаво взглянул на Лоррен. — В перерывах между развлечениями с женщинами… так сказать, по совместительству.
— А знаешь, — сказала Анна, сбрасывая с кресла листы бумаги и садясь, — я думаю, что ты не такой повеса, каким хочешь казаться.
— Нет? — Алан опустил ресницы. — Спроси у моих коллег.
«А мне спрашивать об этом нет необходимости, — печально подумала Лоррен. — Я уже слышала их замечания по этому поводу».