Спроси себя
Шрифт:
— Есть какая-то причина, по которой ты меня преследуешь?
— Разумеется.
— Тогда выкладывай.
Лиза придала лицу сочувственное выражение.
— Условия, которые поставил твой отец в завещании… Должно быть, для тебя это ужасное испытание.
Ну вот, началось! Пусть ее, иронизирует. Сюзан была намерена играть до конца.
— Почему же?
— Ты сама понимаешь. Жить в одном доме с Этьеном, и это после того как он…
— …мне изменил, —
— Ведь это ужасно, правда?
— Вовсе нет. Мы достигли компромиссного варианта, — спокойно произнесла Сюзан, следя за реакцией соперницы.
— Что?
— Решили извлечь пользу из создавшегося положения. Не пропадать же Этьену зря.
— В каком смысле?
— В смысле секса. Это у него здорово получается.
У Лизы едва не отвисла челюсть. Один — ноль в пользу Сюзан. Но ведь та захочет сравнять счет.
— С этим трудно спорить, — согласилась Лиза. — Но ты уверена, что в самый ответственный момент он думает… — она сделала театральную паузу, — о тебе?
Вот оно, начинается, подумала Сюзан.
— Какая из тебя соперница, — Лиза почувствовала, что обретает почву под ногами, — если я родила от него сына?
— А ты сможешь доказать, что это его сын?
— Естественно. Мои адвокаты уже начали процедуру оформления отцовства.
Ох, как паршиво-то, подумала Сюзан. И спросила:
— И где же твой сын? Разве можно оставлять его в таком возрасте с няней?
— С ним осталась моя мать. Она специально прилетела из Нью-Йорка.
Да здравствует мама!
— Если Этьен так высоко тебя ценит, — Сюзан тщательно подбирала слова, — тогда почему, сразу после того, как я его бросила, он не начал процедуру развода?
— А откуда ты знаешь, что не начал? — Глаза Лизы злобно сверкнули. — По законам нашего штата никаких документов для оформления развода не требуется. Нужно лишь, чтобы бывшие супруги год прожили раздельно.
— Тогда получается, что после нашего примирения отсчет надо начинать сначала.
Лиза едва удержалась, чтобы не вцепиться Сюзан в глотку.
— Не будь так уверена. Ведь год — это не так уж и много. Пусть пока поживет с тобой. Со мной-то он будет всю жизнь.
— Да что ты?
— Вот увидишь.
— Ты решила, что я так прямо от него и откажусь, — произнесла Сюзан, чувствуя, как на нее наваливается усталость. — Но вдруг я буду бороться?
— Да брось. Бороться за него? Неужели ты надеешься победить?
— Почему бы и нет?
Возникла пауза. Наконец Лиза сказала:
— Учти, я играю наверняка.
— Я тоже.
Снова пауза. Лиза принялась рассматривать свое изображение
— Ну что ж, — Лиза направилась к выходу, — посмотрим, кому достанется выигрыш.
Любит, чтобы за ней осталось последнее слово.
Сюзан понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться и проверить, как она выглядит. Она не хотела давать гостям повод для пересудов.
Когда она снова появилась в зале, Этьен стоял у одной из дверей. Большинство гостей уже расселись по своим местам за столом. Ему достаточно было одного взгляда, чтобы все понять.
— Лиза не может без скандалов.
Сюзан задрала голову и твердо взглянула ему в глаза.
— А… ты заметил.
— Я замечаю все, что касается тебя.
— Вот как? — Она слегка покраснела. — Я должна быть польщена?
— Она тебя расстроила.
— Какой ты внимательный! Только ради Бога, не проси меня разыгрывать по ролям состоявшийся между нами разговор.
— Послушай, Сюзан…
— Пойдем, время садиться за стол.
— Это подождет.
Сначала обед, потом разговоры ни о чем со знакомыми. Сколько времени уходит впустую! Лишь в полночь Сюзан и Этьену удалось уйти с приема.
Она молча сидела в машине. Этьен выехал на магистраль и направился в фешенебельный пригород, где располагался его особняк.
— Хочешь все обсудить?
Сюзан перевела взгляд на Этьена. Блики фонарей не могли отчетливо осветить его лицо.
С Лизой он был холоден. Только почему? Хотел сделать приятное Сюзан? Она снова посмотрела на него.
— Не очень.
Едва они приехали домой, как она вышла из машины, промчалась в вестибюль, взбежала по лестнице и влетела в свою спальню. Глупее поступка не придумаешь, призналась она себе. Он настиг ее у дверей спальни и вошел за ней следом.
Этьен смотрел, как она снимает туфли, расстегивает ожерелье и укладывает его в шкатулку. Сюзан дотронулась до молнии на платье.
— Я не знала, что Лиза придет.
На несколько секунд она замерла, затем расстегнула молнию и сняла платье.
Знает ли она, что выглядит провоцирующее?
— Вообще-то мне все равно, — сказала она. Он подошел к ней, развернул к себе и поднял ее голову.
— Я в этом и не сомневался, — произнес он. Сломить ее сопротивление оказалось не сложнее, чем справиться с ребенком.
— Не надо.
Он склонил голову и поцеловал ее. За один такой поцелуй она готова была умереть. Легкими движениями он вытащил заколки и распустил ее волосы.