Спроси свое сердце
Шрифт:
Настя болезненно скривилась и дотронулась до ссадины на локте:
– Ну и болит же!
– Говорю тебе, не трогай, – заботливо посоветовала медсестра. – Особенно когда заживать будет, а то следы останутся на всю жизнь.
Настя нахмурилась и показала рукой на рюкзак, лежащий рядом с сиденьем Галки.
– Дай мне телефон, в наружном кармане, он в лужу упал, и Дима его выключил. Может, он уже высох?
– Ты хочешь позвонить?
– Нет, проверить, работает или нет.
На вид смартфон был сухой,
– Надо было чехол снять. – Галя протерла смартфон бумажной салфеткой.
– Может, мне звонили? – предположила Настя.
– Потом проверишь, пусть еще посохнет, мало ли куда вода попала.
– Да он водостойкий.
– Настюша, потерпи. Посуда, на которой написано, что она не бьется, очень даже бьется. – Галя сунула телефон и чехол обратно в рюкзак. – Если срочно, я тебе свой дам.
– Нет, не срочно.
До госпиталя – до него осталось ехать пару минут – они не проронили больше ни слова. Подъезжая к воротам, Галя увидела перед шлагбаумом черный внедорожник, а рядом Александра Николаевича. Скорая притормозила, к водителю подошел дежурный, и тут же открылась боковая дверь.
– Сейчас вас встретят и сразу на рентген, потом на томограф, все это на первом этаже, – сказал Александр Николаевич.
– Спасибо. Извините, что причинили вам столько хлопот…
– Здрасьте, Александр Николаевич, – сказала Настя.
– Привет, Настюша. Что вы, Галина Сергеевна, мне приятно вам помочь. И я намерен отвезти вас обратно.
– Не стоит, честное слово. Вся эта история может затянуться не на один час.
– Вот и хорошо. У меня есть дела на работе. Давайте так договоримся: звоните мне, и я сразу приеду – отсюда до моего офиса пять минут.
– Хорошо. Спасибо вам огромное.
– Всегда к вашим услугам.
– Проезжай! – Дежурный взмахнул рукой, и Александр Николаевич захлопнул дверь.
Шлагбаум поднялся, и они миновали КПП. Метров через тридцать скорая въехала на пандус и остановилась напротив дверей с надписью «Приемное отделение».
– Ну, Настюша, сейчас мы передадим тебя в руки другого ведомства. – Медсестра зажала под мышкой айпад и открыла боковую дверь скорой, за которой их уже ждала каталка и двое санитаров в белых халатах. – Ребята, куда мне топать? А то я у вас еще не была, – бодрым голосом спросила она.
– Сюда и сразу направо, – показал рукой один из санитаров, и медсестра, переваливаясь с ноги на ногу, как уточка, вошла в приемное отделение.
На рентген очереди не было. Снимок подтвердил слова Федора Федоровича – перелом средней трети голени.
Над дверью в кабинет компьютерной томографии светилось табло «Не входить. Идет обследование», а на стульях вдоль стены сидели четверо мужчин с обветренными и сильно загоревшими лицами.
– Хлопцы, это Романа Рубеновича сестренка, –
– Не вопрос, – ответил самый худенький и высокий.
– Не вопрос, – вразнобой поддержали остальные.
Худенький поднялся на ноги:
– Присаживайтесь, доктор.
– Спасибо, мне не трудно стоять, – ответила Галя.
– И мне не трудно, садитесь.
– Спасибо, – она кивнула и села.
– Сама нарушила или водитель виноват? – спросил худенький у Насти.
– Сама.
– Что ж ты так, а? Жизнь штука бесценная, Бог ее два раза не дает. Одно дело в бою погибнуть, а другое – на дороге, под колесами дурацкой машины.
– А вы были в бою? – Настя распахнула глаза.
– Да, был.
Некоторое время она не сводила глаз с мужчины, а потом выдохнула:
– А там страшно?
– Конечно.
– Хм… Даже представить не могу, как там…
– А ты не представляй, – он улыбнулся, – твое дело дорогу переходить в правильном месте.
– Теперь точно не побегу на красный, – сказала она и добавила: – Я в медицинском учусь, когда закончу, буду хирургом, как Рома. Но он не хочет, чтобы я работала в госпитале.
– Он прав, тут работа тяжелая. Романа Рубеновича все уважают, он многим жизнь спас. Меня он тоже оперировал, в прошлом году осколки вынимал.
– А вы тут не первый раз?
– Не первый, – худенький усмехнулся, и тут табло над дверью погасло. – Сейчас Дашу вывезут, и можете заезжать, – сказал он, и Галя поднялась на ноги.
Дашу, бледную девушку с забинтованной половиной лица и головой, вывезли через несколько минут двое мужчин в белых халатах. Когда ее каталка проезжала мимо, Настя подняла голову и проводила Дашу глазами.
– Что с ней? – спросила она у худенького, и услышала сдавленный мужской голос: «Дашка… Любимая, родная». Она повернула голову, а один из мужчин, тот, что помоложе, наклонился над Дашей и ее руку целует.
В груди защемило, и на глаза навернулись слезы.
– Осколочные ранения, – тихо произнес худенький. – Медик она, много хлопцев спасла.
– А этот… ну… он ей кто? – так же тихо спросила Настя.
– Любовь у них, очень красивая любовь. Он ее на руках носит. Гуляет во дворе, как с ребенком. В субботу они поженятся.
– Поженятся? – удивилась Настя.
– Ну да… Мы подарки готовим. У нас тут уже были свадьбы.
– В госпитале?
– Ну да…
Каталка сдвинулась с места, и худенький улыбнулся:
– Ну все… Тебе пора. Счастливо…
– И вам тоже скорого выздоровления.
Санитары переложили Настю в томограф и вышли из помещения. Врач, сидящий за столом в помещении, отделенном от томографа стеклянной перегородкой, сказал в микрофон:
– Извините, у нас форс-мажор. Подождите немного.