Спой мне еще
Шрифт:
— Куда мы пойдем, Винсент? — спросила Таис, когда мы вышли из Храма и пошли вниз по склону горы.
— Нам нужно познакомиться поближе. — Вглядевшись в ее лицо, я уточнил: — Не в том смысле. Мы разведем костер и поговорим. Ты расскажешь о себе, а я — о себе.
Она притормозила и посмотрела на меня, широко распахнув глаза.
— Мы пойдем в лес?!
— Ночью здесь поднимается ветер, и в лесу нам будет немного теплее.
— Но в лесу темно!
Я поправил на плече сумку и
— Со временем я научу тебя видеть в темноте. Охотнику без этого нельзя.
— Но там страшно!
— Это только кажется. На самом деле, дикие звери боятся нас, им не нравится наш запах.
— А если там будут Незнакомцы? — Поняв, что замедлять шаг я не собираюсь, она опустила голову и затрусила рядом. — Ой, Винсент. Мы только познакомились, а ты меня уже не любишь?
Я ступил на более узкую тропинку — мне хотелось сократить путь — и она последовала за мной.
— Тебе нечего бояться. Я буду рядом.
Целых триста лет, Великая Тьма меня разбери!
— Но…
— Ну какое еще «но»?!
— Ой …
Таис вздохнула и села на большой валун, лежавший рядом с тропинкой. Выбора у меня не было — пришлось остановиться. Сейчас она больше всего походила на напуганного ребенка, который готов расплакаться.
— Послушай, — сказал я, садясь у ее ног. — В лесу темно, но совсем не страшно. А Незнакомцев тут нет. Это владения Храма, они сюда не подойдут на расстояние пушечного выстрела. Но если ты будешь бояться, они могут почувствовать твой страх. Даже на очень большом расстоянии. И тогда они за тобой придут. Молодые каратели — это их самое любимое блюдо. Хорошо насыщает.
Таис закрыла лицо руками.
— Ну, прекрати, — предпринял очередную успокоить ее я. — Никаких Незнакомцев за тобой не придет. Но бояться тебе не следует. Мы можем пойти в деревню, но для этого нам придется пройти через весь лес.
— Через весь лес? Ой …
— Да, именно так. — Я знал как минимум пять обходных путей, но сейчас это к делу не относилось. Я поднялся и протянул ей руку. — Уверен, ты голодна. Мы найдем подходящее место и разведем костер. А потом я поймаю большого кролика. Или, если мне повезет, кого-нибудь посытнее. Жаль, что я не взял у Даны лук — придется побегать. Идем. Тут скоро станет совсем холодно, и тогда ты замерзнешь.
Оказалось, что Таис при кажущейся беспомощности очень ловко умеет разводить огонь. Когда я вернулся с двумя тушками кроликов (мне пришлось не только как следует побегать, но и как следует поваляться на земле, и я чувствовал себя так, будто вышел победителем из отчаянной драки), костер уже горел ярко, а она
— Они такие милые и пушистые, — заговорила она, кивая на кроликов. — Разве тебе не было жаль их убивать?
— А ты бы предпочла оставаться голодной? — Таис покачала головой, и я продолжил: — Все в каком-то смысле этих слов живут за счет других. Нам ведь нужно как-то питаться, верно? Мы не можем есть только корешки и плоды.
— А я собрала ягоды, посмотри!
И Таис протянула мне узелок, сделанный из ее платка. Я оглядел ягоды и с удовлетворением отметил, что они пригодны для еды.
— Хорошо, — похвалил я. — Гулять по лесу в темноте не так страшно, как кажется, верно?
— И еще я собрала травы. Часть из них можно есть, а часть — лечебные. Помогают, если поранишься. Я подумала, что если ты будешь бегать за кроликами, то можешь упасть … — Она оглядела меня. — Тебе было больно?
— Все заживет через пару дней.
— А вдруг в раны что-то попадет, и ты заболеешь?
Пока я занимался кроликами, Таис старательно растирала собранные травы в руках.
— Лучше тебе раздеться, я могу запачкать твою одежду, — сказала она смущенно.
Я снял рубашку и позволил ей обработать раны — так она назвала царапины и ссадины — лечебной кашицей.
— Это отец научил тебя разбираться в травах? — спросил у нее я.
— С нами по соседству жили баньши, я часто встречала их в лесу, и мне было любопытно, чем они занимаются. Однажды я спросила, и они рассказали мне, что собирают травы. А потом начали приглашать меня с собой. Научили, как отличать съедобные ягоды от ядовитых, рассказывали про лечебные растения, про грибы… — Она погладила меня по плечу. — Ну, вот и все. Подожди немного, пока засохнет сок, а потом можешь одеваться.
— Спасибо. Ну, теперь я не заболею, ты обещаешь?
Таис внимательно смотрела на то, как я сажусь напротив костра для того, чтобы наблюдать за жарившимся кроликом, и кладу аккуратно сложенную рубашку рядом с собой. Я повернулся к ней, взгляды наши встретились, и она, покраснев, торопливо отвернулась.
— В том, чтобы смотреть на меня, нет ничего запретного, — улыбнулся я. — Да и в твоем врачевании тоже. Ну, каково это — приехать из Афин сюда, на Восток? Наверное, ты будешь скучать по морю.
Она вздохнула.
— Да. Я очень люблю море… отец научил меня его любить.
– Я бывал в Афинах. Думаю, как-нибудь мы с тобой туда доберемся. У нас будет много времени для того, чтобы путешествовать. Жаль, что за триста лет невозможно побывать везде. Но я покажу тебе много красивых мест.
— Как здорово! А куда мы поедем в первую очередь? Я думаю… ой!
Невидимая ночная птица в кронах деревьев разразилась заливистой трелью, и Таис испуганно вздрогнула. Я назвал птицу по-арабски, и она попыталась повторить слово.